Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Алексей Долгов

Верещагинское время

Обратиться к истокам образования шекснинского профессионального училища мы решили благодаря серии интересных фотоснимков, присланных в редакцию В.С. Родионовой. Валентина Созонтовна поделилась с нами  фотографиями и поведала интересные подробности, какие трудности преодолевали взрослые и первые группы учащихся  в то время, когда училище располагалось в деревне Верещагино. 
Первый коллектив
 
     До выхода на заслуженный отдых В.С. Родионова работала учителем­-предметником в сельском среднем профессиональном техническом училище № 10 (ССПТУ-­10). С шекснинским профессиональным училищем связана вся ее трудовая биография. Началась она в далекие шестидесятые, когда современные корпуса в Шексне только строились, а учились первые группы юношей в деревне Верещагино, и называлось тогда учебное заведение ССПТУ­-10. (На снимке: Выпуск 1970-1971 г.г. Группа 26. Мастер п/о С.А. Лебедев)
     Сейчас нет ни самой деревни, ни деревянных бараков, в которых изначально размещалась женская колония, а с 1965 года – сельское СПТУ № 10. 
     Первый звонок в ССПТУ-­10 прозвенел 1 октября 1965 года. Первый набор – четыре группы юношей, всего 120 человек.
     В то время в стране большое внимание уделялось сельскому хозяйству. Перед колхозами ставились задачи увеличивать посевные площади, повышать урожайность. Все эти вопросы решала наука мелиорация, и в колхозах требовались механизаторы мелиоративных работ – люди, умеющие работать на машинах, экскаваторах, камнеуборочной технике, на тракторах с различным навесным и прицепным оборудованием (бульдозером, рейдером, скрепером, кусторезом, корчевателем). 
     В Вологодской области училищ такого профиля не было. Первое и единственное решили создать в Шекснинском районе, на базе бывшей женской колонии в деревне Верещагино Чуровского сельского совета.
     -­ Получать профессию механизатора мелиоративных работ в наш район приехали ребята со всех районов Вологодчины, ­ - рассказывает В.С. Родионова, ­ - Первым директором училища с 1965 по 1967 годы был Сергей Павлович Андреев. Коллектив работников училища составлял примерно тридцать человек. Это мастера, учителя­-предметники, воспитатели, библиотекарь, работники хозблока. Некоторые из них жили поблизости в деревне Малинуха, некоторые ­ - в Шексне.
     Сейчас трудно вспомнить всех первых мастеров, учителей, воспитателей. Назовем лишь некоторых. Секретарем работала Л.Н. Бойкова, С.Н. Бойков преподавал «тракторную» науку З.А. Лоншакова – преподаватель, Н.И. Тимошенко работал комендантом общежития, а его супруга Л.В. Тимошенко ­ в хозяйственной части, старшим мастером был В.А. Вячеславов, а его супруга В.В. Вячеславова ­ - библиотекарь,  воспитатель П.А. Антонова, главный бухгалтер Н.Ф. Корюгин, бухгалтер Н.И. Галкина, мастера А. Галкин, А.П. Цветков, С.А. Лебедев, в учебном хозяйстве ­ братья - П.А. Быстров и И.А. Быстров.
     В 1967 году на директорской должности С.П. Андреева заменил В.М. Лоншаков. Вячеслав Михайлович проработал директором один год, затем с 1968 по 1970 годы училище возглавлял С.А. Ребцовский, и затем снова директором назначили В.М. Лоншакова.
 
Трудности сплачивали
 

     Валентина Созонтовна Родионова во время учебы в Вологодском молочном институте проходила в училище практику, а в 1968 году, получив диплом, стала работать заведующей учебным хозяйством:
     ­ - Трудностей было немало: не хватало техники, грамотных специалистов. Учились ребята на стареньких тракторах С-­80 и МТЗ­-5. Позже поступили ДТ­-54. Экскаваторы размещались в сараях, а тракторы стояли в старой конюшне. Стены просвечивали, только сверху не мочило. Под классы для занятий, спальные корпуса, столовую, лаборатории и другие вспомогательные помещения были переоборудованы низкие деревянные постройки бывших бараков для осужденных. Все помещения отапливались печами в то время, когда ребята были на занятиях.
     В первый учебный год на отопление по плану было отпущено 2000 кубометров дров, но их сожгли еще до наступления новогодних праздников. Дальше дрова заготовляли сами учащиеся с мастерами и другими работниками училища. Ежедневно дровами занимались одна или две группы. Одна группа была в лесу на заготовке, а другая на расколке дров. В выходные на заготовку дров выходили всем училищем. Обедали в лесу.
     Водопровода не было. Лишь когда поступил экскаватор С-­157А, учащиеся с мастерами проложили водопровод. В баню всем училищем на грузовой машине ездили в Шексну.
     Весной и осенью грязь на территории училища была по колено. Чтобы переходить из одного здания в другое, на субботниках по благоустройству территории ребята строили мостки от одного здания к другому. Ремонт техники проводили на улице. В помещении были только кузница и слесарная мастерская.
     С трудностями сталкивались не только учащиеся, но и преподаватели, воспитатели.
     В.С. Родионова:
    - ­ Многие сотрудники училища жили в Шексне и до деревни Верещагино добирались на лодке. Для перевозки людей была введена должность перевозчика. В течение всего дня на заливе дежурил Иван Федотовский. На весельной лодочке он перевозил по два­-три человека от пристани до Запогостской церкви, а оттуда еще три километра до деревни шли пешком. 
     Яслей и садиков для малышей не было. Дети сотрудников росли тут же, в училище, рядом с техникой. Кто из взрослых был посвободней, тот за ними и присматривал. А Валентина Созонтовна умудрялась еще на обеденном перерыве сделать пеший и лодочный рейс в Шексну и обратно, чтобы накормить своего ребенка.
     ­ - Трудности сближали учащихся и взрослых, воспитывалось чувство ответственности, - ­ рассказывает В.С. Родионова. -­ Учащиеся в то время не имели прогулов, не было нарушений общественного порядка. Каждое утро начиналось с линейки, которая проводилась на улице. На линейке проверялось присутствие учащихся, подводились итоги за прошедший день, и планировался день наступающий. На каждые день и ночь от учащихся и от взрослых заступали дежурные по общежитию.
 
Единственная и неповторимая
 

     Постепенно в училище стала поступать новая техника, а в Шексне началось строительство нового здания училища. Все жили ожиданием переезда. Новое здание было построено в 1969 году. Переброской многочисленной техники из деревни Верещагино в Шексну руководил Виталий Апполонович Вячеславов.
     Жизнь в новом училище стала уютной, появилась возможность повышать качество обучения профессии: оборудованные кабинеты, лаборатории, мастерские, почти 80 единиц техники.
     Укреплялись связи с ПМК-­22. Учащиеся проходили практику непосредственно на участках и выполняли конкретные работы вместе с мастерами и преподавателями. (На снимке: Мелиорация - дело непростое. На практике и такое бывало)
     Механизатор-­мелиоратор - ­ чисто мужская профессия, требующая сильных рук, но уже в новом здании в сугубо мужском коллективе эту профессию освоила Маша Копанева из села Чуровское. В истории училища она так и осталась единственной представительницей прекрасной половины человечества, получившей права тракториста и профессию механизатора­-мелиоратора. Окончив училище, М. Копанева работала в колхозе имени Кирова.
     Поскольку механизаторов­-мелиораторов в области готовило только одно училище, нет ни одного района в области, где бы не работали выпускники шекснинского училища. Они до сих пор трудятся на промышленных предприятиях и в сельском хозяйстве. Многими из них училище (а сейчас уже филиал Череповецкого многопрофильного колледжа) может гордиться. Например, выпускник 1967 года Анатолий Лопатин – экскаваторщик Череповецкой ПМК, лауреат премии Ленинского комсомола. Виктор Кораблев, работник ПМК­-22, тоже имел правительственные награды.
     В восьмидесятые годы училище было переквалифицировано на подготовку механизаторов сельского хозяйства, а в последующие годы появились еще и другие профессии, но это уже совсем другая история.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото предоставила В.С. Родионова.

Опубликовано в газете "Звезда". № 12 от 14 февраля 2017 года.

Три шекснинских самбиста завоевали "бронзу" на престижных состязаниях в Москве

С 21 по 23 апреля в московском центре спорта и образования "Самбо-70" состоялся Всероссийский турнир по борьбе самбо среди воспитанников детских домов и кадетских корпусов на призы пятикратного чемпиона СССР по самбо Е.Л. Глориозова. Вологодскую область на турнире представили три шекснинских самбиста.
 
     - В состязаниях приняли участие более 150 детей из 22-х субъектов Российской Федерации. Эти соревнования по статусу приравниваются к Чемпионату России среди воспитанников детских домов и кадетских корпусов. Для нас было очень почетно представлять на этих престижных состязаниях всю Вологодскую область, а сама поездка состоялась благодаря финансовой помощи А.А. Мартюкова, директора центра спортивной подготовки Вологодской области, - рассказал тренер шекснинских самбистов Сергей Ситников.
     Бороться за честь Вологодчины 21 апреля в столицу направились Максим Калинин, учащийся кадетского класса школы имени адмирала А.М. Калинина, с тренером Павлом Веселовым и двое воспитанников шекснинского центра помощи детям, оставшимся без попечения родителей, Игорь Соколов и Вадим Меньшенин с тренером Сергеем Ситниковым.
     Шекснинцы поселились в гостинице "Аструс", вечером ребята прошли процедуру взвешивания. Следующий день - соревновательный. Игорь и Вадим в Москве оказались впервые. Эмоции зашкаливали и они уговорили тренеров нарушить спортивный режим и показать им вечернюю Москву. 
     Павел Веселов:
     - Им не терпелось побывать на Красной Площади. Пришлось в 11 вечера свозить их туда и прогуляться под стенами Кремля. Потом мы вернулись в гостиницу, а следующий день ребята вышли на борцовский ковер.
     Состязания начались с сюрпризов. Во-первых, ребят поприветствовали сам Евгений Леонидович Глориозов, в честь которого проводятся эти состязания и многие медийные персоны. Телезвезды не только поздравили всех с началом соревнований, но также активно раздавали автографы и не отказывались от совместных фото.
     Сергей Ситников:
     - На торжественном открытии турнира нам удалось пообщаться с генерал-полковником Леонидом Григорьевичем Ивашовым, президентом Академии геополитических проблем, а так же с Заслуженным тренером России, вице-президентом Всероссийской федерации самбо Ренатом Алексеевичем Лайшевым.
     А мальчишки не упустили момента взять автограф и сфотографироваться с Оксаной Федоровой - телеведущей, актрисой, певицей, мисс Вселенной 2002 года.
     Трое шекснинских борцов выступали в возрастной группе 2003-2004 годов рождения, но в разных весовых категориях.
     Игорь Соколов боролся в весовой категории до 35 килограммов.
Две схватки выиграл, в поединке за выход в финал проиграл и занял третье место.
     Влад Меньшенин также завоевал "бронзу" с двумя победами и двумя поражениями в весовой категории до 42 килограммов.
     Представитель шекснинских кадетов выступал в весовой категории до 50 кг и тоже занял третье место с одной победой и одним поражением.
      Конечно, ребята расстроились, что на определенном этапе не смогли пройти дальше, но тренеры считают: главные победы - впереди.
     Павел Веселов:
     - Максим учится в кадетском классе МЧС. Самбо - это вид спорта, который позволит развить ему смелость, решительность, ловкость. Именно эти качества нужны людям, которые хотят оказывать помощь тем, кто попал в беду. Что касается результата, то третье место - это лишь повод еще более усиленно тренироваться, повышать свое мастерство и через год снова попробовать сразится на московском турнире.
     Сергей Ситников:
     - В Вологодской области много кадетских классов и детских домов и сам факт, что только шекснинцы поехали на эти соревнования говорит о правильном векторе развития самбо в Шексне. К сожалению, в нашем поселке есть пенитенциарные учреждения, которые негативно влияют на детей, особенно на тех, кто волею судьбы оказался в центре помощи детям, оставшимся без попечения родителей. Самбо позволяет им заиметь хороших и верных друзей. Борьба учит честности и делает из юношей настоящих мужчин. Хотелось бы, чтобы Игорь и Вадим выросли патриотами нашей страны.
     Именно поэтому третий день пребывания в столице тренеры посвятили духовно-нравственному и гражданско-патриотическому воспитанию ребят. Снова побывали на Красной Площади, там встретили и сфотографировались с Героем России, генерал-майором в отставке С.З. Тулиным. Ребята и тренеры посетили оружейную палату и другие музеи Московского кремля, заехали в церковь в честь святой блаженной Матроны Московской, а на обратном пути в Шексну остановились в Ярославле и посмотрели одну из главных достопримечательностей города - парк на Стрелке.
Алексей ДОЛГОВ.
Фото предоставлено С. Ситниковым.
Опубликовано в газете "Звезда". № 33 от 29 апреля 2017 года.

1963 год: Трагедия на улице ДОЗ

Бабушка погибла от удара током, спасая свою внучку.
 
     Интересный снимок прислала в группу социальной сети «Вконтакте» «Шексна: дело прошлое…» Галина Васильевна Косыгина. Фото сделано в Шексне на улице ДОЗ в начале шестидесятых годов. На снимке маленькая девочка – младшая сестра Галины Косыгиной, и ее бабушка Анастасия Гавриловна Смирнова.  В 1963 году Анастасия Гавриловна погибла, спасая свою внучку Галю. Сейчас Галина Васильевна живет в Украине. По нашей просьбе она прокомментировала фотографию и рассказала подробности той трагической истории, когда бабушка спасла ее ценой своей жизни.  
    Анастасия Гавриловна Смирнова родилась примерно в 1904-­1906 годах и жила в деревне Мальгино Пришекснинского района. Ее муж пропал без вести в 1941 году под Ленинградом. Анастасия Гавриловна воспитала двоих детей – сына Василия и дочь. Василий в годы Великой Отечественной войны защищал Тулу, и после войны завел там семью. Каждую зиму Анастасия Гавриловна ездила к сыну в Тулу и нянчила маленькую внучку. 
     Дочь подросла, вышла замуж, родила сына, потом еще двух дочерей, и попросила Анастасию Гавриловну перебраться из Мальгино в село Никольское (теперь п. Шексна). Семья жила на улице ДОЗ, и бабушка Настя нянчили троих внуков. 
     В начале лета 1963 года Анастасия Гавриловна спасла электрика, попавшего под напряжение, когда он работал на электролинии, проходящей за их огородом. Как такое произошло, сейчас трудно выяснить. Может быть, электрик в нарушение инструкции работал под напряжением, а может быть, на линию подали ток, не дождавшись его разрешения. Когда электрика ударило током, Анастасия Гавриловна не растерялась, побежала в ДОЗ и позвала на помощь. Электрик выжил.  Позже он приходил и благодарил Анастасию Гавриловну.
     А 23 июля того же 1963 года снова произошла история с электричеством, но на этот раз трагическая.
    - ­ Я как раз готовилась стать первоклассницей. Тем летом у нас гостил папин брат – шахтер из Макеевки ­ - со своими детьми. 23 июля, где-­то после обеда, с двоюродным братом Сашей, которому было шесть лет, мы побежали на луга возле Барбача, -­ рассказывает Галина Васильевна Косыгина.
     Вдоволь напрыгавшись, ребятишки нарвали букет цветов и побежали домой. Возвращаться решили  другой дорогой, и во двор забежали с тыла -­ через огород. На их пути валялась проволока. Невдомек было ребятишкам, что это не просто проволока, а оборванный электрический провод под напряжением. Дети схватились за провод почти одновременно. Мальчика от удара откинуло в сторону, а девчонка повисла на проводе и потеряла сознание.
     Саша забежал домой и стал звать на помощь. В это время Анастасия Гавриловна отдыхала дома. Услышав крики, она босая выскочила на улицу и, забыв об осторожности, кинулась спасать внучку. Сосед кричал ей вслед: «Настя, подожди, я сейчас палку возьму», но было поздно ­ - бабушка уже схватилась за девочку…
     …Анастасия Гавриловна не могла поступить иначе. Несчастья преследовали ее семью. За несколько лет до этой трагедии она уже потеряла трех внуков – сыновей своего сына. Один умер от болезни, второй утонул в реке, третий попал под машину.
     Галина Васильевна вспоминает:
    - ­ Когда я повисла на проводах, меня дергало током. Я потеряла сознание, потом очнулась, стала звать маму, и видела, как бабушка подбежала ко мне и схватилась за меня. Она упала на спину, а меня трусить перестало. Я пошла в дом, и даже не поняла, что любимой бабушки уже нет в живых. Вызвали «скорую помощь». Меня отпаивали водой, а бабушке делали искусственное дыхание, но спасти ее не удалось.     
     Как пишет нам Г.В. Косыгина, многое из этой истории она знает со слов мамы. Для всей семьи эта трагедия стала огромным шоком. Несколько дней девочка Галя не могла даже говорить (на снимке: Галя Косыгина после трагедии. Девочка держит обожженные руки за спиной. Видно, что левая рука забинтована после удара током). Было в той истории и еще одно мистическое совпадение.
     Г.В. Косыгина:
     ­ - Накануне трагедии мой отец со своим братом ночевали у своей матери. Отцу приснился страшный сон, и он вскочил со словами «Убили! Убили!» Утром они вернулись домой, в село Никольское. Дома ничего страшного не произошло, все было нормально, и у братьев отлегло от сердца, а после обеда этого же дня случилось несчастье с нашей бабушкой. Плохой сон отца оказался пророческим. 
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото из архива Г. Косыгиной.

Опубликовано в газете "Звезда". № 4 от 17 января 2017 года.

Дело № 556. Продолжение

19 января 1938 года, в один из главных церковных праздников -­ Крещения Господня, оборвалась жизнь священника М.Е. Куделина. Семидесятилетнего Михаила Евдокимовича расстреляли по решению Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. Этим же решением еще семь жителей деревень Раменье, Большой Двор и Горка Коленецкого сельского совета Пришекснинского района получили сроки в 10 лет лагерей. Священник и прихожане храма обвинялись советской властью в создании контрреволюционной группировки и в контрреволюционной деятельности.
 
Показания свидетелей
 
     Теперь, после обширной исторической справки, становится понятно, что у М.Е. Куделина были все основания власть не любить. Большевики лишили его имущества, а в 1936 году еще и церковь закрыли. А Михаил Куделин, как мы увидим ниже, для сотрудников НКВД был «бывшим кулаком», активным церковником, членом враждебной партии, в общем, «антисоветским элементом», от которых приказ № 00447 требовал «защитить трудящийся советский народ».
     К тому же, по характеру Михаил Евдокимович был резок, а в гневе за словом в карман не лез. Односельчане, выступившие свидетелями, припомнили все.
     Ниже представлены показания трех свидетелей в хронологическом порядке. Правдивые они или приукрашенные в угоду следователям -­ неизвестно. Скажу лишь, что при допросе  Михаила Евдокимовича он со всеми приведенными фактами согласился. Хотя, кто знает, в каких условиях он подписал признание вины.
     Показания свидетелей немного отредактированы согласно современным языковым нормам.
     «в январе 1931 года, в момент коллективизации Коленецкого сельсовета, встретив меня на улице, Куделин сказал мне «Не надо, Андрей Егорович (имя отчество изменено – прим. авт.) записываться в колхоз. Прими ты сам во внимание, если сын у отца женится, то они уже не могут вместе жить, а тут сгонят вас всю деревню в одно место, выстроят для всех один дом, и будете вы, умные старые крестьяне, слушать какого­-нибудь молокососа - ­ вашего начальника, и он над вами будет издеваться, таскать вас за бороды и прочее. Так что послушай моего совета и не ходи в колхоз, не будет никакого толку. Разоритесь вы совсем в этих колхозах, а после смерти попадете в ад кромешный».
     «В июне 1931 года за неуплату Куделиным госплатежей Коленецким сельсоветом нашему колхозу «Раменье» была передана его корова, и когда я эту корову у него брал, то Куделин говорил: «Обождите вы, смутьяны-­богоотступники, проклинаю я вас и ваших коммунистов. Не будет вам пользы от коровы, насильно взятой у духовного пастыря. Обождите, недолго еще вам придется так бесчинствовать и насмехаться над духовными людьми. Скоро погибнете все вы в большой войне, где хозяевами положения будут не большевики, а наша братия и капиталисты».
     «В 1932 году, после его раскулачивания, я и несколько других колхозников начали ломать колхозный амбар, ранее ему принадлежащий. Тогда Куделин выбежал из дома и закричал «Вы, кровопийцы-­паразиты, скоро ответите за ваши бандитские дела. Услышит Господь Бог наши жалобы и ваши гнусные дела, да и покарает Он вас ужасными бедствиями. Скоро конец вашей дьявольской власти и руководителям-большевикам».
    «В 1933 году наш колхоз с торгов у сельсовета купил ранее принадлежавшее Куделину имущество, и когда я по наряду правления колхоза пришел за имуществом, то Куделин закричал на меня: «Обожди, богоотступник, скоро придет конец вашей хваленой большевистской власти, и я тебе покажу, как ходить к духовному отцу отбирать имущество. Видно мало вы у меня поработали, дак еще надо. Свергнем мы коммунистов и возьмем опять крестьянство себе в услужение, и запоешь ты у меня по-­иному. Смерть вам будет скорая».
     «В мае 1935 года в группе колхозников у церкви, где присутствовал и я, фамилии остальных теперь я не припомню, Куделин говорил «Неверно поступили большевики, объединили вас как стадо глупых овец в колхозы. Толку от этих колхозов нет никакого. Колхозы не сегодня-завтра все равно развалятся, и вы останетесь нищими. Пока не поздно бегите из колхозов и требуйте все как одни опять самостоятельной спокойной жизни».
     «В октябре 1936 года в квартире гр-­на Таничева, где присутствовал Таничев и другие колхозники, фамилий которых я теперь не помню, я спросил Куделина о его мнении насчет новой сталинской конституции. Он ответил: «Видишь ли, эта сталинская конституция является ловушкой для крестьян. Разницы между старой и новой конституцией по отношению к крестьянству нет. Как раньше, так и теперь крестьянство правительством угнетается. Возьми, к примеру, ваши смехотворные колхозы, которые в конец разоряют устои нашего славного крестьянства. Работают они год от года все хуже и хуже, и уже опять правительство решает вопрос о роспуске колхозов и образовании отрубных и хуторских крестьянских участков».
    «В июне 1937 года Куделин, придя в кузницу колхоза «Землероб» и увидев там активистов-­колхозников, сказал: «Напрасно вы закрыли церковь, напрасно от нее отказались. За это не мы так наши дети отомстят вам, соплякам. Вот уже началось. Наверно знаете, как в Испании генерал Франко теснит республиканцев, такая же участь придет скоро и вам. Напрасно большевики помогают республиканцам испанским, т.к. очень скоро самим будет хуже их».
     «В июле 1937 года я был на квартире у Куделина, где сидели за столом и распивали чай с красным вином Куделин и Богданов Михаил Арсентьевич из дер. Черная гряда – теперь арестованный органами НКВД за контрреволюционную деятельность. При моем приходе между ними шел оживленный разговор о новой сталинской конституции. Куделин говорил: «Вот видишь, Михаил Арсентьевич (обращаясь к Богданову), большевики очень хитрые люди. Все время кричат, что эта конституция одна из лучших в мире, но это неверно. Под ее пышными фразами кроется большой обман для крестьянства, у власти опять станут рабочие, а вам крестьянам-­дуракам придется во всем им подчиняться. Нам теперь надо подумать о своих людях и их готовить на руководство государством».
     Справка: Богданов Михаил Арсентьевич, 1882 г.р., колхозник колхоза «Землероб», осужден 25.09.1937 г. Тройкой УНКВД Ленинградской области к высшей мере наказания.
     «25 июля 1937 года после того, как при производстве ремонта в клубе (бывшей церкви) гр-­н Таничев Василий упал с лестницы и зашиб руку, Куделин вышел на улицу к колхозникам, фамилий которых я теперь не припоминаю, где присутствовал и я, и сказал: «Вот видите, врага Божья Бог и наказал. Не радуйтесь, смутьяны, скоро конец вашему царствованию, и опять восторжествует православная вера и власть Господня. Скоро будет великая  война, кровь ваша потечет ручьями по земле грешной, и конец будет всем большевикам. Вот видите, выпущен новый заем, заем обороны, подписываться на него я не советую, т.к. оборонять нам некого, коммунисты наши враги, и мы сами должны добиваться их гибели».
     «20 октября 1937 года я, как член сельсовета по дер. Горка, пришел к Куделину для вручения обязательства на самообложение. Куделин, бросив обязательство на пол, закричал: «Враги наши коммунисты хотят нашей гибели, но это им не удастся. Мы, обиженные, скоро восторжествуем над ними. И ты, блудный сын, лично мною будешь повешен на церковных воротах».
 
Социалисты­-революционеры
 
     Как говорилось выше, при обыске в доме Михаила Евдокимовича была найдена программа партии эсеров. О приверженности М.Е. Куделина этой партии рассказал также один из свидетелей: «в марте 1927 года после церковной службы, у церкви в группе крестьян около пяти человек, фамилий которых теперь я не припомню, где находился и я, Куделин говорил: «Партия социалистов-­революционеров - ­ это наша крестьянская партия, борющаяся за благополучие крестьянства. Я бы советовал некоторым из вас прийти ко мне и поближе познакомиться с ее программой. Я сам состою в этой крестьянской партии. Как видите, живу, слава Богу, неплохо. Нужно, миряне, подумать о дальнейшем  своем благополучии и уяснить себе, что большевистской власти скоро придет конец».
     На личном допросе М.Е. Куделин подтвердил свою приверженность программе партии эсеров.
     Надо сказать, что в политической обстановке М.Е. Куделин разбирался плохо. Да и как ему было знать все перипетии партийной борьбы, находясь в отдаленной деревне. Действительно, в 1917 году партия социалисто-в­революционеров была крупнейшей политической силой в России. По своей численности она достигла миллионного рубежа, но в борьбе за власть «большевики» ее обошли. В целом, партия декларировала те же ценности и устремления, что большевики, меньшевики и другие политические силы. Только большевики своим ближайшим союзником и «локомотивом революции» считали пролетариат, а, по мнению эсеров, истинное народовластие должно было прийти не из города в деревню, а наоборот.
     Программа партии предусматривала «социализацию» земли. Ее купля-­продажа запрещалась. По мнению эсеров, земля должна была передаваться местным органам самоуправления и ими распределяться согласно потребительским нормам.
     Захватившие власть большевики расправились с эсерами. В 1922 году членов партии социалистов­-революционеров «разоблачили» как врагов революции, и началось их полное искоренение на всей территории Советской России. К середине двадцатых годов эта партия представляла собой «политический труп», совершенно безвредный для большевиков.
 
Контрреволюционная группировка
 
     Самое серьезное обвинение М.Е. Куделину состояло в создании контрреволюционной группировки. Звучит солидно, но на самом деле можно ли назвать «группировкой» или «сборищем» несколько деревенских жителей, которые любили послушать Михаила Евдокимовича и за чашкой чая поругать власть. Приведу фрагмент допроса М.Е. Куделина, где он рассказывает о деятельности своей группировки. Очевидно, что следователь, составляя чеканные фразы о контрреволюционной деятельности, понимал, что подписывает Михаилу Евдокимовичу смертный приговор.
     «Вопрос: Когда вы организовали эту контрреволюционную группировку?
     Ответ: Контрреволюционную группировку я организовал в феврале 1936 года, с какого времени она и существует.
     Вопрос: Какие задачи ставила перед собой ваша контрреволюционная группировка?
     Ответ: Основной своей задачей наша контрреволюционная группировка ставила борьбу за сохранение церквей.  Мы знали и видели, что советское государство с каждым годом ущемляет религию, закрывает церкви, репрессирует духовенство. В эту задачу ставили и борьбу с соввластью.
     Вопрос: Какими методами вы боролись с советской властью?
     Ответ: Основным методом нашей контрреволюционной работы была антисоветская пропаганда, направленная к срыву мероприятий соввласти в деревне, причем методы борьбы у нас существовали самые разнообразные. Прежде всего, все намеченные мероприятия по борьбе с соввластью мы обсуждали на конспиративных сборищах, которые в большинстве устраивались у меня на квартире. После этих сборищ каждый из участников группировки по месту своего жительства вел антисоветскую пропаганду, распускал разного рода провокационные идеи, высказывал повстанческие намерения и вел разлагательную работу в колхозе. На данном отрезке времени перед нами стояла задача сорвать предстоящие выборы в Верховный Совет СССР, а также при выборах в местные советы не допустить коммунистов, а провести свои враждебно настроенные к соввласти кандидатуры.
     Вопрос: Каких практических результатов достигла ваша контрреволюционная группировка?
     Ответ: По выборам в Верховный Совет СССР наша контрреволюционная группа еще не ощутила результатов, так как выборы не были, но, тем не менее, нами проведена соответствующая работа о провале кандидатур Корчакиной и Мусинского (фамилии написаны неразборчиво – прим. авт.) при проведении тайного голосования.
     Кроме этого, через участника группировки, председателя колхоза «Раменье» Обаева Ивана Петровича, мною было проведено такое мероприятие. В 1936 году я дал ему задание выявить всех хорошо относящихся и работающих в колхозе людей и исключить их из него, преследуя этим цель развалить колхоз. Он это задание выполнил и исключил 12 хозяйств. Но что толку, это им было сделано крайне неосторожно и необдуманно. Его разоблачили общественность и сельсовет. Номер не прошел, и его сняли с должности председателя колхоза.
     Вопрос: Какие вопросы вы обсуждали на конспиративных сборищах, и в какое время таковые были?
     Ответ: Первое конспиративное сборище было в сентябре 1936 года у меня на квартире…  На повестке дня стоял вопрос о закрытии Коленецкой церкви. Обсуждая это, мы высказывали клеветнические измышления в отношении конституции и ее автора, обвиняя соввласть и ВКП(б) в ведении неправильной политики. Считая, что могильщиками религии являются колхозы, мы пришли к определенному решению объявить беспощадную борьбу с соввластью по линии развала этих колхозов и срыву всех мероприятий соввласти.
   Второе конспиративное сборище было у меня на квартире в Пасху 1937 года… В порядке обсуждения стоял вопрос о недопущении председателем Коленецкого сельсовета исправления религиозных обрядов среди населения, т.е. хождение с крестным ходом...»
 
Обвинение
 
     Всего 12 дней понадобилось сотрудникам НКВД на расследование этого дела. Начали 20 ноября 1937 года, а обвинительное заключение в отношении восьми человек Пришекснинским РО НКВД было составлено 2 декабря 1937 года. Следствие установило, что «…на территории Коленецкого сельсовета Пришекснинского района Вологодской области существовала контрреволюционная группировка, враждебно настроенная к  советской власти, возглавляемая бывшим священником Куделиным М.Е.
     В состав этой контрреволюционной группировки входили: Куделин Михаил Евдокимович -­ бывший священник, Борисова Ульяна Евдокимовна -­ бывшая кулачка­торговка, Кочегарова Агриппина Яковлевна -­ бывшая монашка, Обаев Иван Петрович ­ - бывший кулак, Меркурьев Михаил Меркурьевич ­ - бывший кулак, Онуфриев Иван Онуфриевич ­ - бывший кулак, Тарасова Ефросинья Федоровна ­ - бывшая кулачка, Сидорова Анисья Авдеевна ­ - бывшая монашка.
     Вышеуказанные, будучи между собою организационно-­политически связанными, собирались на конспиративные сборища на квартире Куделина и обсуждали методы борьбы с советской властью, после каковых распространяли антисоветскую агитацию и пропаганду среди окружающих и своими действиями тормозили мероприятия ВКП(б) и Советского государства в деревне. 
     Их контрреволюционная деятельность была направлена на:
     а) подготовку обстановки для свержения существующего строя в случае возникновения войны;
     б) развал существующих колхозов;
     в) срыв выборной кампании в Верховный Совет СССР;
     г) срыв проводимых мероприятий ВКП(б) и Советского государства в деревне.
     На основании вышеизложенного обвиняются:
     Куделин М.Е., 1867 г.р., в том, что он являлся организатором и идейным руководителем контрреволюционной группировки, устраивал у себя на квартире конспиративные сборища, на которых обрабатывал присутствующих в антисоветском духе, производил вербовку и давал направления в борьбе с Советской властью. Кроме того, сам лично занимался антисоветской агитацией и пропагандой среди окружающих, высказывал повстанческие взгляды, распространял клеветнические измышления в отношении руководителей ВКП(б) и Советского правительства.
     Виновным себя признал полностью».
     Обосновав виновность восьми человек, начальник Пришекснинского РО НКВД постановил следственное дело направить на рассмотрение Тройкой УНКВД Вологодской области.
 
Без права на защиту
 
     И опять немного истории. Вспомним тот самый приказ № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Им утверждался личный состав «оперативных троек» по ускоренному рассмотрению дел в отношении «антисоветских элементов». «Тройки» НКВД создавались на уровне республики, края или области. Областная тройка состояла из начальника областного управления НКВД, секретаря обкома и прокурора области. Процедура рассмотрения дел была свободной, протоколов не велось. Следствие проводилось «ускоренно и в упрощённом порядке», без соблюдения элементарных прав. Заседания происходили в отсутствие обвиняемого, не оставляя ему никакой возможности защиты. Решение «тройки» обжалованию не подлежало.
     Как уже было сказано выше, приказом лимитировалось количество человек, которых нужно было расстрелять и посадить. А сроки проведения операции были минимальны. Согласно приказу «кулацкая» операция должна была завершиться в начале декабря 1937 года. Поэтому дела рассматривались как на конвейере, и приговоры выполнялись быстро.
     8 декабря 1937 года состоялось заседание Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. М.Е. Куделина приговорили к расстрелу. К 10 годам исправительно-­трудовых лагерей приговорили жителей деревни Раменье Ульяну Константиновну Борисову, 1884 г.р., Агриппину Яковлевну Кочегарову, 1878 г.р.,  Михаила Меркурьевича Меркурьева, 1892 г.р., Анисью Авдеевну Сидорову, 1873 г.р., Ефросинью Федоровну Тарасову, 1886 г.р., из деревни Большой двор, Ивана Онуфриевича Онуфриева, 1870 г.р.
     Имена всех есть в «Книге памяти жертв политических репрессий жителей Шекснинского района».
     Судьба Ивана Петровича Обаева неизвестна. В нашей Книге памяти его нет, а решение «тройки» в отношении его неизвестно.
 
Маховик репрессий        
 
     Кулацкую операцию 1937-­1938 годов можно охарактеризовать как настоящий государственный терроризм в отношении своих граждан.
     С августа 1937 по октябрь 1938 года по приказу НКВД № 00447 тройками были осуждены 767 397 человек, из них 386 798 человек были приговорены к расстрелу. Жуткие цифры.
     За что, по сути дела, получили жестокое наказание восемь деревенских  жителей Пришекснинского района? Просто за инакомыслие. Они были недовольны жизнью при советской власти и в открытую выражали свое мнение.
     Все они реабилитированы как жертвы политических репрессий, т.е. уголовного преступления они не совершили. Кстати, в постановлении от 14 апреля 1989 года о реабилитации М.Е. Куделина сказано, что «Статья УК РСФСР в решении «тройки» не указана».
    Сотрудники НКВД, выполнявшие приказы и проводившие террор в отношении граждан, сами попали под маховик репрессий.   
     Решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 года судебные тройки были ликвидированы.
     Назначенный вместо Ежова Лаврентий Берия провёл «чистку» в НКВД и заставил более 7 тысяч сотрудников (около 22 % от общего числа) оставить службу в органах. С конца 1938 года и до конца 1939-­го по его приказу арестованы 1 364 сотрудника НКВД, кроме того, почти всё руководство республиканского и районного уровней заменено.
     Были репрессированы многие члены троек: 47 представителей НКВД, 67 членов партии, и два представителя прокуратуры приговорены к смертной казни.
     Так революция «пожирала своих детей».
 
Алексей ДОЛГОВ.
Редакция газеты благодарит за содействие при написании материала Управление ФСБ России по Вологодской области.

Опубликовано в газете "Звезда". № 98 от 20 декабря и № 99 от 24 декабря 2016 года.

Дело № 556

Реальная история, как ершовских крестьян язык до ГУЛАГа довел.
     19 января 1938 года, в один из главных церковных праздников ­ - Крещения Господня, оборвалась жизнь священника М.Е. Куделина. Семидесятилетнего Михаила Евдокимовича расстреляли по решению Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. Этим же решением еще семь жителей деревень Раменье, Большой Двор и Горка Коленецкого сельского совета Пришекснинского района получили сроки в 10 лет лагерей. Священник и прихожане храма обвинялись советской властью в создании контрреволюционной группировки и в контрреволюционной деятельности.
    Сейчас это многостраничное уголовное дело хранится в архиве Управления ФСБ по Вологодской области. Его номер 556. Давайте перелистаем пожелтевшие страницы, исписанные в далеком 1937 году, и попытаемся понять, что тогда происходило в стране, в чем оказались виновны деревенские жители, и почему наказание было таким жестоким.
 
Арест
 
     Сразу скажем, приступая к историческому исследованию, нас интересовала судьба священника М.Е. Куделина, прослужившего 45 лет в Вознесенской Коленецкой церкви Череповецкого уезда (на снимке). В 1936 году Коленецкая церковь была закрыта, и сейчас оставшийся от нее четверик стоит на правом берегу реки Шексны, в километре от деревни Горка Ершовского сельского поселения.
     От редакции газеты был направлен запрос в Управление ФСБ России по Вологодской области с просьбой разрешить ознакомиться с архивным уголовным делом в отношении М.Е. Куделина. Уже работая в архиве, стало понятно, что уголовное дело – групповое, и вместе со священником в один день были осуждены еще семь человек. Но разрешение было получено на ознакомление с уголовным делом только М.Е. Куделина, и поэтому все подробности истории будут показаны по документам одного уголовного дела.
     Итак. Михаила Евдокимовича Куделина арестовали 20 ноября 1937 года. При обыске в его доме были изъяты наперсный священнический крест и программа партии эсеров.  
      24 ноября в деревню приехал сотрудник НКВД и в качестве свидетелей по делу допросил трех односельчан священника. Из анкеты самого арестованного, справки из Коленецкого сельсовета и показаний односельчан вырисовывается биография М.Е. Куделина.
     Михаил Евдокимович родился 6 сентября 1867 года в селе Матово Белозерского района. Окончил духовную семинарию. С 1892 года он проживал в деревне Горка Коленецкого сельсовета и служил в Коленецкой церкви вплоть до ее закрытия в 1936 году.
     До октябрьского переворота 1917 года Михаил Евдокимович имел большое хозяйство. Он владел 96-­ю гектарами земли, в его собственности были большой дом, двор, каретник (постройка для карет, лошадей), дровяник, свинарник, крытое гумно, хлебный амбар, два сеновала, пасека из 45 ульев. Держал скот и птицу, а именно: две лошади, десять коров, телят, свиней, овец, кур и гусей.
     Что из всего имущества осталось у него на момент ареста, по документам не прослеживается.
    В анкете арестованного М.Е. Куделин указал, что он вдовец, а трое его сыновей – Василий, Гавриил и Николай - ­ живут в других районах и областях, где конкретно – он не знает. Интересный факт: из «Ведомости о семейном и материальном положении священника Вознесенской Коленецкой церкви Череповецкого уезда Михаила Куделина» за 1913 год следует, что кроме трех названых сыновей, у него еще были сын Серафим, дочери Александра и Екатерина. Но в анкете арестованного он их не упомянул.
     Михаил Евдокимович был арестован как бывший кулак, и в протоколах допроса свидетелей жирным красным карандашом подчеркнуты показания, что М.Е. Куделин использовал наемный труд.
     Сейчас наем работников – обычное дело, а предприниматели, создающие рабочие места, вызывают почет и уважение. Но тогда было иное время, и использование чужого труда называли словом «эксплоатация» -­ именно в такой устаревшей орфографии это слово постоянно фигурирует в документах.
     Читая документы 1937 года, ощущается атмосфера недоброжелательности, подозрительности, ненависти, ожесточения. Судите сами. Например, в справке, данной на М.Е. Куделина в сельсовете, сказано: «…Как служитель культа Куделин был лишен избирательных прав со всей семьей до принятия в 1931 году новой Конституции. Настроен враждебно против советской власти. Общественно­-полезным трудом не занимается, да и вообще всякий труд презирал, будучи тунеядцем, паразитом на теле народа. Его семья также не занималась личным трудом». 
    А вот что показывали свидетели:
     «…Постоянно занимался эксплоатацией чужого труда, имел в постоянном пользовании 2­-3 наемных рабочих, а также нанимал и сезонных рабочих. Я сам лично ежегодно в период уборки урожая работал по найму у Куделина. Сам Куделин и его семья полезным трудом не занимались, и теперь не занимается».
     «…Все время занимался торговлей сельскохозяйственных и молочных продуктов. Через посредство сдачи мелких кусков земли в аренду эксплоатировал все крестьянство окружных деревень Коленецкого и Филяковского сельсоветов. Общественно-­полезным трудом не занимался. Был раскулачен, за что враждебно настроен по отношению к партии и советской власти, систематически ведет контрреволюционную пропаганду и агитацию среди населения».
     «…Постоянно вплоть до 1937 года включительно занимался эксплоатацией чужого труда, постоянных рабочих держал 2­-3 человека и сезонных по 5­-10 человек. Я сам лично еще в 1913 году 13-­ти летним мальчиком за неуплату попу за похороны сестры был направлен отцом к Куделину на 7 дней пасти скот, а также и после революции я часто работал у Куделина за гроши. Куделин, являясь крупным помещиком, сам и семья его полезным трудом не занимались, а эксплоатировал всех крестьян окружающих деревень, сдавая малоземельным небольшие клочки земли на обработку. Враждебно настроен к партии и советской власти, систематически ведет контрреволюционную пропаганду и агитацию среди населения».
     Итак, по классификации деревенских жителей М.Е. Куделин ­ - из бывших кулаков. Чтобы понять, почему следователя так интересовал факт принадлежности М.Е. Куделина к кулачеству, и какие показания свидетелей стали основой для смертного приговора, разберемся в истории кулачества и политической ситуации того времени. 
 
Нелегка жизнь кулака
 
     Понятие кулака в русской деревне появилось еще в царской России. Тогда «кулаками» (или «мироедами») назывались зажиточные крестьяне, использующие наемный труд, а также живущие перепродажей готового сельхозтовара, ростовщичеством. Кулаков в деревнях не любили. Сознание крестьян основывалось на идее, что единственным честным источником достатка является тяжелый физический труд. Происхождение богатства ростовщиков и торговцев связывалось, прежде всего, с их непорядочностью, как в поговорке «не обманешь – не продашь». Достаток кулака происходил на «закабалении» своих односельчан. Весь «мир» (сельскую общину) он держал «в кулаке» (в зависимости от себя). Кстати, земля крестьянская тогда не находилась в частной собственности. Земля была общины (мира), отсюда и второе название кулаков – «мироеды», то есть жившие за счет мира.
     К моменту октябрьского переворота, крестьянское население разделялось на три категории: кулаки, деревенская беднота (они чаще всего и были наемными работниками, батраками) и середняки – крестьяне, занимавшие среднее экономическое положение между бедняками и кулачеством.
     Когда власть в стране захватили большевики, использование кулаками наёмного труда позволяло рассматривать их как эксплуататорский класс, потенциально враждебный коммунистам. Деревенская беднота стала союзником советской власти. Декретом от 11 июня 1918 года были созданы комитеты бедноты, которые сыграли большую роль в борьбе с кулачеством. 8 ноября 1918 года на совещании делегатов комитетов бедноты председатель Совета народных комиссаров (правительства) РСФСР В.И. Ленин заявил о решительной линии по ликвидации кулачества: «…если кулак останется нетронутым, если мироедов мы не победим, то неминуемо будет опять царь и капиталист». Так начался первый «крестовый поход» власти против кулаков.
     Позднее, с введением НЭПа (новая экономическая политика), государство пересмотрело некоторые положения аграрной политики. В 1922 году был принят закон о трудовом землепользовании и новый Земельный кодекс РСФСР. Отдельные крестьяне снова получили право выделиться из коллективного хозяйства (общины, коммуны), а для обработки своего участка земли при определенных условиях могли нанимать работников­-батраков.
     Эти отделившиеся от общины крестьянские семейства, вскоре превратившиеся в зажиточных, снова получили прозвище кулаков. Но в отличие от прежних дореволюционных кулаков, эти кулаки не были владельцами земельных участков, на которых жили и которые обрабатывали. Они были «землепользователями», которым бессрочно и бесплатно государство предоставило право вести сельское хозяйство на государственной земле.
     В 1928­-1932 годах в СССР проводилась насильственная коллективизация сельского хозяйства. И конечно, основными противниками колхозов стали зажиточные кулаки. Вступая в колхоз, они теряли все. Их борьба за свои права часто принимала крайние формы: кулаки создавали вооруженные отряды, убивали милиционеров, председателей колхозов часто вместе с семьями. Власть, как всегда, ответила жесткими репрессиями.
     1 февраля 1930 года Совет народных комиссаров СССР издает постановление «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством», которое отменяло право на аренду земли и право на применение наемного труда в единоличных крестьянских хозяйствах. Зажиточных крестьян лишали земли, имущества и насильно выселяли в отдаленные районы. Так государство уничтожало сельское население, способное организовать сопротивление коллективизации.
     Всего, по данным ОГПУ, раскулачиванию подверглось 1 млн. 800 тысяч человек (с семьями). Самих мужиков — 450-­500 тысяч. Для сравнения, в то время населенных пунктов в Советском Союзе было около 500 тысяч, то есть получается, что в среднем на одну деревню приходилась одна кулацкая семья. Крестьян на тот момент числилось 120 миллионов. 
 
Демократия «по­-сталински»
 
     По данным органов внутренних дел, примерно треть депортированных кулаков (от 600 тыс. до 700 тыс.) сбежали из поселений. Бегство и миграция бывших кулаков ставила под угрозу успех кампании по раскулачиванию, и поэтому привлекла внимание Сталина. По мнению Николая Ежова (руководитель НКВД с весны 1936 года), объединявшиеся группы кулаков саботажами и подрывной деятельностью представляли серьёзную угрозу для Советского Союза.
     Назначение Сталиным на декабрь 1937 года всеобщих равных выборов в Верховный Совет СССР с тайным голосованием обеспокоило ведущих партийных функционеров. Им казалось, что преследуемые церковники и кулаки объединятся с другими врагами советской власти и повлияют на итог выборов. Опасения были обусловлены ещё и тем, что «Сталинская конституция» 1936 года предоставила сотням тысяч преследуемых все права. Партийная элита на местах опасалась, что баланс власти может склониться против большевиков.
     К внутренним общественно­-политическим факторам добавились также и внешние. Советская власть опасалась агрессивно настроенных стран, в первую очередь Германии, Польши, Японии. Власть повсюду видела врагов, шпионов, заговорщиков, диверсантов, вредителей. Руководители страны были обеспокоены, что в случае внешней агрессии сотни тысяч раскулаченных, депортированных, верующих, уголовных преступников могут начать восстание.
     Началась работа на упреждение. Решением Политбюро от 2 июля 1937 года «Об антисоветских элементах» объявлялось начало общегосударственной кампании преследования раскулаченных лиц и «преступников». Кроме бывших кулаков, к преступникам относились члены антисоветских партий, активные «церковники» и другие категории притесняемых.
     30 июля 1937 года вышел оперативный приказ НКВД  № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов».
     Во вступительной части приказа Ежов отметил, что все, кто считался врагом советской власти, должны быть непременно наказаны. «Перед органами государственной безопасности стоит задача — самым беспощадным образом разгромить всю эту банду антисоветских элементов, защитить трудящийся советский народ от их контрреволюционных происков и, наконец, раз и навсегда покончить с их подлой подрывной работой против основ советского государства».
     «Антисоветские элементы» были разделены на две категории. В первую входили «наиболее враждебные кулаки и преступники». Для них предусматривалась высшая мера наказания ­ - расстрел. Вторую категорию составляли «менее активные, но враждебные», для которых предполагалось наказание в виде лишения свободы на сроки от восьми до десяти лет.
     Кроме этого, приказом устанавливались так называемые лимиты по наказаниям: 59,2 тысячи – расстрелять, 174,5 тысяч – отправить в лагеря. В ходе кампании эти цифры были многократно увеличены, и операция по репрессированию бывших кулаков стала крупнейшей массовой операцией Большого террора.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото из сети Интернет.
 
Опубликовано в газете "Звезда". № 97 от 17 декабря 2016 года. Продолжение следует...

Они сражались за Родину

На фронтах Великой Отечественной войны погибли около семи тысяч шекснинцев.
 
     23 ноября в Молодежном культурном центре «Энергия» состоялись VIII Шекснинские просветительские чтения «Не стоит село без праведника. Памятью хранимы», посвященные презентации электронной книги памяти погибших и пропавших без вести  в годы Великой Отечественной войны уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов.

 
Незаживающая рана
 
     Организатором Шекснинских просветительских чтений стал коллектив центральной районной библиотеки и краеведческий клуб «Наследие» при активной поддержке администрации Шекснинского района, духовно­просветительского центра «Северная Фиваида» и Вологодской областной универсальной научной библиотеки им. И.В. Бабушкина (ВОУНБ).
     Участников чтений приветствовал заместитель главы администрации Шекснинского района по социальной сфере А.В. Зелянин. В своем выступлении Александр Витальевич вспомнил тех, кто работал над тремя Книгами памяти Шекснинского района. В первую книгу, изданную в 1995 году, были внесены 4043 уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов, погибших или пропавших без вести на фронтах Великой Отечественной войны. Вторая Книга памяти была посвящена труженикам тыла. В ней увековечены 5919 наших земляков, награжденных медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-­1945 гг.». Третья Книга памяти Шекснинского района была издана к 70-летию победы. В нее вошли имена 7175 ветеранов, вернувшихся с войны. Ко всем трем книгам предисловие написали участники чтений С.Н. Цветков, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры Российской Федерации, главный архивист Вологодского областного архива новейшей политической истории, и Г.В. Шириков, участник Великой Отечественной войны, член областного совета ветеранов войны, труда и правоохранительных органов.
    - ­ Я родился в деревне Панькино Чебсарского района. Война пришлась на мое раннее детство и на всю жизнь оставила незаживающую рану. В ноябре 1941 года под  Москвой погиб мой отец. На полях сражений пали три брата моих родителей. И у меня, как историка, не было другого выбора: всю оставшуюся жизнь я решил исследовать тему Великой Отечественной войны, - так начал свое выступление С.Н. Цветков (на снимке).
     Вот уже более 25 лет Сергей Николаевич вместе со своим другом и наставником Г.В. Шириковым занимаются работой по увековечиванию имен участников войны и тружеников тыла в Вологодском и Шекснинском районах. За эти годы были изданы девять книг памяти, в которые занесены имена 53 тысяч шекснинцев и вологжан. А всего в Вологодской области издано 35 книг памяти. Все они находятся в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве. В Вологодских книгах памяти – имена 178711 человек.
     С.Н. Цветков:
    - ­ Долгое время эта цифра считалась окончательной, потому что других источников для исследования не было. Продолжить работу мы смогли, когда были рассекречены документы Центрального архива Министерства обороны, и создан портал «Подвиг народа». В ходе подготовки к 70­-летию Победы Правительством Вологодской области было принято решение о создании электронной книги памяти Вологодской области. Во всех районах образовались рабочие группы энтузиастов. Теперь мы имеем другую печальную арифметику: за годы войны в области погибли или пропали без вести на фронтах 204 тысячи человек, а в тылу от голода, болезней и непосильной работы умерли 221 тысяча человек. То есть,  в тылу умерло людей больше, чем на фронте. Накануне войны население Вологодской области составляло 1 миллион 600 тысяч человек.  За годы войны мы потеряли 425 тысяч – каждого четвертого жителя. К примеру, только в 1942 году детей до 1 года умерло более 15 тысяч.
     Как рассказал Сергей Николаевич, сейчас начинается работа по изданию второго тома печатной Книги памяти Шекснинского района, чтобы назвать имена людей, не вошедших в предыдущие книги. Презентацию книги планируется провести в следующем году либо к Дню защитника Отечества, либо к Дню победы. В этом томе будут названы и 205 уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов, которые погибли в Советско­-финскую войну.
     С.Н. Цветков:
    - ­ Книги памяти играют большую роль в патриотическом воспитании молодежи. На примере героизма наших отцов, дедов и прадедов они учат на деле, как нужно любить и защищать свое Отечество. Эти книги должны быть в каждой школе, в каждой библиотеке. Они, как святая реликвия, должны передаваться из поколения в поколение. Наш долг – хранить память об участниках войны, потому что пока мы их помним, они живы и они с нами.
     С.Н. Цветков передал шекснинцам 42 подлинных документа Пришекснинского и Чебсарского райкомов партии, Чебсарского и Пришекснинского райкомов комсомола, в которых отражены события военных лет (на снимке).
     Продолжил чтения участник Великой Отечественной войны Г.В. Шириков. Геннадий Васильевич воевал в автоматной роте в составе 3-­го Прибалтийского фронта. Его дивизия освобождала Изборск, Печору, Тарту. Затем дивизия была направлена в состав 1­го Украинского фронта. Г.В. Шириков прошел территорию Польши, южную часть Германии, Чехословакию и… воюет до сих пор.
     Г.В. Шириков:
    - ­ Считается, что пока последний солдат не захоронен, война не закончена. И мы с Сергеем Николаевичем все еще воюем. Для нас война закончится, когда будет увековечен последний солдат. Надеюсь, с изданием второй Книги памяти по Шекснинскому району мы закончим войну.
     Геннадий Васильевич рассказал о вкладе шекснинцев в победу и привел интересную цифру. За годы войны на маслозаводах Пришекснинского и Чебсарского районов было произведено 3200 тонн масла – это целый железнодорожный состав. Также в большом количестве не территории современного Шекснинского района производилось льноволокно,  используемое для оборонной промышленности.
 
Это нужно не мертвым, это нужно живым
 
     После выступлений почетных гостей из Вологды, об электронной книге памяти Шекснинского района рассказали составители книги Т.В. Кононова и Н.Н. Смирнова. Тамара Васильевна и Надежда Николаевна работают над уточнением списков погибших и пропавших без вести более двух лет. Началась эта работа в 2014 году, когда в районе была создана рабочая группа по созданию электронной Книги Памяти Вологодской области по Шекснинскому району под руководством заместителя главы района  А.В. Зелянина. Собранные материалы в электронном виде были направлены в Областную рабочую группу, и Электронная книга памяти Шекснинского района вошла в состав областной электронной книги памяти.
     Т.В. Кононова (на снимке) решила заниматься этой работой, потому что война принесла нашей стране много горя, бед и несчастий и коснулась каждой семьи. Отец Тамары Васильевны ­ - Василий Васильевич Горячев воевал на Курской дуге. Он был изранен и до конца жизни проносил осколки, застрявшие в руке. Там же, на Курской дуге, погиб ее дед Василий Варфоломеевич Горячев. В 1974 году Тамара Васильевна ездила в Белгородскую область, чтобы найти его имя в списках погибших на памятниках. Тогда поиски успехом не увенчались. Могилу деда она нашла много лет спустя благодаря объединенной базе данных «Мемориал». Именно поэтому она считает работу по составлению Электронной книги памяти важной и нужной.
     В настоящее время Электронная книга Памяти Вологодской области находится на сайте Правительства Вологодской области. По Шекснинскому району в нее внесено 6451 человек. При последующем анализе выяснилось, что в Книгу памяти не вошли сведения о погибших и пропавших без вести земляках-шекснинцах, родившихся в Железнодорожном сельсовете, так как этот сельсовет до войны находился в составе Череповецкого района. Дополнить данные помог список, составленный в 80-­х годах прошлого века военруком Пачевской школы В.М. Протопоповым. Также из печатной Книги памяти Череповецкого района была сделана выборка тех, кто родился в деревнях Железнодорожного, Кономского, Охотничьего, Шекснинского и Ульяновского сельсоветах. В результате работы в Электронную книгу памяти Шекснинского были внесены еще имена 291 человека.
     Т.В. Кононова:
    ­ - Работа над Книгой памяти не закончилась. Анализируя списки, мы пришли к выводу, что еще не все имена наших земляков увековечены. Нам предстоит поработать со школьными музеями. Хотелось бы, чтобы представители органов местного самоуправления и школы передали нам всю имеющуюся у них информацию.
     Выступление Тамары Васильевны продолжила Н.Н. Смирнова. Надежда Николаевна привела примеры, показывающие актуальность этой работы, ее востребованность. К ней обратились более восьмидесяти человек. Люди ищут могилы своих отцов, сообщают о родственниках, которые должны быть занесены в Книгу памяти, или просто благодарят за труд по увековечиванию солдат войны. Для координации усилий с жителями района в социальной сети «Вконтакте» созданы группы «Ради жизни на земле» и «Пока помню – живу».
 
Возвращенные имена
 
     «Возвращенные имена» - ­ так называлось выступление учащейся 10 класса Устье­-Угольской школы Ренаты Ананьевой (на снимке). Ее исследовательская работа посвящена братьям Кузнецовым из деревни Рылово.  Началом работы послужило обращение Евгении Ивановны Артюшовой, отец которой и три его брата воевали с фашистами. Отец Евгении Ивановны с войны вернулся, а судьба его братьев была неизвестна. В результате работы военная биография братьев Кузнецовых перестала быть белым пятном в истории семьи Кузнецовых.
     У отца Е.И. Артюшовой – Ивана Ивановича Кузнецова – были три младших брата и сестра. В 1939 году Чебсарским РВК в ряды Красной Армии были призваны братья Александр и Павел. Александр Иванович пропал без вести в августе 1942 года. В сентябре 42-­го пропал без вести Павел Иванович. Младший из братьев Кузнецовых – Николай Иванович ­ был призван на службу в 1943 году. 23 июня 1944 года он погиб, сгорел в танке. Похоронен в деревне Будино Рясненского района Могилёвской области.
     Таким образом, из четверых братьев с войны вернулся лишь Иван Иванович, и тот на фронте был ранен, простужен и стал инвалидом. После войны И.И. Кузнецов работал в детском доме, расположенном у деревни Былино, чинил обувь детям и местным жителям. Умер 18 мая 1968 года и похоронен возле деревни Самсоница Угольского сельского поселения. 
     Рената Ананьева:
     ­ - Мы обратились к членам Союза молодёжи Шекснинского района с просьбой помочь изготовить и установить красную звёздочку на могиле Ивана Ивановича Кузнецова. 21 января 2015 года звезда была установлена. Данное исследование помогло узнать судьбу братьев  Кузнецовых. Их имена заняли достойное место в областной электронной Книге Памяти. Мы создали Книгу памяти семьи Кузнецовых «Возвращённые имена» и подарили ее Евгении Ивановне.
      Еще об одной трагической истории нашего земляка и своей исследовательской работе рассказала Т.Д. Трапезникова (на снимке). В 2000 году житель деревни Прогресс А.А. Советов показал Тамаре Даниловне интересную статью в журнале «Север» за 1990 год. В журнале были опубликованы главы документального исследования финского писателя Эйно Пиэтола «Военнопленные в Финляндии 1941 – 1944». А.А. Советов обратил внимание, что в тексте статьи упоминается житель деревни Прогресс Пришекснинского района Вологодской области Александр Петрович Соснин. 
     За годы войны финскими воинскими подразделениями взято в плен 64188 бойцов Красной Армии. Согласно договору о перемирии в Советский Союз было возвращено 44453 военнопленных и интернированных.
     В концентрационных лагерях военнопленные умирали от голода, холода, тяжёлого физического труда. Применялись и дисциплинарные наказания.   Если какой-­либо проступок оказывался таким, что наказание выходило за рамки компетентности начальника лагеря, сведения передавали в военно­-полевой суд. К таким проступкам относили попытки к бегству, порчу государственного имущества, поддержание связи с находящимися за пределами лагеря лицами с целью ведения шпионажа, распространение большевистской пропаганды, бунт, саботаж и уход с рабочего места без разрешения.
     А.П. Соснин упоминается в одном из докладов об исполнении смертных приговоров. Историческое исследование Тамары Даниловны показало судьбу нашего земляка, попавшего в плен.
    Александр Петрович Соснин родился в 1918 году. В ряды Красной Армии был призван Белозерским РВК и на фронте пропал без вести. Он числился пропавшим без вести, пока не стало известно, что 8 ноября 1941 года в Медвежьегорске красноармеец Соснин попал в плен финским войскам. Сначала его поместили в лагерь для военнопленных № 9, находящийся в Северной Финляндии в местечке Кайрала коммуны Салла.
     Судя по документам, причиной смертного приговора стал случай, который произошел 22 июля 1942 года. Тогда большое количество военнопленных этого лагеря стали помогать напавшему на лагерь советскому отряду. Военнопленные уничтожали и похищали продовольственные запасы лагеря, хотели совершить побег и присоединиться к отряду.          
     После этого случая  А.П. Соснин был переведен в лагерь для военнопленных № 7, расположенный в г. Ханко.
     В протоколе военного трибунала от 22 февраля 1943 года сказано, что А.П. Соснин и еще двое военнопленных были уличены в пособничестве врагу, приговорены к высшей мере наказания, при этом обязаны «предварительно возместить государству нанесенный ими ущерб, выплатив деньги в сумме семнадцати тысяч восьмисот семидесяти восьми (17878) марок».
     13 апреля 1943 года, в 5.30 утра, военнопленным зачитали решение военного трибунала на финском языке и в переводе на русский язык. Красноармейцы подтвердили, что в Финляндии у них нет имущества для возмещения ущерба. После этого с двумя красноармейцами побеседовал военный пастор К. Кох, один военнопленный от беседы со священником отказался. В 5 часов 45 минут на кладбище возле города Ханко красноармейцев расстреляли и похоронили здесь же. На могилах были поставлены кресты с именами расстрелянных.
     В Белозерске у  А.П. Соснина осталась жена. Были у них дети или нет – установить не удалось. 
     9 мая 2015 года в деревне Прогресс был торжественно открыт мемориал в память о погибших и пропавших без вести жителях Селищенского и Никольского сельсоветов в годы Великой Отечественной войны. Имя Александра Петровича Соснина теперь тоже есть в этом скорбном списке.
 
Короткой строкой
 
     Также на чтениях выступили Е.Н. Якуничева, заместитель директора Дома детского творчества. Елена Николаевна рассказала о деятельности школьных музеев по увековечению памяти земляков, участников Великой Отечественной войны.  Продолжила тему преподаватель Чаромской школы Т.А. Зорина. Татьяна Анатольевна познакомила слушателей чтений с социальными проектами учащихся Чаромской школы, посвященных участникам Великой Отечественной войны, уроженцам Сиземского сельского поселения. 
     Учащийся 6 класса Устье­-Угольской школы Михаил Нестеров рассказал о своей исследовательской работе «В списках значился», посвященной выпускнику школы В.М. Орлову.
     Краевед и общественный деятель В.Н. Протопопов в своем выступлении высказал мнение о необходимости установки памятника уроженцу Домшинского края, разведчику партизанского отряда Дмитрию Черемушкину.    
     Выступление И.В. Кручининой, сотрудника центральной библиотеки, было посвящено нашим землякам, принимавшим участие в Афганской войне и в вооруженном конфликте на территории Чеченской республики.
     С.А. Долгачева, заведующая отделом электронных ресурсов ВОУНБ, познакомила участников чтений с полнотекстовой коллекцией «Великая Отечественная война в памяти вологжан».  
     Провела чтения  Н.М. Тихомирова, директор Вологодского областного духовно­-просветительского центра «Северная Фиваида», заместитель председателя Общественной палаты Вологодской области. «Красной нитью» через все выступления прошла мысль: героизм не имеет временных границ, и подвиги русских солдат служат образцом для подражания живущим сегодня.
     Участники чтений смогли ознакомиться с выставкой литературы из фондов Вологодской областной универсальной научной и Шекснинской центральной библиотек «Вечной памятью живы», а также с экспонатами из фонда шекснинского Центра истории и культуры.

Алексей ДОЛГОВ.
Фото автора.

Также на нашем сайте Вы можете посмотреть ВИДЕО: "Шекснинские ветераны вспоминают Великую Отечественную войну", перейдя по ссылке http://zwezda.net/article/2016/11/24/video-sheksninskie-veterany-vspominayut-velikuyu-otechestvennuyu-voynu

Опубликовано в газете "Звезда". № 93 от 3 декабря 2016 года.

Тайны земли Шекснинской. О плотниках «ужасных», сундучках изящных и юбках «с грибами»

Продолжаем цикл бесед с краеведом Э.В. Барановой и сегодня мы постараемся ответить на вопросы: какими ремеслами владели наши бабушки и дедушки? Во что они одевались? Какой потаенный смысл заложен в народных орнаментах? Бедно или богато жила русская деревня? Все это изучает наука этнография, а значит, тема нашего разговора – этнография Шекснинского района.
 
­     - Эмма Валентиновна, проводилось ли целенаправленное изучение материальной и духовной жизни людей, населявших территорию современного Шекснинского района?
     ­ - Да, проводилось. Начиная с 1975 года, Вологодский краеведческий музей организовал несколько экспедиций на территорию района. Этнографы описывали деревенские подворья, записывали сказания, песни, прибаутки, загадки, воспоминания о былой жизни, собирали старинные предметы быта.
­     - Начнем разговор с ремесел. Что наши предки умели делать сами, а что им приходилось покупать?
     ­ - Как правило, для своей семьи крестьяне могли делать все сами: сшить одежду, изготовить обувь, посуду… Но чем­то крестьянин владел мастерски. Тогда этим ремеслом он мог зарабатывать деньги. Один делал бочки на продажу, другой – горшки, третий – корзины плел, а кто­-то – сапоги тачал… Ремесленный мастеровой труд ценился и передавался в семье по наследству.
     В нашей местности были известны мастера -­ сапожники, кузнецы, катали, но особо прославились «ужасные шекснинские плотники». Работали плотники артелями: строили дома, украшали их балкончиками, мансардами, галереями. А ужасными их называли, потому что делали они все «ужасно красиво», искусно, то есть необычно, чудесно. Посмотрите на такие старые дома, украшенные деревянной резьбой. Каждый дом на особинку. Вся эта красота создана руками мастеровых.
     Еще в нашем крае широкую славу имела домшинская береста. Торговое село Домшино стояло на тракте и имело выход через Шексну на водный путь к северным и центральным районам России. На многолюдные ярмарки сюда съезжался торговый люд из больших городов. Да и сами мастера берестоплетения возили свои изделия даже на Нижегородскую ярмарку. Их  отличала любознательность и словоохотливость, за что и получили прозвище «домшары красноязыкие». 
     Раньше изделия из бересты были очень востребованы. Пластик еще не изобрели, стекло не было в широком употреблении, а береста – удивительный подручный, бесплатный материал, который человек научился использовать для изготовления необходимых в быту вещей. Почему удивительный? Хотя бы потому, что не боится сырости и холода, не пропускает влагу, продукты в берестяных изделиях сохраняются долгое время. В музее села Сизьма туристам показывают берестяной короб с верхним отверстием. Оказывается, это не что иное, как холодильник! Яйца в нем хранились и не портились несколько недель.   
     Домшинские изделия из бересты были очень изящны, разукрашивались разными красками, преимущественно оттенками красного и желтого цветов, покрывались лаком. Кроме раскраски, мастера украшали изделия прорезными и тиснеными узорами. В каждом хозяйстве обязательно были берестяные изделия: туеса, не пропускающие воду, зобенки, шкатулки со вставленными зеркальцами, сундуки с замочками, изящные саквояжи. В таких ярких красивых сундуках возили и показывали приданое невест во время свадьбы, в них хранили праздничную одежду.
     В 19 веке земство Вологодской губернии решило обучить этому мастерству тюремных сидельцев. Чего зря сидеть – пусть плетут. Но есть отличие томящегося в неволе узника от свободного мастера. У одного душа в клетке, у другого душа поет. Мастер свое творение любит, лелеет, а осужденные просто освоили массовое производство. Но было это просто ремесло, а не творчество мастера. Дешевые изделия тюремных замков наводнили рынок и составили конкуренцию мастерам.
     Сначала конкуренция, скупщики, нехватка сырья, потом революция, войны, колхозы постепенно привели к угасанию этого красивого народного ремесла. Домшинские мастера перестали заниматься своим промыслом.
     С начала XX века сохранились фамилии двух наиболее известных мастеров: Георгий Яковлевич Юшин жил в деревне Яковцево, а другой – Яков Демидович Хабаров, приблизительно 1870 года рождения, был из деревни Леушкино. К сожалению, сейчас даже не слышно, чтобы в домшинской стороне кто­-то серьезно занимался берестоплетением.
     Не меньше мастеров берестоплетения и плотников были известны и шекснинские столяры. Они делали всевозможные изделия из дерева. Красивая мебель с токарными балясинами, с фигурными навершиями не требовала росписи, а просто покрывалась черным лаком. Диваны, столы, стулья, буфеты, шкафы, горки, оправы для зеркал и сейчас есть чуть ли не в каждом сиземском доме. Такую мебель мастерил дед моего мужа Никандр Александрович Семичев из деревни Корякино.
     Мой дед, брат бабушки, Михаил Иванович Харьезин из деревни Давыдково тоже был хорошим столяром. В детстве я бывала в его мастерской на первом этаже большого дома и видела, как он искусно стругал доски для оконных рам. Дед Михаил изготавливал не только рамы, но и рамки для ульев, изящные рамки для фотографий и простую мебель. Не отказывал людям, брался делать все, что просили.  До глубокой старости еще и плотничал, помогал дома ремонтировать. Михаил Иванович прошел три войны артиллеристом без единой царапины. Вернулся домой с тринадцатью медалями. Но о войне никогда не вспоминал, а занимался любимым делом.
   В нашей деревне Максимково жил дедушка Илья Арефьев, который делал горшки на продажу для жителей своей округи. Хотя в Сизьму привозили посуду и из Ерги, и из Мяксы.
     Рядом жили два брата Маховы: Павел Александрович делал добротные бочки и в его пятистенке среди кучи стружки всегда стояли 2­-3 новенькие кадушечки. Алексей Махов был кузнецом. Для крестьянского хозяйства ковал: лопаты, вилы, топоры, серпы, ножи, подковы, гвозди и много чего. И еще дед Алексей бил льняное масло. Почему бил масло? У него был такой станок с тисками для мешочка. И чтобы масло выжать, приходилось бить по клинышкам, которые зажимали мешочек с горячим семенем, и тогда масло стекало по желобку в какую-нибудь емкость. А сливочное масло сбивали в каждом доме ручной маслобойкой.
    В нашей маленькой деревне Максимково сейчас шесть домов. А когда­-то была и своя катавальня, и кузница, и водяная мельница  устроена с запрудой на речке Сизьме.
­     - А во что одевались наши бабушки и дедушки?
     - ­ Образцы крестьянской одежды широко представлены в сиземском музее. Мне очень приятно, что там оказались несколько костюмов и из моего родового дома Харьезиных. Традиционный женский шекснинский костюм начала ХХ века представлен рубахой и юбкой. Хотя сарафаны из домотканого холста старухи донашивали вплоть до 70­-х годов ХХ века.
     На голове женщины носили расшитую борушку, покрытую платком, а девушки широкую ленту. Бабушка рассказывала, что до революции она плела косынки из шелка и шали из шерстяных ниток. Юбки раньше шили из домотканой пестряди с оборками, чаще кроеные по косой, как их называли – юбка «с грибами». Они были летние и зимние, теплые. Обрядовая рубаха­-покосница из белой ткани шилась на кокетке. Ее стан украшался по подолу пестрядинным ткачеством (на снимке: Костюм шекснинский. Вологда. Этнографический музей). Обязательный передник с оборкой украшался мерным кружевом. Носили нижние юбки из портна. Одевались, как  суслончик. Штанов наши бабушки не носили.  Зато вязали для холодной зимы толстые шерстяные чулки, спущенные гармошкой. Пояса в основном браные, выплетались на деревянных кружочках и досочках. Пояса различались: обычные и свадебные. На них  встречаются яркие узоры с птицами, барышнями, лисицами. На концах пояса – разноцветные шерстяные кисти. Узоры «пестряди» у мастериц никогда не повторялись. Каждая подбирала свой узор: в несколько поясов, с перебивками цветных нитей, добавляли кумач и ленты.
     Для одежды нашего края характерно преобладание красного цвета.
     Элементы вышивки на одежде чаще всего полугуськи и городчатые кресты.
     Особое внимание уделялось полотенцам (на снимке: Свадебное полотенце. 19 век. Шекснинский район. Вологодский краеведческий музей). Невеста, выходя замуж, имела до ста полотенец. Сундук с приданным девочки начинали собирать лет с пяти. Они сами вышивали полотенца и росли в труде, готовясь к следующему этапу жизни – замужеству. Узоры на полотенцах – это древние  обережные символы: двуглавый орел, берегини-рожаницы, лебеди, петушки, различные кресты. В русской традиции все знаки имеют сакральное значение и несут добро.
      Из обуви в общем употреблении были лапти и ступни из берестяного лыка, надевали их с портяными или шерстяными чулками. Моя бабушка говорила, что для обряда скотины мама шила ей в ступни папчехи.
Часто крестьяне тачали сапоги сами. Но многие заказывали мастерам­-сапожникам по своей мерке, а также покупали на ярмарках разные сапоги, полусапожки, кожаные башмаки и другую обувь. Зимой носили валенки и вязаные чулки и носки из овечьей шерсти. В Шекснинском крае известными сапожниками и катавалами были жители чуровских деревень.
     - ­ Эмма Валентиновна, как жила русская деревня: в бедности или богато? Историки не дают однозначного ответа на этот вопрос, а что думаете Вы?
      ­ - В разные исторические периоды деревня жила по-­разному. Например, в музейных коллекциях мы можем видеть, во что одевались люди в 16-­17 веках. Это очень добротная, богатая одежда, нередко украшенная золотом, драгоценными камнями, подбитая мехом. А кто ее носил? Оказывается, не только цари. (На снимке: Костюм крестьянки Вологодской губернии из собрания коллекции Шабельских, находящейся в собрании Российского Этнографического Музея)   
     Интересные записи о России оставил хорватский богослов Юрий Крижанич. В 1659 году он прибыл в Россию и прожил в Сибири в Тобольске  16 лет. И вот как он рассказывает о жизни простых людей в своем известном трактате «Политика»: «Люди даже низшего сословия подбивают соболями целые шапки и целые шубы..., а что можно выдумать нелепее того, что даже чёрные люди и крестьяне носят рубахи, шитые золотом и жемчугом?.. Шапки, однорядки и воротники украшают нашивками и твезами, шариками, завязками, шнурами из жемчуга, золота и шёлка… Следовало бы запретить простым людям употреблять шёлк, золотую пряжу и дорогие алые ткани, чтобы боярское сословие отличалось от простых людей. Ибо никуда негоже, чтобы ничтожный писец ходил в одинаковом платье со знатным боярином... Такого безобразия нет нигде в Европе. Наигоршие чёрные люди носят шёлковые платья. Их жён не отличить от первейших боярынь…»
     Есть и другие подобные свидетельства иностранцев, которым не было необходимости приукрашивать действительность. Все они говорят о зажиточности простых крестьян в допетровской России. (На снимке: Костюм крестьянки Вологодской губернии из собрания коллекции Шабельских, находящейся в собрании Российского Этнографического Музея)
      В силу объективных причин в большом количестве дома, в которых жили люди 17 века, не сохранились до наших дней. Хотя в поморских деревнях и сейчас можно видеть такие хоромы: огромные двух­-, а то и трехэтажные строения, с балконами, галереями. В селе Семенково под Вологдой есть такие привезенные дома. Зайдешь в горницу, и чувствуешь себя совсем иначе, нежели в нашей квартире из бетона.
     Можно сделать вывод, что в 17-­ом веке простой люд имел все для благополучной жизни. А потом, видимо, произошли какие­-то трагические события, которые привели к обнищанию деревни.
     ­ - В наших беседе Вы упомянули о том, что в старинных орнаментах, которыми люди украшали дома, одежду, утварь, заложен большой смысл. Какие тайны хранят эти завитушки, гуськи и крестики?
     ­ - К сожалению, бытует мнение, что деревенское сознание было убогим, люди были неграмотными. А я, наоборот, сожалею, что мы утратили древнее миропонимание. Думаем, что развиваемся, делаемся цивилизованней, нравственней. Но есть и другая точка зрения. Например, в книге А.В. Юдина «Русская народная духовная культура», а это учебное пособие для студентов вузов, в разделе «Мир архетипов и повторений» читаем: «…двигаясь по кругам времени, мир изнашивается подобно тележному колесу, мир неуклонно движется к концу очередной великой эпохи, цикла циклов, к своей нижней точке, чтобы сгореть и очиститься в огне». То есть, древние думали так: мир постоянно теряет заряд своего первоначального золотого состояния, первоначальной святости и ценности. И потом обретает вновь, ведь «все возвращается на круги своя».
     Мировоззрение наших предков заложено в знаках на одежде, в домовой резьбе, в росписях на утвари: на сундуках, прялках. Человек всюду окружал себя этой обережной символикой. (На снимке: Вышивка на свадебном полотенце, принадлежавшем Анне Харьезиной из д. Давыдково, Шекснинский район)
     Понятие креста многомерно. Слова «крест», «крес», «кресить», «кресенье», «кресало» ­ - однокоренные и означают живой «огонь». Кресало по-­другому и называли огниво. Этот очистительный знак огня и оберегал человека от нечистоты. Крестятся и говорят: «Чур меня!» И через огонь прыгают, потому что считают, что огонь очищает.
     Если крест с крючками, то в Тарноге называли его «огнивец», в Верховажье – «крюковец», а в Шексне ­ - «вращунец», ну а в Индии называют «свастика». Вышивка «гуськи» -­ это как бы полусвастика. Во всех орнаментах эти знаки занимают ведущее место и означают вечное коловращения жизни.
     Мы должны понимать и ценить свою изначальную культуру, которую несет нам народная мудрость, обозначенная чужим словом «этнография».
     В ней столько сокровищ. И почему бы не вносить эту красоту и лад в нашу современную жизнь? 

Алексей ДОЛГОВ.

Опубликовано в газете "Звезда". № 89 от 19 ноября и № 90 от 22 ноября 2016 года.
 

Алексей Вдовин: «Теперь мы с храмом и будем жить иначе»

4 ноября над шекснинской округой разнесся особый «архиерейский» звон колоколов. В этот день прихожане храма Казанской иконы Божией Матери отмечали престольный праздник и встречали митрополита Вологодского и Кирилловского Игнатия. Праздничное богослужение проходило в большом возрожденном храме. Все пространство четверика перед алтарем было занято верующими. В дальних рядах, среди мужчин, женщин и детей смиренно стоял Алексей Николаевич Вдовин. На службу он приехал из Чебсары. Алексей Николаевич один из тех, кто стоял у истоков возрождения православной общины Шексны. Мы встретились с ним в Чебсаре, и А.Н. Вдовин рассказал о себе и об интересных событиях в жизни общины.
 
Царица Небесная
 

     В этом году Алексею Николаевичу исполнилось семьдесят лет. Родился он в послевоенном 1946 году в деревне Тирково Ершовского сельсовета.
     А.Н. Вдовин:
    - ­ Трудно было нашей семье. У меня два брата и две сестры померли. Когда мне исполнилось три месяца, семья переехала в деревню Кренево Никольского сельсовета. Мама говорила, что если бы остались в Тиркове так, наверно, никто бы не выжил. С тех пор я там не был и своей родиной считаю деревню Кренево.
     Учился Алексей Николаевич в Пришекснинской школе. Каждый день он ходил в село Никольское мимо Казанского храма. Правда, в то время это был не храм. В здании размещался Дом культуры. Алексей Николаевич вспоминает:
    - ­ Как­-то раз нам, школьникам, там кино показывали. Фильм был атеистический, о том, что церковь не правду народу говорит. Не понравился мне фильм, и на душе как­-то скверно было.
     Совершенно иное чувство у школьника Алексея возникло, когда мама впервые повезла его в череповецкий храм. А еще они с мамой любили зайти в гости к старушке Анне Максимовне Хлаповой. Ее дом стоял посреди деревни. В избушке все было скромно, по-­старушечьи. Анна Максимовна раньше жила в монастыре, в ее комнате висела большая икона Иоанна Богослова, со стола никогда не убирались Евангелие и Псалтырь. Начитанность и старческий опыт позволяли ей быть местным богословом, изрекающим мудрые наставления.
     Несмотря на атеистическую пропаганду, мама Алексея Николаевича была склонна к вере, а вот его отец священников не любил, хоть и не отвергал веру в Бога. Алексея в детстве крестила бабушка в деревне, а уж потом священник дополнял крещение по всем правилам.
     Закончив семь классов Пришекснинской школы, Алексей поступил в Грязовецкую сельхозшколу на 11-­месячные курсы младших ветеринаров. Жил на квартире у одной старушки. Она была верующая, ходила в храм, и Алексей – за ней:
     - ­ В Грязовце был хороший храм. А еще мы с ней ходили молиться в село Чернецкое в двенадцати километрах от Грязовца. Там был особенный батюшка – старенький монах. Звали его игумен Михаил. Как-­то раз дает он мне двадцать рублей и говорит: «Поезжай в Троице-Сергиеву Лавру». Двадцать рублей - в то время ­ большие деньги! Сергиев Посад тогда назывался Загорском, и дорога до него стоила три рубля. Первый раз съездил ­ - понравилось, потом еще потянуло – снова съездил. В Лавре я познакомился с отцом Тихоном. Как-­то раз подхожу к нему, а он спрашивает: «У тебя мать-­то есть?» А у меня мама как раз недавно от болезней померла. Я ему рассказал и услышал в ответ: «А Царица Небесная разве тебе не Мать? Проси Ее, и Она тебе поможет». Вот так и получилось, что всю жизнь мне помогает Матерь Божия. И люди хорошие окружают, и все ладно…

Разум восторжествовал

     Во времена ударных социалистических трудовых «пятилеток» о православной вере в государственных СМИ говорить было не принято, во-всяком случае — положительно. Районные газеты — не исключение. Первый лучик снятия табу с религиозной тематики в Шекснинском районе «засветил» в 1989 году. 19 сентября газета «Звезда» опубликовала короткое письмо читательницы С. Барбы, озаглавленное «Под звон колоколов». Женщина предложила передать здание разрушенного храма православной церкви, восстановить храм и проводить в нем воскресные службы. В следующем, 1990 году, Шексна отмечала 400-летие поселка. Свое письмо С. Барба заканчивает так: «…И очень бы хотелось, чтобы будущее 400-летие было встречено колокольным звоном, а не бряканьем пивных кружек».
     Предложение С. Барбы поддержали жители улицы Пионерской. «Восстановить этот храм очень трудно, властям поселка это не под силу, а православная церковь найдет средства и силы для восстановления. А верующие района по силе возможности помогут деньгами», - пишет Т.А. Шкипарева по поручению жителей улицы Пионерской, - «Церковь никогда не учила плохому. Разрушение храмов в 1935-1937 годах было ошибкой Советской власти, так давайте исправлять эту ошибку сейчас, немедля» (заметка «Правильное предложение» в «Звезде» от 23 сентября 1989 года).
     Антирелигиозная пропаганда в течение нескольких десятилетий не прошла даром. На страницах газеты разразилась бурная дискуссия. Большинство защищали православную веру и ратовали за возрождение храма, но были мнения и противоположные. Например, предлагалось разрушить остатки храма и на этом месте поставить знак, посвященный 400-летию поселка. Разум восторжествовал. Стены храма не тронули, а рядом с ним установили поклонный крест, который простоял до начала работ по возрождению храма.
 
Стишки духовные
 
     …В конце восьмидесятых, в годы перестройки, в Шексне образовалась христианская община. Официальная дата регистрации религиозного Общества – 25 декабря 1989 года. Своего помещения у верующих не было, и молиться они ездили в старинный храм Иоакима и Анны в селе Степановское (сейчас Носовское) Череповецкого района.
     А.Н. Вдовин:
    - ­ Нас, шекснинских, иногда до двадцати человек собиралось. Ехали на автобусе до Череповца, затем на автобусе до Ясной Поляны, а потом четыре километра пешком шли до Степановского. А кто-­то доезжал до Тоншалова и оттуда пешком шел. Ближе храмов не было, и мы считали его  своим приходским. В Шексне иногда собирались в доме Татьяны Евстафьевны Пакудиной (дом на перекрестке улиц Ленина и Октябрьская). Там мы молились, иногда пели духовные стишки. Хорошо было. Теперь почему­то стишки духовные не поют…
     Алексей Николаевич не только пел духовные стишки, но и свои переживания перекладывал в стихотворные строчки и записывал их в тетрадочку. Алексей Николаевич достал тоненькую тетрадь, полистал ее и начал читать еле слышно, нараспев: «У стен священных неспешно прохожу, здесь боль и радость святую нахожу, но храм великий стоит без куполов, разрушен сверху и нет колоколов. И как случилось с родимой стороной, что мы не слышим трезвонов над Шексной…» Эти строчки А.Н. Вдовин написал в 1991 году. Конец восьмидесятых – начало девяностых стало для шекснинских христиан временем больших планов, надежд, радостных и горестных событий.
 
Всем миром
 
     17 ноября 1989 года познакомиться с шекснинской общиной приехал владыка Михаил (на снимке). Встреча с архиепископом Вологодским и Великоустюжским Михаилом Мудьюгиным прошла в помещении поселкового Совета. На встрече присутствовали представители облисполкома, райисполкома, поселкового Совета. Владыка Михаил благословил восстановление старинного храма Казанской иконы Божией Матери. Для восстановления  старой церкви требовались большие капитальные вложения, поэтому для начала власть предоставила верующим дом №15 по улице Нагорной. Прихожане переоборудовали его под совершение богослужений. 21 июля 1990 года Благочинный Череповецкого округа протоиерей Александр Куликов провел в нем первую службу, а Указом от 31 июля 1990 года настоятелем Казанской общины был утвержден священник Роман (Лыпко). Настоятель отец Роман и Приходской совет обратились к руководителям предприятий, организаций, председателям колхозов и директорам совхозов, ко всем братьям и сестрам за помощью в восстановлении здания разрушенной церкви.
     Собирать деньги на восстановление храма решили всем миром.
    Прихожане разделились на группы. Алексей Николаевич ходил по деревням с Марией Семеновной Бачуриной. До сих пор он хранит тетрадки, где записаны имена жертвователей, суммы и приколоты квитанции о передаче денег в банк. В основном, фигурируют суммы в 20, 30 рублей, кто­-то пять рублей подавал, кто­-то три рубля пожертвовал.
     На призыв возродить старинный храм откликнулись организации и предприятия района. Чебсарский кирпичный завод пожертвовал 5000 кирпичей, председатель колхоза «Пример» В.Б. Соколов помог достать железо на крышу, 15 тысяч рублей пожертвовал Коммерческий банк (управляющая Т.П. Орлова), директор «Музлесдрева» С.Л. Коротков помог брусом. Летом 1992 года состоялись первые субботники по расчистке здания от мусора.
    А.Н. Вдовин:
    - ­ Два года службы проходили в доме на Нагорной. Молитвенный дом не  мог вместить всех желающих. Отец Роман по характеру спокойный, покладистый, люди к нему тянулись. В храм стали ходить не только старушки, но и молодежь. Все стены дома были увешаны старинными иконами, пустого места не было. Я был алтарником у отца Романа. Как­-то раз я приболел и после операции находился дома, в Креневе. И вот приносят в деревню новость – церковь сгорела. Я не мог поверить, что произошло такое горе.
     Это случилось 2 июля 1992 года в 3 часа ночи. По тревоге были подняты огнеборцы пяти пожарных частей, но отстоять дом не удалось, и он сгорел дотла. Причину пожара не установили, но председатель религиозного общества Анна Александровна Смирнова полагала, что церковь подожгли. На это косвенно указывала содранная с ближней березы кора, как будто для поджога.
 
Господь управил
 
     Приход остался без крыши над головой. По решению исполкома  райсовета верующим выделили две комнаты в освободившихся детяслях на улице Звездной. Богослужения стали проводится еще в более тесных условиях, чем в сгоревшей церкви. По ходатайству Приходского Совета   администрация района в марте 1993 года передала общине дом № 6 по улице Советской. Изначально это была часовня, а в советское время в здании располагались вытрезвитель, архив.
     А.Н. Вдовин:
    - ­ Вскоре отец Роман был переведен в Череповец, а шекснинский приход с мая 1993 года возглавил священник Николай Лыпко. Относительно восстановления старой церкви мнения прихожан разделились. Часть прихода во главе со старостой А.А. Смирновой не отступали от идеи возрождения старого храма, благо материал был уже припасен, другие считали правильнее обустроить существующее здание. Их поддержал настоятель. Так и сделали. Я в это время уже не был алтарником. Помню, как староста Анна Александровна пришла ко мне домой со слезами на глазах и сообщила решение прихода. Для нее это было настоящее горе. А что было поделать? Очень жаль ее стараний, усилий ее мужа Вениамина Кирилловича и других прихожан, которые работали и жертвовали на возрождение храма.
     К зданию бывшей часовни пристроили алтарь, притвор, сделали купол и звонницу. В переустройстве храма помощь строительными материалами и техникой оказали завод «Музлесдрев», птицефабрика «Шекснинская», завод ДВП, ЛПУМГ ОАО «Газпром», комбинат хлебопродуктов, ИТК­-12, ЗАО «СУ-­466», МУП «Шекснаагротранс». На субботниках работали прихожане и служащие храма. 16 августа 1993 года храм был освящен и служит шекснинцам до сих пор...    
     ...На все воля Божья. Этими мудрыми словами каждый православный христианин объясняет  радостные и горестные события. Тогда, в начале девяностых, возродить храм не удалось, не увенчались успехом попытки начать большое дело и в первое десятилетие XXI века. Значит, так было угодно Богу. Значит, Шексне нужно было дождаться, пока за восстановление шекснинской святыни возьмется А.А. Атомян. И вот уже Алексей Николаевич пишет меценату панегирик:
     «...О дивный храм в Шексне теперь у нас,
        Не хватит слов о нем все изъяснить.
        Свет веры в наших людях не угас,
        Иначе как все это объяснить.
         ...Господь управил, все через армян,
        Владыка всех на труд благословил.
        Дела возглавил мудрый Атомян,
        И край шекснинский он преобразил.
        ...И вновь сияют ярко купола
        Святой небесной дивной красотой,
         И вот звучат, звенят колокола,
         Над всей родной любимой стороной» и уже без стихов А.Н. Вдовин добавляет:    
    - ­ Шексна стала другой. Мы теперь с храмом, с Богом и будем жить иначе.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото автора.


Опубликовано в газете "Звезда". № 88 от 15 ноября 2016 года.

Сделан проект реставрации храма в с. Едома

Старинный храм в селе Едома летом почти не виден. Он окружен высокими деревьями и утопает в зелени листвы. С наступлением осени храм оголяется и всматривается в наш мир разбитыми проемами окон и дверей. Запущенный и умирающий храм – печальное зрелище. А ведь когда-то сюда, в этот островок надежды и спасения, шли люди с желанием покаяться в грехах и получить от Бога милость. После десятилетий поругания храмов и духовного опустошения пришло время «собирать камни».
 
     Первый «камушек» в деле возрождения Едомского храма положен – студентка Вологодского государственного университета Наталья Белоглазова (на снимке) выполнила проект его реставрации.
    История каждого храма удивительна и неповторима, она тесно переплетается с человеческими судьбами. Как получилось, что Едомский храм заинтересовал вологодского архитектора? Что думают о его реставрации местные жители? Чем уникальна Едомская церковь и сколько стоит ее восстановить?  На эти и другие вопросы отвечает студентка 1 курса магистратуры ВоГУ, архитектор­-реставратор   Н.А. Белоглазова.
­     - Наталья Алексеевна, почему Вас заинтересовала именно Едомская церковь?
     ­ Проект реставрации храма был выполнен в качестве дипломной работы. Поскольку я родилась и выросла в Вологде, то решила принести пользу родному краю и посодействовать сохранению исторически ценной архитектуры региона.
     Храмы на протяжении многих веков играли особую роль в жизни людей, а в селах они были центром духовной и культурной жизни. К сожалению, в ХХ веке большинство старинных храмов России были разрушены или закрыты и доведены до аварийного состояния.
     Я решила выбрать темой дипломного проекта реставрацию одной из церквей Вологодчины. Пересмотрела в интернете огромное количество храмов, но увидев церковь Благовещения Пресвятой Богородицы в селе Едома, поняла – это мое. Когда впервые приехала в Едому и подошла к церкви, в душе что­то ёкнуло. Я ощутила атмосферу величия, изящности фасадов…и увидела кощунственное отношение к церкви. Внутри храма стены исписаны, стоит импровизированный стол из бревен, на столе ­ тарелки, измазанные кетчупом, всюду бутылки, прочий мусор и грязь… Стало больно и обидно за такое отношение к святыне. Я считаю, что этот храм должен быть восстановлен, пока не стало поздно, и весь четвертый курс работала над проектом реставрации храма.
­     - С чего началась работа над проектом?
    - ­ С работы в архивах и опроса местных жителей. Исторические сведения о селе Едома и храме искала в Российской национальной библиотеке в Санкт­-Петербурге, Вологодской областной библиотеке, Вологодском музее-­заповеднике, Государственном архиве Вологодской области, архиве Череповецкого музейного объединения, администрации сельского поселения Железнодорожное в деревне Пача и в сети интернет.
     Оказалось, что первое упоминание о селе Едома относится к 1477 году как вотчине Московского Симонова монастыря. В XVII веке село становится центром Едомской волости, и с этого же времени образуется приход церкви Благовещения Пресвятой Богородицы. В 1607 году была построена деревянная теплая церковь, которая просуществовала до 1837 года. С этого времени усиливаются заботы о постройке каменного храма. И, наконец, в 1866 году тщанием прихожан выстроен новый, ныне существующий, каменный трехпрестольный храм Благовещения Пресвятой Богородицы. В архивных источниках удалось обнаружить много подробной информации о ремонтах, посещениях церкви, самих прихожанах и церковной утвари.
     На этой стадии работы выяснилось, что церковь плохо сохранилась из-­за неправильной эксплуатации. А в ХХ веке был случай, когда она сохранилась чудом. По воспоминаниям местных жителей, в годы гражданской войны было приказано взорвать храм выстрелом из пушки, но наводчик оказался местным жителем, он намеренно пустил снаряд мимо цели.
     В 1936 году по распоряжению советских властей церковь закрыли.
     Во время Великой Отечественной войны на колокольне был обустроен пункт наблюдения за немецкими самолетами. Здесь же стояли зенитки. После войны здание использовалось под зерносклад, в 1958 году было переоборудовано под машинно-­тракторную станцию, еще позже использовали под хранение удобрений, а теперь – заброшено…   
     Выяснив историю храма, летом 2015 года началась практическая работа по исследованию села Едома, храма и прилегающей территории.
­     - Как отнеслись местные жители к вашему появлению в селе?
     - Мы жили в палатке рядом с храмом. Работу начали с проведения социологического исследования. Его цель: выяснить отношение жителей села к идее воссоздания церкви. Ходить по домам с опросом сначала было страшно, но люди оказались дружелюбными и охотно высказывали свое мнение. 85 % респондентов считают, что храм должен быть восстановлен, 70 % опрашиваемых даже готовы помочь в воссоздании церкви. Что касается использования храма, то 57 % полагают, что церковь – это место для богослужений и молитвы, 19 % считают целесообразным использовать восстановленное здание как музей, и 10 % допускают совмещение богослужебной и музейной функций.
     В социологическом исследовании неоценимую помощь мне оказала местная жительница Валентина Дружнова. Она узнавала и уточняла у односельчан интересные факты из жизни села, помогла найти фотографию церкви, сделанную в 50­-е годы прошлого века.
     Затем настало время натурных исследований. Храм зарос травой, кустарником. Чтобы расчистить территорию, пришлось просить у местных жителей косу. Еще неравнодушные селяне дали нам лестницу для измерений на высоте и лопату, чтобы подкопать и оценить состояние фундамента. Обмеряли объект долго и кропотливо.
    - ­ Что показали натурные исследования?
    - ­ В целом стены здания находятся в удовлетворительном состоянии, но имеется много дефектов, снижающих их несущую способность: выпадение кладки, выветривание раствора из кладки, сколы, биологические повреждения и другие. Кирпичная кладка стен подвержена температурно­-влажностным разрушениям. Кроме того, ее разрушает корневая система кустарников и деревьев. Нам даже приходилось скашивать и убирать деревья внутри церкви, чтобы выполнить фотофиксацию. Разрушен третий ярус колокольни, нет кровли над трапезной, а над четвериком она разрушена наполовину. Кровля над апсидой имеет пробоины. Отсутствуют полы, перекрытия и дверные проемы.
     Можно сделать вывод, что церковь обветшала из-­за неправильной эксплуатации, природных факторов и человеческой недобросовестности.
­     - Есть ли какая­-нибудь особенность у Едомской церкви с архитектурной точки зрения?
    - Подбор и систематизация аналогичных зданий по стилистике, планировке, конструктивным решениям – один из этапов работы над проектом. Можно сделать вывод, что едомский храм по характеру своего объемно-­пространственного решения принадлежит к неорусскому стилю.
     Главное достоинство церкви – это уникальное завершение колокольни, по форме ­ - вытянутый по длине и узкий по ширине восьмигранник. Такое завершение встречается редко и придает храму самобытный и оригинальный облик. 
­     - Что предусматривает Ваш проект реставрации?     
     - Проект предлагает архитектурные решения по укреплению фундамента и сводов, замене перекрытий и существующих кровель, восстановлению колокольни, главы на барабане в храмовой части и полов, а также воссоздание иконостаса, реставрацию фресковой живописи, цветовые решения…
     Предложены конструктивные, инженерные методы и технологии для обустройства храма в плане водоснабжения, вентиляции, тепло­- и электроснабжения, освещения, газоснабжения и пожаротушения. Проектом реставрации предусматривается создание уютной территории вокруг храма, включающей в себя ограду со Святыми воротами и пожарным проездом, пешеходные дорожки, зоны отдыха, автостоянку, хозяйственную зону…
     По моим оценкам стоимость реставрации храма составит приблизительно 61 миллион рублей.
­     - Приличная сумма. Как думаете, воплотится когда­-нибудь Ваш проект в жизнь?
     ­ - В 19 веке жители Едомы, строители храма вложили в него частицу своей души, сделали церковь украшением села. За время работы над дипломом я тоже сроднилась с едомской церковью и считаю, что она заслуживает внимания и заботы со стороны потомков. Хочу обратиться к властям и инвесторам: если нет возможности отреставрировать храм сейчас, его нужно хотя бы законсервировать, иначе в скором времени церковь разрушится и реставрировать будет нечего. Надеюсь, что власти или простые жители Едомы не останутся равнодушными и сохранят храм.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото предоставила Н.А. Белоглазова.

Опубликовано в газете "Звезда". № 85 от 1 ноября 2016 года.
 

Ирма: доброе творение и тысячелетняя история

Продолжаем беседы с краеведом Э.В. Барановой. В прошлый раз (газета «Звезда» № 73 от 17 сентября и № 76 от 27 сентября) мы путешествовали по реке Шексне от устья реки Ковжи до Судьбиц и намеренно пропустили рассказ об Ирме. Эта живописная местность с интересной историей достойна отдельной беседы.
Доброе творение 
  
     В газете «Звезда» от 7 ноября 1980 года был опубликован документальный очерк Дмитрия Кузовлева «Серебристая ива», посвященный открытию памятного знака Н.Д. Чечулину в селе Ирма. Начинается очерк с описания местности: «Отшумел листопад. Подул холодный ветер, вот уже и снежком припорошило… А вид с холма все равно удивительно хорош! Стынет река, вдали синеет лес, и грусти исполнены опустевшие поля и луга. Казалось, сама природа, сотворив этот уголок, подивилась: добро творение!»
     Э.В. Баранова:
    - ­ Действительно, Ирма – одно из живописнейших мест Шекснинского водохранилища. С Ирдомской гряды открываются красивые ландшафтные пейзажи, и не случайно здесь построен причал для путешествующих по Волго­-Балту.
     Проживая на Молого-­шекснинской низменности, мы привыкли видеть равнинный горизонт, а здесь широкую долину реки окружают высокие холмы. На Борисоглебском холме стоит церковь (на снимке: однопрестольная каменная церковь в честь святых Бориса и Глеба построена в 1910 году по инициативе церковного старосты, земского врача дворянина С.Д. Чечулина и его родственницы Зинаиды Дмитриевны Чечулиной), рядом Красная Горка, напротив, за озером - ­ Бычья гора, а на левом берегу -­ Якунина гора.
      Еще одна гора нависает над Шексной ­ - урочище Селище, где было выявлено поселение X века. Здесь археологи нашли княжескую печать, что указывает на бывшее средневековое городище. Таких древних памятников на Шексне сохранилось немного.
     На низменном левом берегу реки Шексны, в районе деревни Андрюшино, тоже велись раскопки. В пахотном слое было найдено огромное количество разных изделий, монет, бусин. Обнаруженные остатки строений полуземляночного типа, скорее всего, были временными жилищами.
     В культурном слое археологи нашли керамику, пряслица, очажные цепи, зубы бобров, кости рыбы. Все это говорит о том, что здесь был небольшой торжок.
     На высоком холме раскинулось старинное поселение Ирма. До начала двадцатого века село Ирма имело другое название ­ Борисоглебское. Из Поповского озера вытекала речка Ирдомка, впадая правым притоком в реку Шексну. Теперь озеро и речка превратились в залив.
     Куст деревень, тяготеющих к Ирме, можно назвать ирдомские деревни, а всю местность – Ирма (или Ирдма). По аналогии с Сизьмой и Судьбицами.
    
На перекрестке дорог
 
     Э.В. Баранова:
    - ­ Местность Ирма была заселена издревле. Еще в начале двадцатого века напротив села действовала переправа через реку Шексну. От Браткова, через Чебсару к Ирмовскому перевозу подходила дорога ­ - ответвление с тракта Вологда -­ Рыбинск. Старожилы рассказывали, что паром здесь был и после войны.  От переправы дорога шла дальше на Ергу и расходилась в сторону Череповца и  Кириллова.
    На берегу у перевоза устраивались многолюдные ярмарки, славившиеся по всей округе. В селе Устье-­Угольское, начиная со 2 августа, проходила Ильинская ярмарка, а 6 августа торговля перемещалась в Борисоглебское. В этот день церковь чтит память святых князей Бориса и Глеба, и в селе отмечался престольный праздник.
     Товары на ярмарку больше доставляли по реке. С севера сплавляли дровяной и строительный лес, канаты, морскую рыбу, меха и даже… моржовый клык и бивни мамонтов. Из них вырезали различные костяные изделия. С юга на ярмарку доставляли муку, горох, соль, шелк, парчу, вина, ювелирные изделия, сухофрукты, сладости, специи. Хозяйки запасались на ярмарке гвоздикой, имбирем и другими пряностями для выпечки пряников. А крестьяне везли лен, холст, пеньку, корье, корзины, ложки, масло, сыр, воск, мед, икру, рыбу вяленую, сушеную, соленую. Торговцы из Череповца предлагали гвозди и скобы, горшки, веревки, ткани, сапоги, гармошки. Местные купцы С. Шемякин и Очеленков продавали кондитерские изделия.
     Сохранилась фотография начала ХХ века, на которой запечатлена ярмарка в Ирме. На снимке видно, что возле реки выстроено большое количество торговых палаток, ларьков, стоят добротные дома купцов. На дальнем плане, на левом берегу, белеет Ирмовская Троицкая церковь (основана в 1816 году).
     Мужчины одеты в полупальто и сюртуки, женщины в длинных платьях. На переднем плане слева стоит группа мужчин. Один из них – в светлой кепке – врач Сергей Дмитриевич Чечулин, и, возможно, что рядом в модном пиджаке и в шляпе, стоит его брат - ­ академик Николай Дмитриевич Чечулин.
 
Дворяне Чечулины
    
     Э.В. Баранова:
    - ­ Дворянская семья Чечулиных обосновалась в Ирме с 17 века. Лучше всего местные жители помнят братьев Николая Дмитриевича и Сергея Дмитриевича. Они оставили о себе добрую память. Возле Борисоглебской церкви сохранились семейные надгробья дворян: их дедушка Николай Михайлович Чечулин умер в 1870 году, а бабушка Мария Александровна Чечулина ­ - в 1865 году. У них было шестеро детей. Один из детей – Дмитрий, по всей видимости, и унаследовал Борисоглебское имение. У Дмитрия Николаевича и Марии Павловны родились четверо детей: Павел, Николай, Лидия и Сергей.
     Николай Чечулин (на снимке слева) получил хорошее образование. В 1885 году он окончил историко-­филологический факультет Петербургского университета. Остался в нем преподавать на шесть лет и вскоре стал профессором. После трудился в императорской публичной библиотеке: писал книги на исторические темы, занимался искусствоведением, собрал богатую коллекцию гравюр и редких памятников письменности. В революционном 1917 году, будучи уже в преклонном возрасте, он перебрался в родовое имение в село Борисоглебское (Ирма), где его радушно приняла семья младшего брата Сергея Дмитриевича. Николай Дмитриевич своей семьи не имел и стал жить в семье брата, хотя для него был специально построен дом.
     Сергей Дмитриевич (на снимке справа) работал земским врачом. Он лечил не только жителей Ягановской волости, к которой относилось село Борисоглебское. Как прекрасного врача его знали в Чуровской, Ковжской, Устье-­Угольской волостях  и даже в Череповце. Сергей Дмитриевич владел и успешно управлял немалым хозяйством. На его рабочей ферме стояло порядка сорока коров, до семи лошадей. Его пашни и покосы тянулись по берегу Шексны на многие километры.
     С.Д. Чечулин был приходским старостой и в 1907 году стал инициатором строительства каменной церкви в селе.
     Жили Чечулины в большом родовом дворянском доме возле церкви. В 1917 году дом был экспроприирован. Основная земля и усадьба стала госхозом, и первым директором его стал бывший управляющий поместьем. Когда комитет бедноты принимал ферму и имущество С.Д. Чечулина, то в знак уважения к нему, как к хорошему врачу, его семье, в которой были жена Мария Ивановна, сын Александр и дочь Лидия, а также брат ­ - больной академик ­ - была выделена одна корова и участок сенокоса. Также за ними оставили второй дом, принадлежавший Николаю Дмитриевичу.     
     В 1918 году Сергей Дмитриевич уехал в Череповец, получив место в железнодорожной больнице. Вскоре дети Чечулина уехали на учёбу, а жена Мария Ивановна ­ к мужу в Череповец.
     В Борисоглебском остался один Николай Дмитриевич. Будучи ученым человеком, он погрузился в размышления, занимался редактированием и дополнением своих еще не изданных работ.
    Н.Д. Чечулин умер в 1927 году. Он похоронен на родовом кладбище около Борисоглебской церкви где­то рядом с предками.  Но за его могилой не ухаживали, и она не сохранилась.
     Печальна судьба и самой дворянской усадьбы (рисунок дома земского врача С.Д. Чечулина). В большом доме Сергея Дмитриевича разместилась совхозная контора, и в 1932 году все сгорело. А дом, где провел последние годы жизни академик Н.Д. Чечулин, в пятидесятые годы был разобран и перевезен в село Никольское (нынче поселок Шексна). Где он стоит, сохранился или нет – мне неизвестно.
    Николаю Дмитриевичу Чечулину 12 ноября 1980 года в Ирме торжественно открыли памятный знак.
       
Веретьевские красоты
 
     В Ирме сохранились три живописных места – бывшие барские усадьбы. Сами дома, конечно, утратили свою красоту. Без хозяина заброшенные дома обычно быстро разрушаются. А вот парки с вековыми деревьями еще живы.
     Одна из таких усадьб находится на Бычьей горе в деревне Погорелка (на снимке). Там до сих пор стоит крепкий барский дом, принадлежавший в 1920­-х годах помещику Сычеву. Вокруг дома густой стеной возвышается липовый парк.
      При изучении с детьми этого парка, мы вели опрос местных жителей.  Одна женщина поведала, что ее бабушка Анна была в услужении у Сычевых, которая рассказывала, что когда начались революционные события и отбирали имения, то хозяина Погорельской усадьбы убили прямо в Белом  дворе дома.
     Долгое время усадьбу занимала Бычегорская начальная школа, затем библиотека, спортивный лагерь.
     Место расположения усадьбы уникальное: на все стороны открываются красивые панорамы местности. 
     Недалеко от Ирмы, в деревне Александрино (Горка), находится бывшая усадьба лесопромышленника Харзеева. Вся прилегающая округа называется – Веретье. Хозяин поместья – из архангельской путейской интеллигенции, землями и крестьянами не владел. В свое имение приезжал отдыхать с семьей летом. При барине в парке стояли беседки, карусели, «гигантские шаги» и качели.  В 1917 году Харзеев уехал за границу и передал управление имением своей сестре Сухаревой. Позднее усадьба была подарена в наследство дочери Александре, по имени которой и закрепилось новое название усадьбы – Александрино (с ударением на второе «а»).
     В памяти местных жителей остались воспоминания, что «барынька была добрая. Наберут ребятишки ягод, принесут, она денежку даст. В одной из комнат барыня занималась с крестьянскими детьми, учила их».
     К северу от усадьбы за лесочком находится Ларин пруд, куда по тропинке хозяева прогуливались к беседке. По всему парку были цветники. После того, как отобрали у господ их поместье, в барском доме жили «комуньские девки». После коммуны в 1920 году здесь была обустроена горская школа.  А не столь давно дом был перевезен в Ершово, и по сей день он стоит там, с пустыми окнами, никому не нужный.
     Место на горке опустело, но красивый липовый парк сохранился (на снимке: Усадебный парк в деревне Александрино. Этому дубу более двухсот лет. На фото - участники краеведческой экспедиции 2009 года). В настоящее время территория парка передана в аренду семье, построившей на  месте школы частный дом. Коновалова Ольга Ивановна (в девичестве Сычева) вернулась жить на свою родину. Ее мама Вера Ивановна Сычева работала учителем в Горской школе и хорошо помнила внутреннее убранство дома и рассказывала о жизни в усадьбе. Раньше дом был украшен деревянной резьбой, отапливался кафельными печами. На первом этаже с двух сторон были террасы, а на втором этаже -­ балкон. В доме было несколько комнат: музыкальная комната с роялем, фортепьяно и арфой, на которой играла одна из дочерей. Имелась диванная для отдыха гостей и перекура. У барина был кабинет. Одна из комнат обогревалась камином, наложенным великолепными изразцами.
    Рядом с усадьбой стояла Веретьевская Благовещенская церковь, основанная в 1792 году и разрушенная в годы советской власти. Сейчас здесь установлен поклонный крест, а рядом старинное кладбище. Как рассказывают местные жители, церковь была очень красивая, рядом с ней бил мощный родник. Он вытекал в виде ручья, на котором была сделана запруда, и образовано озерко. На берегу озера стояли дома и хозяйственные постройки. К сожалению, все меняется: ручей пересох, запруду спустили, на месте озера ­ - заросли ивняка.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото предоставила Э.В. Баранова.

Опубликовано в газете "Звезда". № 84 от 29 октября 2016 года.
 

Страницы

Подписка на RSS - Алексей Долгов