Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Наша история

ВОТ ЭТА УЛИЦА, ВОТ ЭТОТ ДОМ! ПРОШЛОЕ НАШЕ ЗА КАЖДЫМ УГЛОМ!

В этом году в свет вышла книга нашей землячки Татьяны Константиновны Громовой с названием «Иду по улицам Шексны».
     По многочисленным просьбам читателей и с согласования автора печатаем отдельные ее страницы. Полностью познакомиться со сборником можно в центральной библиотеке. Печатное издание пользуется большим читательским спросом.
 
Улица Пионерская

     От Советской улицы по направлению к железной дороге протянулась улица Пионерская. В первом доме слева одно время была прокуратура. Позднее здесь жили семьи Свистова Юрия Алексеевича и Барановой Валентины Ивановны, а потом семья Шиловых. Шилова Валентина Кирилловна и сейчас живет в этом доме.
     Многие жители держали уток, гусей. Летом по утрам их отправляли на пруд, а вечером они гуськом сами возвращались домой. В семьях Боголюбовых и Поливиных были коровы. Выпасать летом они водили их за мост через реку Шексну на Зайцево. А еще у Боголюбовых были индюки. Почти все держали куриц. На Пионерской улице жили семьи Шуравиных, Сарайковых, Смеловых, Шурыгиных, Шкипаревых, Васильевых, Смирновых, Гадалиных, Серовых, Тяпушкиных, Бочаговых и другие. В каждой семье было по двое – трое ребятишек.
     В конце Пионерской улицы на берегу реки Угла находился Пришекснинский льнозавод, который был построен в 1932 году.
Начиная с ранней осени, из всех колхозов привозили льнотресту и сдавали ее на переработку. Машин в колхозах в 60-70 годы было не очень много, поэтому из ближних хозяйств льнотресту привозили на лошадках. Очень много лошадей держали в колхозе «Заря». Дороги в районе были плохими, поэтому больше везли льнотресту, как только подстынет. Из самых дальних колхозов: «Красное знамя», «Согласие», «Дружба» везли в основном только на тракторных санях, когда выпадет снег и подстынет. Пионерская улица была самой грязной и разбитой. Колхозы старались сдать свою продукцию до нового года, чтобы получить деньги за выращенный урожай. Транспорта порой скапливалось столько, что очередь тянулась до самого клуба. Сырьевая база на территории льнозавода, где складировалась продукция в скирды и шохи, была небольшой. Большую часть продукции колхозникам приходилось везти за реку Углу и на крутом склоне почти напротив льнозавода разгружать и складывать в скирды. Это было очень неудобно – трудно и долго. А после сдачи льнотресты многим нужно было заехать на оптовую базу райпотребсоюза за товарами для магазинов. Льнозавод работал круглосуточно в три смены. У завода на берегу Углы были огромные залежи костры – это отходы производства, которой у нас не находили применения. Лен для колхозов и совхозов являлся доходной культурой. Выращивали его очень много, и его хватало льнозаводу для переработки на целый год. Также в районе занимались выращиванием и сбором льносемян. Элитные семена были в колхозе «Имени Кирова» - это чуровская зона.

     На территории льнозавода находился свой детский садик «Ленок», открытый в 1936 году. Располагался он в одноэтажном деревянном здании. Посещали его дети работников льнозавода. Принимали детей от года до семи лет. Была всего одна группа и старшие дети заботливо ухаживали за младшими. С 1951 года и до конца 1990 года бессменной заведующей детсада «Ленок» работала Кудряшова Валентина Кузьминична. Воспитателями были Хватова Валентина Леонидовна, Перевалова Александра Петровна. Поварами – Бухонина Галина Васильевна, Степашова Галина Игнатьевна, Семенова Татьяна Геннадьевна. В связи со строительством нового льнозавода в Нифантовском поселении детский сад на улице Пионерской закрылся.
     Условия труда на заводе были непростыми в связи с большой запыленностью и круглосуточной работой. В 70-е годы на Шекснинском льнозаводе много внимания уделялось улучшению условий труда и быта работающих, культуре производства, механизировался ручной труд, была проведена модернизация обеспыливающей вентиляции, освещения, оборудованы душевые и красный уголок. На территории был посажен яблоневый сад, разбиты цветники и газоны, появилось подсобное хозяйство. Шекснинскому льнозаводу было присвоено звание «Предприятие высокой культуры производства».
     Коллектив предприятия в основном был стабильным. Люди, много лет работавшие на производстве, являлись примером добросовестного отношения к труду. Этот коллектив мне дорог тем, что в далеком 1963 году я пришла на работу на Пришекснинский еще льнозавод. Там началось мое становление как труженика. Здесь я получила свою первую Почетную грамоту за оформление стенгазет к праздничным датам. Я помню всех, с кем начинала работать. Многих, к сожалению, уже нет с нами, но они и сейчас в моем сердце, как родные.
     Также на льнозаводе была своя столовая и общежитие. Запомнился мне в детстве заводской гудок. На льнозаводе он извещал о начале и конце рабочего времени, о перерыве на обед, так как электричество в то время было только до 10 или 11 часов вечера. На ночь свет отключали. У всех были керосиновые лампы. Керосин покупали в специальном магазине, который построили на самом краю поселка. В настоящее время в нем размещается магазин «Экономка-плюс» на Полевой улице.
     Когда на льнозаводе директором работал Дорогов Игорь Иванович, то он много занимался строительством. При нем были построены для работников льнозавода двухквартирные дома на берегу реки Угла, в Пионерском переулке, на Льнозаводской, на Советской улице и на Октябрьской. Затем директором на льнозаводе работал Иванов Николай Николаевич. Потом Швецова Валентина Александровна. Она была направлена на работу после окончания Костромского института текстильной и легкой промышленности. Её муж Вячеслав работал на льнозаводе кочегаром и заочно учился в юридическом институте. После его окончания семья переехала в Вологду. Вячеслав затем работал на высоких должностях в областной прокуратуре. Вот так своим упорством от простого кочегара он стал высококлассным и профессиональным специалистом. Швецову В.А. сменил Меркурьев Павел Михайлович – бывший председатель колхоза «Встреча». Говорили, что перевод его на льнозавод был обусловлен отказом выращивать в колхозе кукурузу. После пожара жилого дома «Шанхай» Свистов Юрий Алексеевич, работавший председателем поселкового Совета, был направлен на льнозавод директором. Главным инженером, а затем директором работала Пьянова Алла Васильевна. Она приехала из Белоруссии после окончания Оршанского текстильного техникума в 1967 году, да так полюбила нашу Шексну, что осталась здесь навсегда.
     Льнозавод на территории поселка работал до 1982 года. С целью развития и подъема сельского хозяйства в области в конце 70-х годов начинается строительство новых льнозаводов. И один из них строится в Шексне - двухагрегатный, мощностью 10 тысяч тонн льносоломки в год с цехом промышленного приготовления тресты. Он был построен за птицефабрикой и пущен в эксплуатацию в 1982 году. В 90-е годы цех промышленного приготовления тресты был переоборудован под цех по изготовлению шпагата и сердечника для Череповецкого сталепрокатного завода, но это продолжалось недолго. Позднее пытались выпускать вату, но так ничего и не получилось. Льнозавод несколько раз перепродавался, менялись хозяева, и в результате производство льноволокна прекратилось, завод не работает.
     На месте старого льнозавода в поселке Шексна появились гаражи.
     От конца Пионерской идет Льнозаводская улица. На ней стояли дома, в которых жили работники льнозавода. Здесь была и заводская столовая. Сейчас на этой территории с 2002 года находится Шекснинский лесхоз.     
     Основными видами деятельности Шекснинского лесхоза является осуществление мероприятий по охране, защите и воспроизводству лесов, а также тушение лесных и торфяных пожаров. Лесхозом производится заготовка, переработка и реализация древесины, производство и реализация пиломатериалов, осуществляется заготовка лесных семян хвойных пород, выращивание и реализация посадочного материала. Оказываются услуги по отводу лесосек для заготовки древесины гражданским и юридическим лицам. Директором лесхоза работает Сергей Иванович Кудряшов.
     Наша семья жила на улице Пионерской в двухэтажном деревянном многоквартирном доме, в котором жили семьи Анохиных, Агапитовых, Барановых. А в нашем подъезде проживали семьи Щегловой Клавдии Глебовны, Шаховой Веры Васильевны. На первом этаже в небольшой комнатке (метров – 30) жили три семьи – матери одиночки. Матвеева Анисья с сыном Сашей, Нюра Беляева с дочкой Тамарой и Лида Виноградова с дочкой Томкой. В комнате слева у них стояла печка с плитой и умывальник. Справа стояли на скамейке ведра с водой, стол, на котором готовили еду, и горка (так называли шкаф с посудой). Это была как бы общая их кухня. Далее без всяких перегородок посредине комнаты стоял стол, за которым дети делали уроки. Младшим из детей был мальчик Саша Матвеев. С трех сторон от стола стояли три кровати. У каждой хозяйки был сундук с бельем, а верхняя одежда висела на гвоздиках, на стенах. В общем коридоре стояли керосинки, на которых летом по очереди готовили обеды, кипятили чай. Я никогда не слышала, чтобы они ругались, ссорились. А ведь непросто было жить трем совершенно чужим семьям с маленькими детьми в одной тесной комнате. Нужно было носить воду из колодца, заготавливать дрова на зиму, топить печь, стирать белье, выносить помои. А еще надо учесть, что туалет был на улице. Так жили многие семьи в небольших комнатах в деревянных многоквартирных домах.
     Летом 1961 года от тяжелой болезни умерла тетя Лида Виноградова. Ее дочери Томке (так называла ее мама) в то время было 14 лет. Ее хотела удочерить тетя Нюра Беляева, но ей не разрешили, потому что двоих детей в то время было одной ей не поднять. Осиротевшую Тамару, поскольку родственников у них не было, отправили в детский дом в г. Кадников. После школы ее направили в училище в город Гаврилов-Ям Ярославской области учиться на ткачиху. Затем судьба забросила ее в Крым, где она живет в настоящее время. Все эти годы мы общаемся с ней. Несколько раз она приезжала на свою родину, на могилку к матери. Мы тоже ездили к ней.  
     Воспоминания о нашем детстве остались самые прекрасные, несмотря на то, что жили все не богато, но были дружными, умели радоваться, помогать друг другу. Вечерами грели самовары, пили чай с сахаром, который раскалывали маленькими специальными щипчиками. Сахар в то время был крепкий крупными кусками. Слушали радио – на стене висела круглая установка, как тарелка. На патефонах крутили пластинки. Стиральных машин не было. Белье стирали вручную на простой стиральной доске хозяйственным мылом, воду грели на печке. Полоскали белье на реке. Выколачивали его вальком, чтобы лучше вышло хозяйственное мыло. Стиральных порошков тогда не было. Зимой вырубали на реке большие проруби и полоскали белье клюшкой, складывали его в корзины или в ванные, на санках привозили домой, оттаивали, а затем выжимали и развешивали сушить на чердаке. Электрические утюги были не у всех, поэтому многие пользовались угольными. Воду приносили из колодцев. Она была очень чистая и вкусная. На каждой улице в поселке было не по одному колодцу. Обеды зимой готовили в русских печках, на плитах, а летом в коридорах на керогазах и примусах. Холодильников не было и в помине. Капусту и щи на зиму солили в больших деревянных бочках. В банках, как сейчас, никакие заготовки не делали. Вот таким мне запомнилось счастливое и беззаботное детство.
Продолжение следует...
Фото из книги Т.К. Громовой.
Опубликовано в газете «Звезда» № 74 от 21 сентября 2021 года и № 81 от 16 октября 2021 года.

ПОЛУЗАБЫТАЯ УЛИЦА В ШЕКСНЕ. БУДУТ ЛИ ПРОВОДИТЬ УРОКИ ПАМЯТИ У ДОМА, ГДЕ ЖИЛ ДОКТОР ПОКРОВСКИЙ?

В центре Шексны есть небольшая улочка, о которой знают далеко не все шекснинцы.
Даже таксисты иногда в недоумении разводят руками, когда пассажиры просят их отвезти на улицу Покровского.
     Въезд на улицу Покровского находится на стыке улиц Железнодорожной и Пролетарской. От смотровой площадки с пушкой она змеей извивается вдоль жилых домов до гаражных боксов на краю поселка. Ранее улица называлась Больничной, но была переименована в честь знаменитого шекснинского доктора Н.А. Покровского, на счету которого тысячи спасенных людских жизней.

Кто такой доктор Покровский?

     Раньше здесь располагались не только здания шекснинской больницы, но и дома работавших в ней врачей. В 1946 году в доме, который сегодня обозначен номером 14, поселился переехавший в поселок из Вашкинского района выдающийся хирург Н.А. Покровский. Впрочем, доктор не только проводил хирургические операции, но также был терапевтом, гинекологом и педиатром. Работал он не только в Шексне, на лошади Покровский отправлялся по отдаленным деревням района, где оказывал людям медицинскую помощь. Сейчас собственником дома является А.Н. Артю- шов. Он ремонтирует старое здание, и намерен сохранить исторический фасад дома для шекснинцев.
     - Очень важно сохранить память о докторе Покровском. Когда я учился в Шекснинском профессиональном училище, постоянно слышал от разных людей, что они обязаны доктору Покровскому жизнью. Наверное, уважение и почтение шекснинцев к доктору нагляднее всего проявились в день его похорон в 1963 году. Единственный раз в истории поселка похоронная процессия растянулась на несколько километров, - говорит Алексей Николаевич.
     В ходе ремонта дома внесены некоторые изменения, в частности, использованы современные материалы. Фасад дома будет отделан сайдингом вместо вагонки, однако наличники окон сохранят оригинальную форму и рисунок. Забора не будет, чтобы учителя и воспитатели могли приводить детей и проводить уроки памяти на открытом воздухе. В этом году на доме, где жил Н.А. Покровский, планируют установить мемориальную доску в память о докторе.

Улица Больничная, Улица Покровского

     Сейчас от больничного городка почти ничего не осталось – только несколько жилых домов сотрудников больницы и бывшие хозяйственные постройки. А ведь когда Н.А. Покровский приехал в Шексну, больничный комплекс представлял собой четыре деревянных здания. В них были размещены стационар на 25 коек, хирургия, терапия, детское и родильное отделения, амбулатория и инфекционное отделение. А вдоль Больничной улицы стояли дома врачей и хозяйственные постройки. Сразу после приезда Покровский переоборудовал одну из палат в операционную и начал оперировать. При нем шекснинская больница активно развивалась. Были отремонтированы старые здания и построены новые – женская и детская консультации, новая амбулатория, санэпидемстанция, прачечная, гараж и четыре жилых дома для сотрудников. В Шексне открылись рентгенкабинет, физиокабинет, зубопротезный кабинет и лаборатория. Сейчас на улице Покровского остались только жилые дома, о ее прошлом напоминает только название. Улица требует благоустройства, и у местных жителей есть интересные предложения.

Требуется благоустройство

     Состояние дороги оставляет желать лучшего, в дождливую погоду она раскисает и скрывается под лужами. Дорога извилистая, но большинство поворотов на ней сегодня не имеют смысла и просто занимают площадь в центре поселка. Жители предлагают в будущем дорогу выпрямить, тем более что для этого не придется даже переносить столбы уличного освещения и электролинии. В результате освободится значительный участок, с которого открывается потрясающий вид на реку. Там можно будет, например, обустроить еще одну зону отдыха или сделать стоянку для автомобилей. Несколько лет назад асфальтирование дорожной сети в Барбаче полностью изменило внешний вид и статус микрорайона, сделав его одним из наиболее комфортных в поселке. Не сомневаемся, что в результате благоустройства подобное превращение будет ждать и полузабытую улочку Покровского в центре Шексны.
Виталий БЕЛОВ.
Фото автора и из архива редакции.
Опубликовано в газете «Звезда» № 80 от 12 октября 2021 года.

ВОТ ЭТА УЛИЦА, ВОТ ЭТОТ ДОМ! ПРОШЛОЕ НАШЕ ЗА КАЖДЫМ УГЛОМ!

В этом году в свет вышла книга нашей землячки Татьяны Константиновны Громовой с названием «Иду по улицам Шексны». 
По многочисленным просьбам читателей и с согласования автора печатаем отдельные ее страницы. Полностью познакомиться со сборником можно в центральной библиотеке. Печатное издание пользуется большим читательским спросом.    
     Т.К. Громова:
     - Я родилась в 1948 году в Вологде. В 1952 году наша семья переехала на постоянное место жительства в село Никольское, которое  в1954 году было преобразовано в посёлок Шексна. Здесь прошло моё детство, юность, многолетняя трудовая деятельность. Добрые, порядочные люди встретились на моём жизненном пути. В сердце сохранились детские тёплые воспоминания о селе Никольское в те далёкие годы, и как в дальнейшем постепенно посёлок рос, развивался, менял свой облик. Время летит стремительно, уходят годы, сменяются поколения. И мне захотелось вспомнить прошлое, поделиться со всеми, рассказать об истории родного края, о замечательных людях, живущих на шекснинской земле. Вот так и появился этот материал. При подготовке его использовала очерк «Так рождаются города» из книги «Хозяева земли» Василия Ивановича Нечаева, «Край северный – Шекснинская земля» Владимира Дмитриевича Бухонина. С авторами этих книг я была лично знакома. Материалы о потребительской кооперации взяты из документов музея История Шекснинского райпотребсоюза. Мне помогли со сбором информации: Татьяна Юрьевна Токарева, Валентина Ивановна Леванова, Евгения Петровна Маркелова, Тамара Михайловна Громцева, Надежда Александровна Голубева и многие другие шекснинцы. Большую помощь по оформлению данного материала оказала Татьяна Николаевна Власова. Я благодарна всем за понимание и сотрудничество. Надеюсь, что этот материал заинтересует многих шекснинцев, и у каждого возникнут свои воспоминания из жизни в Шексне.
 
История Шексны уходит в далёкие времена
 
     До Октябрьской социалистической революции это было небольшое торговое сельцо с названием Никольское. Проживало в нём всего 200-250 жителей. Да и после революции здесь было только 60 домов. Село Никольское – древнее поселение. Оно расположено на берегу речки Углы при впадении в Шексну, у её устья. Для жителей Пришекснинской округи это село имело второе название – Устье. Не случайно, что при установлении пристани у моста на реке Шексна – она называлась «Устье-Угольская». Единственным украшением села была церковь. Селу не менее двух с половиной, трех веков, а, может, и больше. Никольское родилось в период заселения края и существовало в эпоху крепостничества. Однако начало развиваться как торговое в период зарождения капитализма. В селе и его окрестностях усадьбы помещиков занимали самые красивые высокие места. А рядом строились купеческие дома со складами и магазинами. Село Никольское Устье-Угольской волости - это центр богатых ярмарок в Ильин день 20 июля, куда съезжалось все купечество и население шекснинской округи. Здесь шумел веселый базар. Пришекснинский район был образован в 1930-м году. Его выделили из Новгородской губернии Ленинградской области. В связи с развитием промышленности, культурного и жилищного строительства, торговли и ростом населения, главным образом рабочих, служащих, интеллигенции и учащихся – Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от декабря 1954 года село Никольское было переименовано в рабочий посёлок с названием «Шексна». 1954 год - рождения поселка Шексна.
      На перекрестке трех магистральных дорог, на трех высоких холмах лежит наша Шексна. С его железнодорожного вокзала можно без пересадок попасть в Москву и Санкт- Петербург, Воркуту и Котлас, Архангельск и на Урал. С востока на запад разрезает район шумная автострада, соединяющая Вологду с Череповцом и городом на Неве. И, наконец, Волго-Балт – главная водная артерия России. Перед глазами, как на экране, проходят кадры прошлого времени, которые сохранились в моей памяти. Давайте мысленно пройдемся по улицам поселка, вспомним, как все было и что теперь стало.    
     Вспомним людей, живущих в те далекие теперь уже 50-90 годы прошлого столетия. Замечательных людей, которые учили нас, лечили, создавали то, чем пользуемся мы сейчас. Улицы в поселении застраивались от реки Угла. Все дома были деревянные, в основном одноэтажные. Улицы Октябрьская и Советская были выложены камнем, а остальные улицы были грязные, а летом - пыльные. Много было зелени. Самая тихая, зеленая и чистая улица - Комсомольская. Историческим центром, где образовался поселок, стала улица Советская. Об истории поселка (села Никольское) мне много рассказывала местная жительница – Габранова Анастасия Викторовна.
 
Улица Советская
 
     Улица Советская начиналась от пруда, на краю которого стояли два больших деревянных здания с закрывающимися на ночь ставнями. Это были два магазина Никольского сельпо, образованного в 1930 году. Один был промтоварный. Первыми продавцами там работали Андрей Иванович Оглоблин и Мария Ивановна Колесова. А в другом продавали товары хозяйственного назначения, принимали корье, кость, шерсть и другие виды заготовок. Здесь же продавали керосин. Запомнился мне приемщик – добрый старичок с красивой седой бородой. Это был Арсений Иванович Иванов. Позже здесь работал Смелов Василий Васильевич. Он был участником Великой Отечественной войны, после которой до выхода на пенсию работал в заготконторе Шекснинского райпотребсоюза.
      В настоящее время в самом начале улицы от дороги ступеньки ведут к пруду, где оборудован источник Казанской церкви, освещенный 13.01.1998 года. У пруда стояла церковь, которую в 1937 году разрушили и оборудовали в ней районный Дом культуры. В клубе была установлена звуковая киноустановка на два поста. Справа к зданию была пристроена кинобудка. Высокая лестница с перилами вела к входу клуба. Слева в комнатке жила техничка. Она топила печи и сторожила здание. В зрительном зале показывали кинофильмы. На детские сеансы билет стоил 10 копеек. Запомнилось, как в детстве с замиранием сердца и со слезами на глазах мы смотрели кинофильм «Молодая гвардия». Директором Дома культуры работал Капкин Кронид Михайлович. Удивительно то, что он коллекционировал куклы. Затем его семья переехала в Вологду, где он работал в кукольном театре. После К.М. Капкина директором с 1961 по 1966 годы работала Соколова Анна Петровна - участница Великой Отечественной войны. Пропускала в зрительный зал билетерша - Мельникова Капитолина Степановна. Мы ее называли просто - тетя Капа. Это была строгая, всегда элегантно одетая женщина, ее все уважали и любили. В то время в клубе работали кружки, многие жители занимались художественной самодеятельностью. Была создана агитбригада, участники которой выезжали с концертами по всему району. Запомнился спектакль «Барабанщица», который поставили местные жители. А также запомнилось, когда в клубе проходили смотры художественной самодеятельности, в которых участвовали работники предприятий и труженики колхозов. Из колхоза «Заря» выступал большой хор под руководством председателя колхоза – Кузовлева Дмитрия Михайловича. Это было в самом начале 70-х годов. Мы, школьники, часто выступали в клубе. К праздникам готовили концерты, здесь же проходили общешкольные мероприятия. Потолок в помещении был высоко, поэтому команды председателей советов отрядов и дружины звучали очень громко: «Дружина, равняйсь! На вынос знамени стоять смирно!» …
      В зрительном зале стояли две большие железные печки, помещение отапливалось дровами. Справа была галерка, которая держалась на больших колоннах. Задняя часть клуба, церкви, была сильно разрушена, но рисунки, лики святых, были во многих простенках сохранены. Комсомольцы и молодёжь в начале 70-х годов делали попытки восстановить церковь. Проводили субботники, но без материальных средств и мощной техники это было им не под силу.
     За клубом было кладбище, на котором стояли большие, в основном черные, надгробные памятники и плиты. Рядом с церковью находилась небольшая часовенка. Одно время в ней был склад, затем вытрезвитель, а потом здесь открыли церковь Иконы Казанской Божьей Матери. За часовней была вырыта огромная яма, земля которой осыпалась, и торчали кости умерших. За церковью ближе к улице Социалистической стояла танцплощадка на деревянных столбах. В летнее время там собиралось много молодежи. Место это было очень красивое, вокруг росли огромные, вековые деревья. Позднее танцплощадку перенесли ближе к часовне, так как деревянная стала разрушаться, но там она просуществовала недолго.   
     Выходит так, что в 60 - 70 годы шекснинская молодёжь танцевала на кладбище. Напротив клуба было большое волейбольное поле, и молодежь играла в мяч. Затем на этом месте построили баню. Это было примерно в 1954 году. Старая баня была немного ниже, там, где сейчас находится центральная котельная (в районе улицы Комсомольской ближе к железной дороге). Она была деревянная, небольшая. Запомнился в той бане буфет, где продавали чай, лимонад, конфеты, печенье. В буфете работала седая милая бабушка – тетя Нюра Шурыгина. Новую баню на Советской улице построили кирпичную на два отделения. Приходилось занимать очередь и долго ждать, так как баня была одна на весь поселок. У бани стоял маленький ларек, в котором летом продавали лимонад, кондитерские изделия, выпечку. В настоящее время в левой половине продолжает успешно работать баня, а в правой половине сейчас располагается воскресная школа.
     Далее по левой стороне улицы Советской находилась семенная лаборатория. Там работали замечательные женщины – Шорина Валентина Павловна и Скворцова Тамара Михайловна.
     Вдоль дороги от семенной лаборатории росли два больших куста боярышника. Затем стоял двухквартирный дом льнозавода. Почти на краю улицы в длинном доме размещался Дом пионеров. Там работала Цветкова Валентина Григорьевна, Уткина (Чудова) Галина Ивановна, баянист Смирнов Аскольд Иванович. Шихваргер Миля Моисеевич часто фотографировал школьные мероприятия. Здесь много работало кружков, проводились танцевальные вечера для школьников. Пластинки крутили на патефоне. Впоследствии в этом здании был спортзал. Одно время там размещался нарсуд, в котором работали судьи Кублицкая, Смирнова Апполинария Фёдоровна, Кочетыгова Валентина Дмитриевна. Потом снова в Доме пионеров поместили Дом творчества для детей, который работал до 2011 года. Директором его на протяжении 20 лет работала Якуничева Елена Николаевна.
     В самом конце улицы стоял большой деревянный склад. Анастасия Викторовна рассказывала мне, что купцы по реке Шексне привозили товары, разгружали их в склады и проводили большие ярмарки в Ильин день.    
     Немного в стороне, в конце Советской улицы, у железной дороги, находилось большое одноэтажное здание, в котором длительное время располагался военкомат. По правой стороне улицы от церкви стояли частные дома Мельниковых, Калининых, Бобровых. После на их месте были построены два двухэтажных жилых дома. Напротив Дома творчества, по адресу: ул. Советская, дом 20, в 1965 году был сдан в эксплуатацию двухэтажный кирпичный жилой дом.
     Прямо от церкви вдоль пруда идет Береговая улица. Слева напротив бани стоят частные дома, за которыми был парк – там росли огромные деревья. Старожилы рассказывали, что раньше у пруда жил купец Калинин, и деревья здесь когда-то сажали крепостные. Далее располагались детские ясли. Детей тогда принимали в ясельки с трёх месяцев, как только заканчивался декретный отпуск у женщин. Когда ребёнок болел и не посещал ясли, то обед выдавали родителям на дом. У яселек росло много больших и красивых сосен.
     За прудом на берегу Углы была установлена деревянная нырялка – любимое место летом для мальчишек. Рядом находился плот, на котором стирали и полоскали белье. А еще летом жители приносили посуду на реку и чистили ее речным песком.
     В этом же районе справа от детских яселек стояло старое деревянное здание, в котором находилась швейная мастерская. Ее называли – портновская. Там работала Шилова Валентина Кирилловна, Шахова Вера Васильевна и другие. Мы часто бегали туда, нам давали тряпочки, из которых мы делали кукол. Когда я стала постарше, Вера Васильевна научила меня шить на своей ножной немецкой машине «Зингер». Потом мне это очень пригодилось в жизни. Позднее швейную мастерскую перевели в другое здание на Октябрьскую улицу.
     В этом же районе рядом с портновской находился катавальный цех. Его попросту называли «катавалка». Туда жители приносили шерсть, и им катали валенки. А также могли и раскатать их. Валенки надевали на колодки и придавали им нужный размер – больше или меньше. Труд в катавалке был очень тяжелый, постоянная сырость, пар, специфический запах. Очень долгое время в катавалке работала Матвеева Анисья.
     Продолжение следует…
 Фото из книги Т.К. Громовой  и Алексея Долгова
Опубликовано в газете «Звезда» №  71 от 11 сентября 2021 года и № 74 от 21 сентября 2021 года.

ДО ПЕРЕСТРОЙКИ - 60 ЯЩИКОВ В ДЕНЬ. Из воспоминаний продавца из магазина «Водка»...

«Стекляшка», «деревяшка»... Эти милые названия магазинов Шексны-2 можно услышать и сейчас, хотя на месте «деревяшки» на улице Первомайской давным-давно уже стоит кирпичное здание, а «стекляшка» на улице Водников сейчас вся «одета» в металл.
А еще в 70-80-х годах на улице Починковской был магазин с официальным названием «Водка».
     Учась в начальных классах школы № 1, нередко после уроков я шел в этот магазин. Не подумайте ничего плохого. Я был вполне себе примерным октябренком, просто там продавцом работала моя мама. Она отводила меня на обед в столовую, которая стояла возле магазина (сейчас это здание кондитерского производства «АтАг»), и, подкрепившись, шел домой. Об этом я вспомнил, когда просматривал семейные фотографии. На одной из них - моя мама Татьяна Александровна Долгова. Фото сделано явно с целью посмеяться. На заднем плане отлично видна вывеска «Водка» и эмблемы, обозначающие принадлежность магазина к ШРГиС. Хорошо читаются часы работы и приема посуды. Одним словом, фото меня заинтересовало, и я решил узнать подробности о магазине.
     Магазин «Водка» принадлежал Северо-западному речному пароходству (СЗРП) или, проще говоря, работал от шлюза. Еще в ведении ШРГСиС были уже вышеупомянутые продовольственный «стекляшка», промтоварный «деревяшка» и столовая. Когда открылся магазин «Водка», моя мама не знает. Она работала в нем с 1978 года и до его закрытия.
     Как рассказала Татьяна Александровна, магазин работал без выходных, с 11 часов утра до 9 вечера. Торговать винно-водочной продукцией именно с 11 часов была не прихоть начальства шлюза. Так предписывали партия и правительство в целях снижения употребления спиртных напитков.     
     Острословы прозвали этот час «ленинским», потому что, если железный рубль, выпущенный в 1967 году к 50-летию советской власти, приложить к наручным часам, то Ленин поднятой правой рукой указывает ровно на 11 часов. Вот и мужики собирались возле магазина в аккурат к 11 часам.
     Сейчас нам трудно оценить, сколько шекснинцы выпивают спиртного в день. Его везде можно купить. А тогда магазин «Водка» был единственным магазином в Шексне-2, где продавались спиртные напитки. Приведенные ниже цифры впечатляют! В обычный рабочий день водки продавалось в среднем по 60 ящиков, то есть 1200 бутылок. Вина реализовывалось еще больше. В выходные и уж тем более в праздничные дни продажи возрастали в два раза. За товаром заведующая магазином К.В. Калинина или замещающий ее продавец ездили сами. В СЗРП были две машины, а если нужна была машина с прицепом, то просили помощи у «Сельхозтехники» в Чуровском. Водку брали на ликеро-водочном заводе в Череповце, за вином ездили на завод в Кадуй. С ленинградских складов привозили марочные вина и водку «Русскую», которая была разлита в большие бутылки (0,7 л) и предназначалась на экспорт. Она была дорогой. В основном, эту хорошую водку покупали финны, которые работали в Шексне на строительстве заводов. Ну, а простой люд довольствовался тем, что подешевле. А самой дешевой была водка «Экстра» - 3 рубля 62 копейки.
     Помните, в фильме Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» аферист Милославский звонит с телефона-автомата и говорит: «Стоматологическая поликлиника? Але! Добавочный три шестьдесят две. Будьте добры, позовите, пожалуйста, Антон Семеныча Шпака».
Водка других наименований «Русская», «Столичная» стоили в то время 4 рубля 12 копеек, 4 рубля 42 копейки.
     Цены были стабильны и менялись редко. Примерно в два раза дороже водки стоил коньяк. В магазине «Водка» продавался армянский и грузинский. Было много марочных вин, польские, венгерские. Большой популярностью пользовался «Портвейн» и «Вермут». Марочные вина стоили дороже и хотя они были хорошего качества, брали их меньше.
     А египетская «настойка из натуральных трав, обладающая тонизирующими свойствами», под названием «Абу Симбел» стоила дороже коньяка. Ее стали разбирать лишь тогда, когда начался дефицит водки.
     В 1981 году цены на водку были повышены. Это связывают с Афганской войной. Ежегодно СССР тратил на Афганскую войну порядка 2-3 миллиардов американских долларов. Советский Союз мог себе это позволить при пике цен на нефть, который наблюдался в 1979-1980 годах. Однако с ноября 1980 года цены на нефть начали резко падать, повышение цены на водку было вынужденной мерой. Тогда в народе родился стишок:
Водка стала «шесть и восемь», пить мы всё равно не бросим. Передайте Ильичу, - нам и десять по плечу! Если будет больше, сделаем как в Польше. Если будет двадцать пять - Зимний снова будем брать!
     - Народу в магазине всегда было много. В выходные и праздничные дни от прилавка было не отойти. На неделе мужички больше покупали вино, а в пятницу и в выходные дни чаще брали водку. Беспорядков в магазине никогда не было. Единственно, когда наступало время закрытия, покупателей приходилось буквально выталкивать. В праздничные дни закрывать магазин нам помогал участковый милиционер. Да и в обычные дни без внимания он магазин не оставлял, зачастую посещал и проверял порядок, - рассказывает Т.А. Долгова.
     Три дня в неделе магазин принимал посуду. Мужики несли пустые бутылки мешками. Еще об этом магазине прекрасно знали матросы проходящих судов. Пока теплоходы стояли, они прибегали, сдавали уйму бутылок и затаривались вином. Эти бутылки отвозились на заводы в Череповец и в Кадуй, а обратно привозилась водка и вино. Кстати, народ тогда был прост. Чтобы побыстрее отовариться, мужики становились цепочкой и в течение нескольких минут разгружали машину.
     Кассовые аппараты были только в хозяйственных магазинах. В «Водке» все было просто: считали на счетах, принимали наличные и выдавали товар. Кстати, в «жаркие» продажные дни в ячейки деньги раскладывать было некогда, и под прилавком просто ставили коробку. Потом, когда появлялась возможность, в денежных делах наводился порядок. Коллектив был добросовестный, недостачи никогда не было.
     Как рассказывает Т.А. Долгова, зарплата у продавцов была хорошая. К примеру, если бухгалтер в СЗРП зарабатывал 70 рублей, то они меньше 250 не получали, иногда зарплата доходила и до 300 рублей. Правда, и работать приходилось немало. Все изменилось в середине 90-х с началом «перестройки» и начавшейся борьбой с алкоголизмом. Магазин «Водка» был перепрофилирован в промтоварный, но он проработал недолго и был закрыт из-за нерентабельности. После закрытия «Водки» винно-водочную продукцию стало возможно купить только в центре Шексны по талонам в магазине на улице Октябрьской. Но это уже другая история.
Алексей ДОЛГОВ.
 Фото автора и из сети Интернет.
Опубликовано в газете «Звезда» № 58 от 27 июля 2021 года.

ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА: ЗАБИРАЛИ ВСЕ, «ДАЖЕ ЧУГУН ШТЕЙ ИЗ ПЕЧИ ДОСТАЛИ, ДА В ОКОШКО ВЫПЛЕСНУЛИ»

 Правда о раскулачивании сиземских крестьян по документальным источникам.
«Раскулачивание крестьянства. Трагедия ХХ века» - так назывался доклад Г.А. Ивановой, заместителя директора районного Центра традиционной народной культуры, прочитанный на XII Шекснинских просветительских чтениях «История Шексны в истории России. Сизьма: Духовность. Традиции. Возрождение».
 
Достоверные источники
 
     Выступление Галины Александровны основано на уникальных документах, хранящихся в Центре. Это «Похозяйственная книга 1918-1927 г.г.», «Список кулаков по Сиземскому сельсовету» от 1 августа 1933 года, рукописные и аудиофонды, а также «Летопись, заключающая в себе годовые обзоры, метеорологические наблюдения, урожаи хлебов и трав, народные приметы, этнографию, статьи по пчеловодству и годовые отчеты по пчеловодству» - рукописная тетрадь, составленная волостным старейшиной Сиземской волости, жителем деревни Мальгино Александром Ивановичем Куликовым. Свою тетрадь А.И. Куликов начал в 1891 году и вел вплоть до 1929 года.
 
Продовольственная диктатура, НЭП и первые колхозы
 
     Начало раскулачивания деревни было положено еще в 1919 году. Сиземский летописец, или как он сам себя называл - хроникёр - Александр Иванович Куликов писал об этом так: «Все предметы крестьянского производства брались на учет и запрещалась свободная купля и продажа их. Хлеба недостаточно, народ в большинстве буквально голодал. Народ ужасно недоволен положением. Реквизиции хлеба, скота, сена стали явлением обыкновенным».
     А вот его характеристика 1920 года «Отличался диктатурой пролетариата над крестьянством. У крестьянина отбиралось все, а взамен того ничего не давали. Недовольство ужасное, принудительные работы во всем ходу».
     Только в 1921 году с введением НЭПа (новая экономическая политика) жизнь в деревне понемногу налаживалась и возвращалась в свое прежнее русло. Продразверзка была заменена продналогом (в 2 раза меньшим), причем в денежном выражении; крестьянин получал право свободного выбора землепользования, аренды земли и использования наемного труда, а также свободной торговли. В волости проводилось землеустройство, полный перемер и передел земель. Крестьяне, получив отруба в своей деревне, строили сеновалы, или переезжали на выделенные участки и строили себе дома, хоз. постройки, т.е. образовывались новые хутора.
     Сельское хозяйство стало понемногу восстанавливаться. Но, к сожалению, в 1928 году НЭП отменили и начался новый виток «раскрестьянивания» - сама коллективизация.
     В Сизьме первые колхозы были образованы в 1929 году, но за зиму народ из них разбежался, прихватив с собой и скот, приведенный в колхоз.
 
По решению Политбюро
 
     30 января 1930 года вышло Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Цель этой директивы - полное закрепощение крестьянства.
     В Постановлении четко по пунктам был прописан порядок ликвидации кулачества как класса. Наемный труд в индивидуальных крестьянских хозяйствах запрещался; у кулаков конфисковались средства производства, скот, хозяйственные и жилые постройки, предприятия по переработке, кормовые и семенные запасы. В зависимости от материальной обеспеченности и политических взглядов кулаки разделялись на три категории, к каждой из которых определялись различные меры репрессий.
     Постановление предписывало: «количество ликвидируемых по каждой из трех категорий кулацких хозяйств должно строго дифференцироваться по районам, в зависимости от фактического числа кулацких хозяйств в районе с тем, чтобы общее число ликвидируемых хозяйств по всем основным районам составляло в среднем, примерно, 3-5 %».
     Политбюро предлагало ОГПУ в течение четырех месяцев, до начала посевной, направить в концлагеря 60 тысяч и подвергнуть выселению в отдаленные районы 150 тысяч кулаков. Районами высылки определялись округа Северного края - 70 тыс. семейств, Сибири - 50 тыс. семейств, Урала - 20-25 тыс. семейств, Казахстана - 20-25 тыс. Цитата из документа: «Районами высылки должны быть необжитые и малообжитые местности с использованием высылаемых на с/х работах или промыслах (лес, рыба и проч.). Высылаемые кулаки подлежат расселению в этих районах небольшими поселками, которые управляются назначаемыми комендантами».
     Отдельными пунктами прописаны мероприятия по конфискации имущества. Если коротко, то забиралось все: «Высылаемым и расселяемым кулакам при конфискации у них имущества должны быть оставлены лишь самые необходимые предметы домашнего обихода, некоторые элементарные средства производства в соответствии с характером их работы на новом месте и необходимый на первое время минимум продовольственных запасов».
 
План выполнен на все сто, и даже больше
 
     А теперь о том, как это Постановление отразилось на жизни сизьмичей, каким тяжелым катком прошлись решения правящей верхушки по судьбам людей.
     В Похозяйственной книге, хранящейся в фондах Центра, записано порядка 850 хозяйств. С учетом уничтоженных страниц можно предположить, что к середине 20-х годов прошлого века насчитывалось около тысячи крестьянских хозяйств. К сожалению, нет точных сведений, сколько из них пострадало от стараний властей исполнить вышеуказанную директиву, но в журнале «Список кулаков по Сиземскому сельсовету» от 1 августа 1933 года, указано, что по сельсовету выслано пять кулацких хозяйств, скрылось хозяйств - 6, всего кулацких хозяйств - 50. Проведя несложные математические действия, получается ровно 5 % от общего количества - высшая планка от требуемой ликвидации! Кажется, все хорошо, план выполнен. Но не тут-то было! Власти решили подстраховаться и перевыполнить план, добавив в журнал 44 семьи с формулировкой «зажиточные хозяйства».
 
Место высылки - спецпоселение
 
     Сначала расскажем о тех, кто пострадал сильнее всего - высланных семьях. Из деревни Копылово были раскулачены и высланы две семьи: Любавичевы (6 человек) и Пискуновы (6 человек, из них четверо - дети в возрасте 5, 7, 9 и 11 лет). Из Сизьмы высланы Хоботовы (5 человек) и Шангины (8 человек), из деревни Уварово - семья Никановых (3 человека).   
     Все выселенные семьи осуждены на основании Постановления оперативной тройки Чебсарского района от 17.06.1931 г. как кулаки или как «антисоветские элементы», причем такая формулировка была применена не только к главам семейств, но и к детям вне зависимости от их возраста.           
     Местом высылки определялись спец. поселения в п. Песчанка и пос. Порт-Строй Ковжинского района Коми АССР.
     По воспоминаниям Веричевой Александры Васильевны, 1913г.р., записанным еще в 90-е годы прошлого века, выселение происходило так:  «Всех посадили на одну подводу. Ребятишки громко плакали, и мы, все кто был рядом, тоже ревели. Жалко было их, ведь вместе бегали-играли. Хорошие они были».
     Понятно, что если семья из восьми человек села в телегу, то вещей много не возьмешь – некуда, да и не разрешалось по закону.
     Что же собой представляли спец. поселения, куда высылали кулаков? В Интернете удалось найти информацию о спецпоселке Песчанка: «На высокий, крутой песчаный берег большими баржами привезли раскулаченных крестьян, в сопровождении конвойных и уполномоченных. Вдоль левобережья, и у островов, что напротив, не на один километр тянулись песчаные косы. Вот и прижилось название Песчанка. Горькой, как полынь трава была дорога на Печору, а затем и жизнь крестьян-«кулаков» из сёл и деревень Вологодчины, Архангельска, Воронежа, КОМИ.
     Спецпоселок Песчаники (с 1933 — Песчанка) Соколовского сельсовета Печорского района был образован в сентябре 1931 года на левом берегу р. Печора. На 1 января 1932 года здесь проживало 1358 жителей, на 1 мая 1932 года - 1265 жителей. Спецпереселенцы работали на лесозаготовках и сплавных работах в Ижемском леспромхозе треста «Комилес», а также в животноводческом совхозе и на кустарных промыслах (смолодегтекурка, сапожные и др.). После возвращения с фронта в 1945 году глав семей многие семьи освобождены от спецпоселения и уезжали. Окончательно режим спецпоселения снят в середине 1950-х.»
 
Не жалели ни детей, ни стариков

     Вернемся снова к историческому документу – журналу со списком кулаков.  Чтобы избежать участи выселенных в спец. лагеря или посаженных в тюрьмы, шесть семей под пологом ночи, бросив трудом нажитое добро, вынуждены были уехать. Всего от преследования властей скрылись 23 человека из деревень Кузьминское, Сыромяткино, Давыдково, Поляна, Топорищево, Киселево. 
     В этом же документе насчитывается еще более сорока человек, которые также вынуждены были скрыться. В числе прочих был и сиземский летописец Николай Иванович Куликов.
     В журнале кулаков дана характеристика на каждое хозяйство, отнесенное как к категории кулаков, так и зажиточных. Вот лишь некоторые примеры.
     Семья Пекичевых. Хозяин И.И. Пекичев, 1864 г.р., его сын Д.И. Пекичев (1896 г.р.), сноха 38 лет и две внучки 1923 и 1925 годов рождения. Характеристика хозяйства: «Хозяйство сильно крепкое. Систематическая продажа хлеба. Наем рабочей силы. Скрывал кулацкое имущество. Спекуляция. Шел всегда против всех мероприятий, проводимых советской властью и компаний».
     Пекичев Дмитрий Иванович имел большой дом, возле дома яблоневый сад, амбар-кареточник, баню, сеновал, гуменник с овином. Держал две коровы и лошадь, имел весь сельскохозяйственный инвентарь, и категорически отказывался вступать в колхоз.
     Вот что вспоминала его дочь, Хрулева Зинаида Дмитриевна: «Отец Дмитрий Иванович взял себе в жены Александру Васильевну Лукьянову из богатой, зажиточной семьи со Зверинца. Приданное у матери было очень хорошее и большое. Когда начались процессы коллективизации и раскулачивания, в семье было трое детей. Однажды, поздним вечером 1932 года, в дверь постучали. Открыла мать. Всю семью посадили за стол, один сторожил, а другие искали  и вели опись. Вначале за иконами, на божнице, искали золото, но не нашедши его там, стали искать везде. Из сенника в избу сундуки носили – все описывали и забирали – утиральники, постели, полотенца. В одном сундуке на дне золото было – кольца, серьги, деньги золотые - забрали и не показали. Одежда, какая была - все изъяли. Скот увели. Сапоги кожаные с отца и матери сняли и  на себя надели. Мясо в кадушках, мука в сусеках в ларе была - все забрали, ничего не оставили. Из дома выселили, первое время жили в развалившейся зимовочке. Отца осудили и сослали в Вытегру, где он и скончался. Мать вступила в колхоз, дали телочку. Её вырастили до коровы и стали жить с молоком. В колхозе жизнь легкою не была, работали от темна и до темна. Во время войны приходилось работать вдвойне и за мужчин, ушедших на фронт».
     А вот характеристика хозяйства семьи Носковых. Хозяин А.Г. Носков, 1869 г.р., жена - 51 год, дочь 1921 г.р. и сын 1925 г.р. «Хозяйство крепкое. Торговал мясом, скупка и перепродажа скота, продажа хлеба. Наем рабочей силы. Бывший церковный староста. Задания не выполнял, отношение к советской власти отрицательное. Имел до 8 коров, 1 лошадь. За невыполнение полит. компании судили не один раз».
     Дочь главы семьи А.Г. Носкова - Анна Андреевна Иванова (Носкова) - это свекровь докладчика Г.А. Ивановой. От нее Галина Александровна слышала рассказ, как раскулачивали семью Носковых:
     -  Также, словно к бандитам, пришли трое с пистолетами, один держал на мушке хозяйку и малых детей, а двое других выгребали всё имущество и продукты «под метелку». Говорила, что: «даже чугун штей из печи достали, да в окошко выплеснули, чтобы нам не досталось».  Хозяина Андрея Григорьевича во время обыска дома не было. Он так и не вошел в колхоз. В 1940 году, когда стали разбирать конфискованный у семьи пятистенок, чтобы перевезти в Уварово, сердце Андрея Григорьевича не выдержало, его парализовало и он умер. А в 1943 году в неполные 18 лет гвардии младший сержант Иван Андреевич Носков погиб, освобождая Харьковскую землю от фашистов.
     Еще один пример - семья Ледешковых: В.Г. Ледешков, 1905 г.р., его жена У.И. Ледешкова, 1903 г.р., сын, 1926 г.р., и дед Г.А. Ледешков, 1860 г.р. «Хозяйство сильно крепкое. Имело ветряную мельницу. Гарнцевой сбор умышленно не сдавал и хлеб продавал на частный рынок. Эксплуатация чужого труда. Имел до 8 коров. Шел всегда против всех мероприятий, проводимых советской властью и, главное, против коллективизации».
     Егорова (Ледешкова) Тамара Васильевна, 1928 г.р., поделилась своими воспоминаниями о раскулачивании. Хотя она и была мала, в то время ей было всего-то четыре года, но помнит большую мельницу, которая принадлежала сначала деду, а потом на ней и отец стал работать. Со всей округи приезжали крестьяне молоть зерно. «Когда все отобрали, мама уж больно горевала по мельнице. И вот ночью сходила туда, да подпилила главное колесо. А потом мельница-то и свалилась».
     Всё это примеры по оверхушиванию, т.е. раскулачиванию тех, кто был отнесен к группе зажиточных.
     Что же тогда творили с кулаками?! Ведь если оверхушенным хоть зимовку оставляли для житья, то кулаков просто выгоняли на улицу и семьи вынуждены были жить в сеновалах, банях или иных непригодных для проживания хозпостройках. В среднем в каждой семье было четверо детей, некоторые в возрасте 1-2 года. Были в семье и старики. Иных выволакивали из дома на постелях, т.к. самостоятельно те не могли ходить.
     На нескольких примерах посмотрим, что из себя представляли хозяйства кулаков по их характеристикам из рукописного «Списка кулаков по Сиземскому сельсовету» от 1 августа 1933 года.
     Семья Любавичевых. «Хозяйство сильно крепкое. До революции и после имел свой собственный кожевенный завод. Кожи покупал, и перерабатывал, и продавал на частный рынок постоянно. Эксплоатация чужого труда, держал постоянно батрака. Имел до 12 коров, 2-х лошадей. Постоянная продажа хлеба по спекулятивным ценам на рынке. Имел кожевенную торговлю».
     Еще одна семья Любавичевых. «Хозяйство сильно крепкое. До революции и после революции имел свой кожевенный завод. Кожи закупал, и переделывал, и продавал на частный рынок. Постоянная продажа хлеба, систематически применял наемный труд до 30 человеко-дней, держал постоянно батраков. Имел до 5 коров. Шил сапоги из своей кожи и продавал на хлеб, а хлеб продавал по спекулятивным ценам
».
     Семья Горшковых. «Хозяйство бывшего крупного торговца купца 2-й гильдии. Имели сильно крупную торговлю всеми товарами. Имели до 30 маслодельных заводов, брали большое количество молока. Имели батраков до 20 человек. Эсплоатация чужого труда до 60 человеко-дней. Имели земли до 100 га, имели собственную ферму, в ней хорошую постройку, держали в ней батрака, который и обрабатывал таковую. Имели до 15 коров, 3 лошадей. Имел до настоящего времени, т.е. до 1932 г. сапожную мастерскую, где держал учеников до 3 человек».
     Другая семья Горшковых. «Жена бывшего крупного торговца купца 2-й гильдии. Имели крупную торговлю. Брали молоко. Имели до 20 маслозаводов. Держали батраков постоянно до 20 человек и наемный труд до 50 человеко-дней в год. Имели земли до 70 га. Имели свою ферму, коров имели до 12, лошади 2. До 1932 г. систематическая продажа хлеба на частный рынок и наем рабочей силы до 40 человеко-дней в год».
 
Время было такое...
 
     Г.А. Иванова, заместитель директора районного Центра традиционной народной культуры:
     - Раньше жили не тужили
     И в семействе был покой
     Не ходили по деревеньке
    С протянутой рукой.
     Эту частушку лет тридцать назад была записана от Зинаиды Дмитриевны Хрулевой (Пекичевой).
     Село Сизьма, деревни Дураково, Копылово, Прядино, Уварово, Малый Овинец, Шелухино, Кузьминское, да все и не перечислишь! В начале прошлого века были они многочисленными, семьи большие, крепкие, соблюдавшие многовековой крестьянский уклад. Все деревенские были дружны меж собой, жили общиной, поэтому бедных не было, все шли на выручку друг другу. Те, кто победнее, с радостью шли работать к зажиточным, ждали, когда позовут. А богатые, в свою очередь, не обижали наемных. Так и жили в мире и согласии.
     Не было у нас купцов, а деньги вкладывали крестьяне в строительство да благоукрашение церквей, открытие магазинов, в ремонт дорог, школ, т.е. в то, что называется сейчас благоустройством и народным бюджетом. Всё это было давно придумано нашими мудрыми предками. Да только в те времена город за деревней не успевал.
     Вспоминая свою свекровь, понимаю теперь, почему она всегда ходила в латаной-перелатанной одежде, дома в 90-е годы не было даже телевизора. А когда стали разбирать и перевозить двор и пятистенок, нашли не одну ухоронку со свернутыми в трубочку советскими рублями, которые к тому времени уже превратились просто в картинки. Страх, животный страх, испытанный ею в детстве, не покидал ее до последних дней. Но злобы не было. Как не было злости и зависти у десятков, сотен раскулаченных. «Ведь время было такое»,- говорили они. И все-таки жаль осиротевшей земли…
Алексей ДОЛГОВ.
Сохранены авторская орфография и пунктуация.
Опубликовано в газете «Звезда» № 45 от 12 июня 2021 года.
Фото сети Интернет.

В ДЕРЕВНЕ СЕЛИНО ВЕДУТСЯ РАБОТЫ НА МЕСТЕ ЗАХОРОНЕНИЯ БЛОКАДНИКОВ

О том, что в годы Великой Отечественной войны в чебсарской округе хоронили ленинградцев, которые умерли по пути в госпитали, чебсарские краеведы знали давно. 
Однако точные места захоронений найти чрезвычайно трудно, поэтому памятный знак погибшим ленинградцам был установлен около воинского кладбища. Но одно захоронение известно достоверно. Это небольшой пятачок возле разрушенного храма в деревне Селино, что расположена в пяти километрах от Чебсары.
     Очевидец тех событий Н.А. Лапина два года назад показала точное место захоронения. Сама Надежда Андреевна родилась в июне 1938 года. Когда началась война, ей было три года. Их дом стоял недалеко от въезда в деревню и маленькая Надя наблюдала, как иногда со стороны Чебсары в деревню на дровнях везли мертвых людей.
     У местных краеведов возникла идея облагородить территорию и поставить на месте захоронения памятный знак. Инициативу поддержал глава сельского поселения Чебсарское В.Н. Антонов.
     Чтобы определить границы захоронения, были приглашены череповецкие поисковики, а расчистить территорию от зарослей кустарника взялись местные мужчины, отряд «Пламя» вместе с руководителем Чебсарского музея С.Ф. Смирновой и участники объединения «Музейная мастерская» МОУ «Устье-Угольская школа» (руководитель Т.М. Громцева).
     Зажужжали пилы, застучали топоры, и в течение нескольких дней территория была очищена. А затем к делу приступили профессионалы из поискового отряда «Журавли».
     Как рассказала полевой командир С.В. Ящур, в Селино они решили поработать по просьбе главы Чебсарского поселения, и вот их первые выводы:
     - Здесь действительно находится массовое захоронение, которое, к сожалению, почему-то оказалось разрушенным. Останки перемолоты и такое впечатление, что по этому месту когда-то прошелся трактор, или другая техника, а затем сверху посадили акации. По найденным останкам можно сделать вывод, что здесь были похоронены как взрослые люди, так и маленькие дети. Встретились косточки и грудных младенцев. Скорей всего, хоронились истощенные блокадники, которых не довезли до госпиталей, и они умерли в пути. Но может быть, здесь есть и защитники Ленинграда, потому что с помощью металлоискателя в одной из ям мы нашли солдатскую пряжку.
     Кстати, и очевидица Н.А. Лапина сообщала, что видела как везли на телегах умерших в военной одежде.

Н.Е. Бахарева, руководитель поискового отряда «Журавли»:
     - На сегодняшний день в составе отряда 27 человек, из них семеро - шекснинцы.  Все они - энтузиасты, которые в свободное от работы время ведут поиск пропавших без вести солдат Великой Отечественной войны. Также мы ведем поиск родственников, много работаем в архивах. На сегодняшний день в Селино были пять членов отряда. С нами работают и дети. Например, в Селино приехала Дина Малица. Она с трех лет ездит в экспедиции в Новгородскую область, а всего ее поисковый стаж - семь лет.
     Нашей организацией сделано немало. Найдены и торжественно похоронены с отданием воинских почестей 82 бойца. Разысканы более 80 родственников бойцов. Со многими из них мы до сих тесно общаемся, дружим, устраиваем чаепития. Дело, которое мы делаем, нужно живым и очень хочется, чтобы нынешнее поколение и следующее поколение помнили и знали, какой ценой далась нам победа, благодаря чему мы сейчас живем мирно.

     Учитывая состояние кладбища, поскольку нет возможности установить имена военнослужащих, а люди, хоть и без гробов, но похоронены, останки из земли поднимать не будут. Решено определить границы захоронения, облагородить территорию и в будущем поставить памятный знак.
     Установить имена погибших блокадников чрезвычайно трудно. Как рассказала руководитель Чебсарского школьного музея С.Ф. Смирнова, их много, но на сегодня известна всего 21 фамилия ленинградцев, захороненных в чебсарской земле, но где конкретно - неизвестно.  

У Владимира Евсеевича - своя история, связанная с Великой Отечественной войной, и благодарность поисковикам. В апреле этого года питерские поисковики нашли его деда - Валуева Алексея Ивановича, пропавшего без вести в боях под Ленинградом. Информация о найденных в окопе двух погибших бойцах поступила вологодским поисковикам, потому что у одного из воинов сохранился медальон - металлический футляр с идентификационной запиской. На ней четко читается: Валуев Алексей Иванович, 1907 г.р. и место жительства. О своем деде Владимир Евсеевич знает лишь по рассказу отца.  А.И. Валуев родился в деревне Ручьевская Вожегодского района. До войны работал в Бекетовском сельпо. В июле 1941 он ушел на фронт, воевал в составе 34 запасного стрелкового полка 29 стрелковой дивизии и в ноябре 1941 года пропал без вести. Без мужа и отца остались Наталья Васильевна с двумя детьми - дочерью Реей 1927 г.р. и сыном Евсеем 1930 г.р.
     Владимир Евсеевич связался с Александром Метелкиным, председателем «Вологодского объединения поисковиков» и через него - с поисковым отрядом «Горячий снег».
     Он и другие родственники по линии Реи Алексеевны ждут августа-сентября, когда их пригласят на захоронение погибших бойцов с отданием воинских почестей. А пока все родственники уже не пропавшего без вести, а отдавшего жизнь за Родину А.И. Валуева говорят поисковикам огромное спасибо за их важную работу.

Алексей ДОЛГОВ.
Опубликовано в газете «Звезда» № 44 от 08 июня 2021 года.
Фото автора.

ДАЙТЕ НАМ ШЕФА! – ПРОСИЛИ СИЗЬМИЧИ И ПОМОЩЬ ПРИШЛА ОТ ГОСБАНКА И СЕЛЬХОЗБАНКА

 А также о том, как спекулянты хотели «развратить» сизьмичей, но уехали «не солоно хлебавши», о первом киносеансе и повальной болезни...
Об этих и других историях рассказывали областные газеты в начале ХХ века, а слушатели XII Шекснинских просветительских чтений узнали о них из выступления  Н.Н. Фарутиной, заведующего отделом редкой книги Вологодской  областной  научной  библиотеки им. В.И. Бабушкина. Доклад Натальи Николаевны назывался «Из истории Сиземского края по периодике 1900-1920-х годов».
 
Впервые в Сизьме - кино!
     К сожалению, публикаций в периодике начала ХХ века, рассказывающих о сиземском крае, нашлось немного, но и то, что Наталье Николаевне удалось «откопать» в старых подшивках, весьма интересно. 
     Одним из источников информации стал журнал  «Северный хозяин», который издавался Вологодским обществом сельского хозяйства с 1910 по 1919 годы.
     Так, в 1911 году журнал сообщил о том, что «При Сиземском волостном правлении Вологодской губернии и уезда открыто производство почтовых операций по приему и выдаче всякого рода почтовых отправлений».
     А в 1916 году в заметке «Из кооперативной жизни» рассказывается о прошедшем 18 сентября общем собрании членов Мало-Сиземского общества потребителей и маслодельной артели. Сизьмичи обсудили наболевшие вопросы, а потом для них впервые показывали кино. Читаем: «После общего собрания все его участники посетили кинематографический сеанс, устроенный на средства кооперативов при помощи передвижного кинематографа Вологодского Общества Сельского хозяйства. Население впервые видело кинематографические картины и осталось ими очень довольно. Расходы по доставке кинематографа и прокатную плату в сумме 8 руб. артель и общество приняли на себя».
 
Месть спекулянта
    
     Несколько интересных заметок нашлось в областной газете «Красный Север».
     1918 год. После революции обрушилась вся прежняя жизнь, страна ввергнута в пучину хаоса и гражданской войны. 20 июня в Петрограде был убит революционер и пропагандист В. Володарский.
     6 июля члены Сиземского волостного совета крестьянских депутатов, заслушав сообщение члена чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией тов. Кичеля о гибели Володарского, приняли резолюцию, которая была опубликована в «Красном Севере»: «Принимая во внимание, что последнее время пришедшая в отчаяние русская и иностранная буржуазия, совместно с социал-предателями и всеми теми, кто в дни революции потеряли все свои привилегии, кладут все свои силы на то, чтобы сломить власть беднейших крестьян и рабочих и для этого не брезгают никакими средствами, стараясь ввести в среду трудового народа разлад и озлобления, для чего ими и было совершено подлое убийство тов. Володарского, как видного работника, не щадившего своих сил и здоровья и в цвете лет бесстрашно погибшего на своем революционном посту. А посему мы, отдавая должное памяти убитого тов. Володарского, клянемся его именем не сдавать своих позиций, за завоевание которых погибла не одна тысяча верных делу революции и освобождению трудящихся от ига и эксплоатации (старая орфография, прим. авт.) богатых  и всеми силами поддерживать власть советов, которая одна лишь в состоянии при нашей поддержке привести к окончательному торжеству социализма, полнейшей свободе, равенству и братству всех трудящихся. Да будет светла память погибшего товарища Володарского. Да здравствует власть беднейших крестьян и рабочих. Да здравствует социальная революция. Беспощадная борьба не на жизнь, а на смерть с врагами трудящихся и бедняков. Резолюция принята единогласно. Председатель Н. Нечаев, секретарь А. Кулаков».
     Еще одна интересная заметка под заголовком «Месть спекулянта» опубликована в «Красном Севере» 25 сентября (4 ноября) 1919 года.     
     «Сиземская волость одна из наиболее организованных. Спекуляция почти отсутствует, местный исполком ведет с ней постоянную борьбу. Вообще продовольственное дело стоит на высоте. Между прочим еще в 1918 году в волости введен классовый паек полтора фунта производителям, 3/4 тем, у кого своего хлеба не хватает, и 1/2 ф. тем, кто сам работать не хочет. Лентяи, просидев зиму на 1/2 ф. пайке, весной постарались засеять все пустые клочки земли. В волости совсем нет недосева. Чтобы снабдить всех семенами, был произведен добровольный сбор с имущих, собрали больше 200 пудов и раздали семена.
     Благодаря той же работе продовольственного отдела вол. исполкома в волости до марта существовали твердые цены. Картофель стоил 6 р., а теперь 20 р. Конечно, благодаря этому Сиземская волость является для спекулянтов желанной добычей, до сих пор однако для них совершенно недоступной, т.к. местный исполком ведет с ними свирепую борьбу и действует по отношении к ним беспощадно. Недаром Питеряки спекулянты спрашивают: «а где эта Сиземская волость», чтобы как-нибудь ненароком не заехать и не расстаться со своими запасами табаку и прочих прелестей.
     Но соблазн велик. В Сиземскую волость приехал Прозоров, член Череповцкого губ. исполкома и его жена. Они привезли с собой разные вещи, чаю, табаку и пр. для обмена. Но развратить Сиземскую волость им не удалось, исполком отобрал у них запасы и они уехали к себе «не солоно хлебавши». Разозленные, они распустили ложный слух, что Сиземская волость спекулирует хлебом, с целью лишить ее пополнения из центра. Но напрасны происки гражданина Прозорова. Центр при учете отлично узнает, что волости хлеба не хватает, а потачки спекулянтам она не дает.»
 
Сиземский ликбез
 
     Борьба с неграмотностью была одним из направлений деятельности советской власти. В 1920 году Совет народных Комиссаров создал Всероссийскую чрезвычайную комиссию по ликвидации безграмотности. С тех пор термин «ликбез» прочно вошел в оборот, а успехи новой власти в ликвидации неграмотности стали бесспорными.
     На эту тему о Сизьме в «Красном Севере» нашлось три заметки. 29 мая 
1925 года газета сообщает: «В Сиземской волости работает семь изб-читален, из которых на первом месте стоит изба-читальня в деревне Поляна. Она находится в самом лучшем помещении. Крестьяне нашей волости выписывают 225 штук газет на 925 дворов. С приездом избача А. Шопотова работа избы-читальни еще более оживилась. Теперь организованы следующие кружки: политический, сельскохозяйственный, ленинский, самообразования и общество друзей газеты «Безбожник». Подпись под заметкой: Сизьмарь.
     В июне этого же года «Красный Север» дополняет общую картину статистики чтения: «Гражданами Сиземской волости за июнь получено 2302 экземпляра газет и 72 журнала. Рост подписки на газеты и журналы начался с апреля и с каждым месяцем возрастает».
     Осенью 1923 года в стране было создано Всероссийское добровольное общество «Долой неграмотность», и вот в областной газете за 1926 году читаем заметку о деятельности общества:  «Членами ОДН в Сиземской волости выявлено 189 чел. неграмотных. Проведены среди них беседы для посещения ликпунктов. А в деревнях, где есть 2 или 3 человека неграмотных, для обучения их прикреплены члены ОДН».
     Заметка с заголовком «Религия есть обман и поповский дурман» наглядно иллюстрирует борьбу советской власти с православной верой и пропаганду атеизма. 14 января 1930 года в газете появилось публичное отречение от церкви некоего Дмитриевского: «Я, псаломщик Б.-Сиземской церкви категорически бросаю церковную службу. Я убедился и осознал, что религия есть обман и поповский дурман для народа. Сегодня вступаю в ряды трудящихся».
 
«Крестьянская жизнь»
 
     Кроме официального «Красного Севера» с 1924 по 1928 год Вологодским Губернским Комитетом Российской Коммунистической партии издавалась еженедельная газета «Крестьянская жизнь». Газета рассказывала  о борьбе с кулачеством, технических достижениях, о новой культуре и быте, борьбе с неграмотностью и пьянством. Много информации поступало с мест, в том числе из Сизьмы.
     Так, в рубрике «На крестьянских полях» сообщается, что «В районе Сиземской волости согласно данных осмотра волостной комиссии, состояние озимовых хлебов крайне неблагополучно. Весенними и осенними вымочками и холодами в ряде деревень повредило посевы. Появилось вместо ржи масса травы «метлы». В особенности плоха рожь, посеянная семенами, выданными на ссуду прошлой осенью от УЗУ в количестве 1523 пудов. Засеяно этой рожью десятин 150 или около 1/5 части всего озимового клина. С этой площади крестьяне снимут только посеянные семена, ничуть не больше. Просьба к учреждениям, от которых зависит снижение процентов за взятую ссуду и облегчение крестьян Сиземской волости в смысле обложения сельхозналогом, обратить на это внимание». Подпись: Новичек.
     В 1927 году А. Куликов пишет заметку «92 пасеки под угрозой голода»: «В Сиземской волости имеется 92 пасеки с 349 рамочными ульями. В минувшее лето по причине неблагоприятных климатических условий медового взятка не было, и пчелы остались без запасов на зиму. У большинства пасечников нет средств на покупку сахара для подкормки пчел. Уже есть случаи, когда пчелы начали падать с голоду. В 1927 году в волости было организовано пчеловодное товарищество, но работы оно не ведет. Нужна немедленная помощь пчеловодам в виде ссуды сахарного песку под будущий урожай меда.»
     Автор под псевдонимом Комсомолец сообщает: «В селе Сизьме Сиземской волости есть центральная изба-читальня, а в ней хорошая библиотека. С начала организации парни и девушки мало посещали избу-читальню. На беседы по политграмоте ходило трое-четверо. За последнее время молодежь стала активно посещать избу-читальню и занятия по политграмоте. В среднем за день бывает человек 35-40. Занятия по политграмоте проходят успешно».
     Из заметки «Учатся уму разуму в кружке», написанной А. Куликовым, узнаем, что «По почину местного учителя тов. Простосердова в Сиземской волости организовался сельскохозяйственный кружок, проводятся беседы по земледелию и животноводству. Крестьяне особенно заинтересовались вопросом кормления молочного скота по нормам. В результате этих бесед уже поставлено 15 коров на кормление по норме. Спрос на жмыхи значительно поднялся».
 
Дайте нам шефа!
 
     С критикой системы здравоохранения в Сиземской волости на страницах «Крестьянской жизни» выступил некто Мараков: «В селе Сизьме Сиземской волости имеется фельдшерский пункт, который больным помощи оказывает очень мало. С половины февраля Сизьму посетила повальная болезнь. Болеют целые семьи - взрослые и малолетние. Длится болезнь 3-4 дня, выражаясь насморком, кашлем, болями в груди и т.п. Больные обращаются в медицинский пункт, и помощи оттуда почти не получают. Фельдшерица Леншакова говорит: что же мне делать, нет ни йоду, нет бинта, нет самых необходимых нужных лекарств. ВИК (волостной исполнительный комитет - прим. авт.) ссылается на уезд, что он мало средств отпустил (350 р.) и мы не можем перерасходовать. Может быть «Крестьянская Жизнь» поможет целой волости в борьбе с этой эпидемией.»
     «Дайте нам шефа» - с таким броским заголовком опубликована статья Сизьмяка, в которой он просит обратить внимание на слабую информированность сельчан о событиях в стране и в мире.    
     «Наша Сиземская волость Вологодского уезда всех дальше находится от города. Газет у нас получают мало, а если кто и получает, то с большим опозданием. Так и живем, не зная, что делается на белом свете. В других волостях есть шефы, которые приезжают в деревню и привозят газеты, книги, да и сами больше того рассказывают, что где делается, какие новые декреты вышли, как крестьянину лучше вести свое хозяйство и так далее. Я был на днях в Ломтевской волости. У них есть шеф - рабочие печатники. Крестьяне очень довольны ими. Если бы, говорят, не шеф, то ровно в темном лесу, а теперь мы знаем все новости: вот теперь идут переговоры наших с англичанами... И стали мне рассказывать про то, как англичане хотят содрать с нас царские долги, а наши делегаты не поддаются. И все это они узнали от шефа. Дайте и нам шефа».
     Проблемная статья не осталась без внимания и через некоторое время  газета вернулась к этой теме. В заметке «Шеф есть - работа будет» автор Новичек сообщает: «В газете «Крестьянская жизнь» (№ 7) писалось, что у Сиземской волости нет шефа. В настоящее время у этой волости шеф имеется. Над сиземцами шефствуют крупные губернские организации: Госбанк, Сельхозбанк, Губфо, «Волпромторг» и Рабоче-Крестьянская Инспекция. Шефом сделано уже несколько докладов в самой волости и в целом ряде деревень».
Алексей ДОЛГОВ.
Опубликовано в газете «Звезда» № 41 от 29 мая 2021 года.

КАК НИКИТА ЗА БЛАГОСЛОВЕНИЕМ В МОСКВУ ХОДИЛ

Почему развелись Яков с Татьяной и другие истории, прочитанные в старинных челобитных сиземских крестьян и священников.
     Продолжаем знакомство с докладами, прочитанными на XII Шекснинских просветительских чтениях «История Шексны в истории России. Сизьма: Духовность. Традиции. Возрождение».
     8 апреля на просветительских чтениях в Сизьме ведущий архивист Государственного архива Вологодской области В.А. Коноплев рассказал о документальных источниках по истории Сиземского края, хранящихся в Госархиве Вологодской области.
 
...а царь велел бить челом архиепископу
 
     Документальных источников по истории дореволюционного периода Сиземского края сохранилось крайне мало.  Самый ранний документ относится к 1650 году - это отпускная грамота архиепископа Маркелла, данная попу Ивану Елисееву церкви Рождества Богородицы в Оночести.     
     В допетровской Руси в отпускной грамоте указывалось разрешение священнослужителю отправляться в любую епархию и священнодействовать повсюду, где ему позволят местные церковные власти. А Оночесть - это официальное название местности, к которой относилась Малая Сизьма и часть современного Вологодского района. Со временем официальное название утратило силу, но в простонародье такое название местности сохранялось еще долго. В данном случае речь идет о храме в деревне Соловарка.
     Несколько сохранившихся в госархиве документов относятся к Ильинской Чаромской церкви. Например, челобитная архиепископу Симону священника Кондрата о выдаче благословенной памяти для службы в церкви от 23 июня 1671 года. Он пишет, что жил в Сизьме более сорока лет, овдовел. После него три года в храме священником был его сын Антон, который умер, и прихожане вновь зовут его в попы. В этой же челобитной священник Кондрат сообщает, что в приходе многие люди сильно голодают из-за неурожая хлеба.
     К 1685 году относится челобитная архиепископу Гавриилу от крестьян Елисея Герасимова, Якова и Гавриила Андреевых о том, что священник Федор Иванов незаконно завладел частью их монастырской и тяглой земли. Сначала они жаловались царю, а царь велел бить челом архиепископу. В своем письме они просят отвести священнику землю чуть с краю, отдельно от земли крестьян.
     О драматической истории мы узнаем из челобитной архиепископу Гавриилу священника Ильинской церкви с. Сизьма Никиты о выдаче епитрахильной грамоты. 30 мая 1689 года священник Никита просит продлить его священство, потому что овдовел, имеет четырех детей и несовершеннолетних братьев, которых нужно содержать. Повторная челобитная идет 1690 годом уже от  прихожан, которые просят дать священнику Никите благословение и челобитная самого священника.      
     Из этих двух документов следует, что сначала Никита получил благословение на два года, по окончании которых не смел проводить службу. Чтобы получить очередное благословение, он пошел к архиепископу, который в то время  находился в Москве. Путь был не близкий и полный невзгод. В дороге он заболел. Сначала у него были попутчики, которые вскоре его покинули. Все свои деньги он истратил «на хлеб и харчю», да к тому же его обокрали. Он пишет: «Приятеля доброго у меня на чужой стороне не было и поберечь некому. Ехал подьячий из Москвы от Святейшего Великого Патриарха в Чаронду... и довез по Шексне по реке до своих и приволокся домой».

     Челобитная в России вплоть до третьей четверти XVIII века - это индивидуальное или коллективное письменное прошение, при котором «челом били». Челобитная обычно начиналась с обращения к государю или правящему архиерею. Затем последовательно шла информация о просителе, о произошедшем инциденте, после чего - просьба «принять и записать» или «решение учинить». Заканчивался документ обязательной формулой «руку приложил» и личной подписью.


Велика Русь, а земли - мало!
 
     Следующая интересная история касается священника Пречистенской церкви Прохора Алексеева. 26 августа 1682 года он пишет челобитную о передаче ему церковной земли, которой владел пономарь Терентий Аксентьев. Священник жалуется, что пономарь его не слушается и бранит, а также упоминает, что из-за пономарской земли идет давний конфликт с прихожанами. В своей челобитной Прохор Алексеев сетует: пономарь владеет землей незаконно и на самом деле она должна принадлежать ему. Священник жалуется, что земли не хватает и ему нечем кормиться: «...В год доходу до десяти алтын не дойдет, а как в попы ставился и до сего времени не могу откупиться... И с той земли да с миру никакого хлебного и десятинного доходу нет. И денег пономарь с той церковной земли не платил, а платил я -  поп - за него – пономаря».
     В последующем события для священника развивались еще хуже. В челобитной 1684 года он жалуется уже на прихожан, которые отобрали в мир пономарскую долю земли и требуют выделить для пономаря земли от священника, которой, как он писал, и так очень-очень мало. 
     1699 годом датируется еще одна его челобитная о принятии церковной десятины за четыре года и отсрочку уплаты других платежей. Священник сообщает, что четыре года не платил церковную десятину своего храма из-за великой скудности. «...Была скотинушка, и ту продал за малую цену, потому что без корма скотинушка заморена... Посеваться нечему, пить и есть нечего, и в доме ничего нет и помираем голодной смертью».
     Из этих челобитных видно, что жизнь приходских священников была не легкой. Они делили все тяготы с крестьянами, владели землей и также добывали хлеб тяжким трудом. Впрочем, священники и были из среды крестьян. Прихожане выбирали наиболее грамотного мужика и отправляли его к епископу. После недолгого наставничества крестьянина рукополагали во священника и он возвращался в родную деревню.
 
Развод и... в монастырь
 
     Следующий сохранившийся документ относится к 1703 году. Это челобитная сотского Семена Ермолова о том, что мирской староста села  Сизьма Марк Игнатьев и выборный Андрон Пименов не явились к сроку считать его книги по расходам «за сотенный проезд» и с деньгами для оплаты его расходов, в том числе - за провоз ссыльных стрельцов до Звенигорода.
     Также в архиве имеется список из тридцати крестьян, собранных в Сизьме для отправки на работу в Великий Новгород 23 января 1703 года.
     Настоящая семейная трагедия произошла в 1678 году, о которой рассказано в челобитной архиепископу крестьянина деревни Дупельнево Якова Иванова и его жены Татьяны. Яков Иванов пишет, что «вступил в брак и в любви жили, но далее лихие люди, возненавидев нашего совету вражьим наветом пустили между нами вражду и ненависть большую». На самом деле он тяжело заболел и трактовал это порчей, наведенной на него. Он просит архиепископа о разводе и разрешении ему постричься в монахи.

     В Государственном архиве Вологодской области сохранились журналы проверки торговых и промышленных заведений с 1879 по 1885, 1887, 1892, 1899, 1905, 1906 годы. Эти журналы дают представление о том, какие лавки, питейные заведения, заводы существовали в Сиземской волости в то время.


Церковь на 500 человек? Маловата будет!
 
     Шесть документов, хранящихся в государственном архиве Вологодской области, рассказывают историю прихода Николаевской Большесиземской церкви. Самый ранний, в котором приведена опись имущества церкви, датируется 1802 годом. Далее идет прошение 1811 года о замене кровли и золочении крестов на церкви. В 1816 году прихожане просят разрешить перелить три колокола на два.
     Следующий документ рассказывает, как шло строительство каменной церкви. В 1864 году сизьмичи задумали вместо двух ветхих деревянных церквей построить две каменные. Этот процесс затянулся на несколько лет. Прихожане собрали на постройку церкви 3000 рублей, и поскольку им понадобилось много леса, попросили освободить их от пошлины на вырубку леса. По первоначальному плану храм был рассчитан на 500 человек. Прихожане этот план не одобрили, им потребовалась церковь на 700 человек. Далее шли переговоры с кирпичником. Они заказывали кирпич в Костроме, но отказались от услуг мастера, который им предлагал скидку, поскольку ранее он поставил в малосиземском приходе некачественный кирпич. В 1871 году церковь была построена. Сохранилось также прошение от 1873 года о благоустройстве в новой церкви нового иконостаса. Речь шла об иконостасе на втором этаже. Прихожане просили из одной деревянной церкви вынести часть иконостаса и поставить его на втором этаже каменного храма. Из этого же документа узнаем, что местные жители особо почитали святых Флора и Лавра. Они просили одну из деревянных церквей не разрушать, а переосвятить ее в честь этих угодников Божиих. В 1874 году состоялось освящение построенной церкви во имя святого Николая Мирликийского чудотворца.
     В следующих номерах мы продолжим знакомство с докладами, прочитанных на XII Шекснинских просветительских чтениях «История Шексны в истории России. Сизьма: Духовность. Традиции. Возрождение».
Алексей ДОЛГОВ.
Опубликовано в газете «Звезда» № 36 от 18 мая 2021 года.

ВОЛОГДА 20: Онежская экспедиция.

Вытегорский район Вологодской области - земля, завораживающая своей природной красотой и в то же время единственное место на Вологодчине, где велись боевые действия в годы Великой Отечественной войны.
В июне 2021 года под эгидой Вологодского отделения Русского географического общества и Министерства обороны России в эти края направилась экспедиция из войсковой части Вологда-20. Цель экспедиции - посетить места воинской славы и посмотреть удивительные природные объекты в акватории Онежского озера.

Раздел видео

АРХИВ КОМСОРГА ВОЕННЫХ ЛЕТ

75 лет в шекснинской семье хранится папка с документами военной поры. 
Под истертой временем обложкой собрана почти сотня листов, исписанных мелким почерком. Эти документы - архив комсорга роты, уроженца села Никольское Павла Лазаревича Виноградова.
 
Начало исследования
 
     Летом 2020 года в музей Устье-Угольской школы пришли супруги Виноградовы, Николай Павлович и Татьяна Николаевна. С собой они принесли толстую потертую папку с надписью «Бумаги военных лет». В папке были вшиты двусторонние листы, всего 180 страниц. Несколько записей сделаны на старой бумаге немецкого образца с сохранившимися надписями на их языке.
     Эти документы собрал и пронес через все фронта Павел Лазаревич Виноградов. Он родился в 1920 году, окончил Устье-Угольскую семилетнюю школу, и в 1940 году был призван в ряды Красной армии. Службу Павел Лазаревич проходил в воинской части береговой охраны Северного флота на острове Моржовец в Белом море. Там и принял боевое крещение под непрерывными бомбёжками немецких самолётов.
     Под началом руководителя школьного музея Т.М. Громцевой исследовать документы военной поры взялся ученик седьмого класса Илья Екимов:
     - В папке материалы подшиты хаотично, поэтому я сделал копии и систематизировал документы в хронологическом порядке. Теперь копия папки стала достоянием музея, а значит, всех шекснинцев. Я изучил документы, искал дополнительную информацию и составил исследовательскую работу «Архив комсорга военных лет».
 
Избрание комсоргом
 
     В 1942 году часть, где служил Павел Лазаревич, направили на Северо-Кавказский фронт. В боях по обороне города Грозный П.Л. Виноградов был ранен. Это случилось 3 октября 1942 года в местечке Эльхотово. Во время уличных боев политрук приказал ему уничтожить пулемётный расчёт немцев. Павел Лазаревич с гранатой переползал по-пластунски улицу и попал под пулеметную очередь. После лечения в госпитале, в апреле 1943 года, он вернулся в свою часть, которая в это время уже находилась на Первом Украинском фронте и располагалась в селе Архангельском на берегу Дона. Бойцы роты избрали Павла Лазаревича комсоргом. В то время ему было 22 года.
     - В минуты затишья, в перерывах между боями я беседовал с ними о фронтовых делах. Мы вспоминали своих родных, нашу довоенную жизнь, которая казалась нам тогда такой далекой. Мечтали о том времени, когда, разгромив врага, снова вернемся к семьям, к мирному, созидательному
труду. Опыта комсомольской работы у меня не было, но было желание воодушевить боевых товарищей на беспощадную борьбу с фашистскими захватчиками, вероломно напавшими на нашу землю, - эти воспоминания П.Л. Виноградова опубликованы в заметке «За чистое небо» в газете «Звезда» 9 мая 1979 года.
 
Папка «Бумаги военных лет»
 
     Илья Екимов:
     - Многие документы относятся к периоду до апреля 1943 года, когда Павла Лазаревича избрали комсоргом. Например, на трех листах законспектировано выступление И.В. Сталина от 3 июля 1941 года, в котором оценивается положение дел в первые недели войны. Еще один конспект на семи листах - доклад Сталина от 6 ноября 1941 года. По пунктам разобраны причины временных неудач Красной армии. Но в то время Павел Лазаревич еще не был комсоргом! Получается, это он делал по собственному желанию. Откуда в деревенском парне такое стремление разбираться в политических событиях, знать содержание выступлений руководителей страны и передавать свои знания однополчанам? Вероятнее всего, из семейного воспитания, из любви к Родине, желания быстрейшего освобождения её от фашистских захватчиков.
     Все документы можно разделить на несколько групп: выдержки из биографий И.В. Сталина и В.И. Ленина, Приказы Верховного Главнокомандующего, конспекты статей руководителей военных действий, планирование работы комсомольской организации, протоколы и решения комсомольских собраний, учёт работы, заготовленные бланки заявлений для вступления в члены ВЛКСМ и ВКП (б). Среди официальных документов в папке содержатся  личные письма, записки, наблюдения, стихи и тексты песен «Моя любимая», «Степь да степь кругом...», «Парень молодой», «Одесса». Также в папке сохранился учебный рисунок с условными знаками, которыми на картах обозначаются железнодорожные мосты разных конструкций, населенные пункты, насыпи, выемки, дороги.
 
Работа комсорга
 
     Из протоколов и решений комсомольских собраний прослеживается жизнь части и работа комсорга: ежедневное проведение политбесед, коллективных читок газет и брошюр во время привалов, выпуск взводных боевых листов на исходе каждого дня, принятие в члены ВЛКСМ и работа по воспитанию нерадивых комсомольцев, подготовка и проведение праздников.
     Например, 8 мая 1944 года проводилось собрание с повесткой дня «Задачи комсомольской организации по борьбе с мародёрством и дезертирством», а в числе принятых решений: проанализировать состав дезертиров и факты  мародёрства со стороны отдельных бойцов, проводить непрерывную воспитательную и просветительскую работу, изучать приказы Сталина и его книгу «О Великой Отечественной войне Советского Союза».
     По истечении каждого месяца комсорг вёл учёт выполненной комсомольцами работы. Так, в феврале 1944 года было проведено 27 мероприятий с бойцами. Вот лишь некоторые примеры, показывающие широту тем бесед: «Под знаменем Ленина-Сталина советский народ победит», «Расстрел немецких офицеров в Казинском лесу», «Поведение бойца в строю», «Занятие по минированию с новыми бойцами», «Они сражались за Родину», «Кому не по душе дружба и объединение славянских народов?», «Как разведчики разгромили немецкий гарнизон», «Итоги месячного наступления войск Ленинградского и Волховского фронта», «Занятие по минированию со взводом», «Смерть немецким людоедам!», «Советско-финские отношения», «О лакеях Гитлера», «Нас ждёт окровавленная украинская земля», «О разрушениях и зверствах немецких захватчиков на Украине», «Инструкция по хранению взрывчатых веществ», «Когда обстановка боя внезапно меняется» и т.д.
     Чаще всего беседы проводил непосредственно П.Л. Виноградов, из чего можно сделать вывод: ежедневно комсорг со своими помощниками информировали бойцов о происходящих на фронтах войны событиях, учили быстрому реагированию на любую ситуацию, формировали мировоззрение грамотных солдат.
 
А дома - мать и семеро детей!
 
     Есть в папке документы, из которых становятся известны некоторые обстоятельства фронтовой жизни бойца, его отношение к родственникам.
     25 января 1944 года Павел Лазаревич пишет рапорт заместителю командира батальона по политчасти, в котором просит его походатайствовать перед Пришекснинским райисполкомом о помощи семье, проживающей в  селе Никольское на улице Октябрьской. Из семьи Павла Лазаревича в армии служили четыре человека. Один его брат погиб при обороне Ленинграда, второй брат и отец ушли на фронт в 1943 году. А дома осталась мать и семеро детей! На фронте, в боевых условиях Павел Лазаревич каждую минуту не только помнил о своих родных и близких, но и старался каким-то образом им помочь.
     Надо отметить, что должность комсорга не снимала с П.Л. Виноградова боевых обязанностей. Он командовал отделением и выполнял сложные и опасные задачи.
     26 января 1945 года Павел Лазаревич пишет заявление в бюро первичной парторганизации, в котором объясняет обстоятельства утери документов и просит восстановить его кандидатом в члены ВКП (б) со старым стажем и ходатайствовать перед политотделом о выдаче ему кандидатской карточки.
«24 июля 1944 года, будучи на выполнение боевого задания по разминированию минного поля противника, со мной произошел несчастный случай. Был ранен миной с. 35 в ноги, спину и руки. Был в плохом состоянии и отправлен в госпиталь 1195», - пишет Павел Лазаревич. Это произошло на территории Украины. Дальше события развивались следующим образом. Личные документы П.Л. Виноградова находились в вещмешке, который был положен ему под голову на носилки. Когда Павла Лазаревича принесли в операционную, он попросил, чтобы документы были при нем, но врачи его успокоили, что документы никуда не денутся.
Операция проходила под наркозом. Когда Павел Лазаревич очнулся, ему сообщили, что для дальнейшего лечения его отправляют в госпиталь в городе Трембовль. Раненого бойца положили на машину, вынесли вещмешок. Проверить содержимое вещмешка Павел Лазаревич не мог. Уже в Трембовле он попросил санитара развязать вещмешок: документов там не оказалось. Об этом происшествии сразу же было заявлено парторгу госпиталя. Был сделан запрос в госпиталь, откуда Павел Лазаревич приехал. Ответ был неутешительным. Очевидно, документы были похищены.
     В одной из заметок от 31 декабря 1944 года Павел Лазаревич анализирует действия своей роты по разминированию полей. Он пишет, что эта работа дает возможность крестьянству безопасно обрабатывать землю. Однако на отдельных полях были пропущены мины. Павел Виноградов пишет, что новое задание они выполнят в сроки и качественно.
 
На службе Родине
 
     Победу П.Л. Виноградов встретил в Германии, в городе Дрезден. В семейном архиве Виноградовых сохранилась фотография Павла Лазаревича в эти радостные дни.
     С 1947 по 1979 годы работал фельдъегерем связи - это ответственная должность по пересылке важных, преимущественно секретных документов.  Вся жизнь П.Л. Виноградова прошла в служении Родине.
     Вместе со своей супругой Надеждой Васильевной воспитал двоих сыновей: Николая и Валерия.
Николай Павлович вспоминает, что отец отличался трудолюбием, сдержанностью, спокойствием, очень берег детей и жену.
     Илья Екимов:
     - В одном из документов - рекомендации члену ВЛКСМ П.Л. Виноградову для вступления в члены ВКП (б) - кроме биографических данных, сказано, что он «отличный минер», дисциплинирован, идеологически выдержан, политически грамотен. Работая с документами, я увидел добросовестное отношение комсорга П.Л. Виноградова  к своим обязанностям по воспитанию лучших человеческих качеств в комсомольцах. Прослеживается ответственность, доскональность в оформлении и хранении бумаг. И главное, я увидел человека не равнодушного к своим подчиненным, родным и близким, готового отдать жизнь за свою Родину. Я горжусь тем, что узнал о жизни настоящего русского солдата, истинного патриота - Виноградова Павла Лазаревича!
Алексей ДОЛГОВ.
При подготовке статьи использована исследовательская работа
учащегося Устье-Угольской школы Ильи Екимова «Архив комсорга военных лет».
Руководитель исследования - Т.М. Громцева.
Опубликовано  в газете «Звезда» № 34 от 08 мая 2021 года.

Страницы

Подписка на RSS - Наша история