Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Наша история

Дело № 556. Продолжение

19 января 1938 года, в один из главных церковных праздников -­ Крещения Господня, оборвалась жизнь священника М.Е. Куделина. Семидесятилетнего Михаила Евдокимовича расстреляли по решению Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. Этим же решением еще семь жителей деревень Раменье, Большой Двор и Горка Коленецкого сельского совета Пришекснинского района получили сроки в 10 лет лагерей. Священник и прихожане храма обвинялись советской властью в создании контрреволюционной группировки и в контрреволюционной деятельности.
 
Показания свидетелей
 
     Теперь, после обширной исторической справки, становится понятно, что у М.Е. Куделина были все основания власть не любить. Большевики лишили его имущества, а в 1936 году еще и церковь закрыли. А Михаил Куделин, как мы увидим ниже, для сотрудников НКВД был «бывшим кулаком», активным церковником, членом враждебной партии, в общем, «антисоветским элементом», от которых приказ № 00447 требовал «защитить трудящийся советский народ».
     К тому же, по характеру Михаил Евдокимович был резок, а в гневе за словом в карман не лез. Односельчане, выступившие свидетелями, припомнили все.
     Ниже представлены показания трех свидетелей в хронологическом порядке. Правдивые они или приукрашенные в угоду следователям -­ неизвестно. Скажу лишь, что при допросе  Михаила Евдокимовича он со всеми приведенными фактами согласился. Хотя, кто знает, в каких условиях он подписал признание вины.
     Показания свидетелей немного отредактированы согласно современным языковым нормам.
     «в январе 1931 года, в момент коллективизации Коленецкого сельсовета, встретив меня на улице, Куделин сказал мне «Не надо, Андрей Егорович (имя отчество изменено – прим. авт.) записываться в колхоз. Прими ты сам во внимание, если сын у отца женится, то они уже не могут вместе жить, а тут сгонят вас всю деревню в одно место, выстроят для всех один дом, и будете вы, умные старые крестьяне, слушать какого­-нибудь молокососа - ­ вашего начальника, и он над вами будет издеваться, таскать вас за бороды и прочее. Так что послушай моего совета и не ходи в колхоз, не будет никакого толку. Разоритесь вы совсем в этих колхозах, а после смерти попадете в ад кромешный».
     «В июне 1931 года за неуплату Куделиным госплатежей Коленецким сельсоветом нашему колхозу «Раменье» была передана его корова, и когда я эту корову у него брал, то Куделин говорил: «Обождите вы, смутьяны-­богоотступники, проклинаю я вас и ваших коммунистов. Не будет вам пользы от коровы, насильно взятой у духовного пастыря. Обождите, недолго еще вам придется так бесчинствовать и насмехаться над духовными людьми. Скоро погибнете все вы в большой войне, где хозяевами положения будут не большевики, а наша братия и капиталисты».
     «В 1932 году, после его раскулачивания, я и несколько других колхозников начали ломать колхозный амбар, ранее ему принадлежащий. Тогда Куделин выбежал из дома и закричал «Вы, кровопийцы-­паразиты, скоро ответите за ваши бандитские дела. Услышит Господь Бог наши жалобы и ваши гнусные дела, да и покарает Он вас ужасными бедствиями. Скоро конец вашей дьявольской власти и руководителям-большевикам».
    «В 1933 году наш колхоз с торгов у сельсовета купил ранее принадлежавшее Куделину имущество, и когда я по наряду правления колхоза пришел за имуществом, то Куделин закричал на меня: «Обожди, богоотступник, скоро придет конец вашей хваленой большевистской власти, и я тебе покажу, как ходить к духовному отцу отбирать имущество. Видно мало вы у меня поработали, дак еще надо. Свергнем мы коммунистов и возьмем опять крестьянство себе в услужение, и запоешь ты у меня по-­иному. Смерть вам будет скорая».
     «В мае 1935 года в группе колхозников у церкви, где присутствовал и я, фамилии остальных теперь я не припомню, Куделин говорил «Неверно поступили большевики, объединили вас как стадо глупых овец в колхозы. Толку от этих колхозов нет никакого. Колхозы не сегодня-завтра все равно развалятся, и вы останетесь нищими. Пока не поздно бегите из колхозов и требуйте все как одни опять самостоятельной спокойной жизни».
     «В октябре 1936 года в квартире гр-­на Таничева, где присутствовал Таничев и другие колхозники, фамилий которых я теперь не помню, я спросил Куделина о его мнении насчет новой сталинской конституции. Он ответил: «Видишь ли, эта сталинская конституция является ловушкой для крестьян. Разницы между старой и новой конституцией по отношению к крестьянству нет. Как раньше, так и теперь крестьянство правительством угнетается. Возьми, к примеру, ваши смехотворные колхозы, которые в конец разоряют устои нашего славного крестьянства. Работают они год от года все хуже и хуже, и уже опять правительство решает вопрос о роспуске колхозов и образовании отрубных и хуторских крестьянских участков».
    «В июне 1937 года Куделин, придя в кузницу колхоза «Землероб» и увидев там активистов-­колхозников, сказал: «Напрасно вы закрыли церковь, напрасно от нее отказались. За это не мы так наши дети отомстят вам, соплякам. Вот уже началось. Наверно знаете, как в Испании генерал Франко теснит республиканцев, такая же участь придет скоро и вам. Напрасно большевики помогают республиканцам испанским, т.к. очень скоро самим будет хуже их».
     «В июле 1937 года я был на квартире у Куделина, где сидели за столом и распивали чай с красным вином Куделин и Богданов Михаил Арсентьевич из дер. Черная гряда – теперь арестованный органами НКВД за контрреволюционную деятельность. При моем приходе между ними шел оживленный разговор о новой сталинской конституции. Куделин говорил: «Вот видишь, Михаил Арсентьевич (обращаясь к Богданову), большевики очень хитрые люди. Все время кричат, что эта конституция одна из лучших в мире, но это неверно. Под ее пышными фразами кроется большой обман для крестьянства, у власти опять станут рабочие, а вам крестьянам-­дуракам придется во всем им подчиняться. Нам теперь надо подумать о своих людях и их готовить на руководство государством».
     Справка: Богданов Михаил Арсентьевич, 1882 г.р., колхозник колхоза «Землероб», осужден 25.09.1937 г. Тройкой УНКВД Ленинградской области к высшей мере наказания.
     «25 июля 1937 года после того, как при производстве ремонта в клубе (бывшей церкви) гр-­н Таничев Василий упал с лестницы и зашиб руку, Куделин вышел на улицу к колхозникам, фамилий которых я теперь не припоминаю, где присутствовал и я, и сказал: «Вот видите, врага Божья Бог и наказал. Не радуйтесь, смутьяны, скоро конец вашему царствованию, и опять восторжествует православная вера и власть Господня. Скоро будет великая  война, кровь ваша потечет ручьями по земле грешной, и конец будет всем большевикам. Вот видите, выпущен новый заем, заем обороны, подписываться на него я не советую, т.к. оборонять нам некого, коммунисты наши враги, и мы сами должны добиваться их гибели».
     «20 октября 1937 года я, как член сельсовета по дер. Горка, пришел к Куделину для вручения обязательства на самообложение. Куделин, бросив обязательство на пол, закричал: «Враги наши коммунисты хотят нашей гибели, но это им не удастся. Мы, обиженные, скоро восторжествуем над ними. И ты, блудный сын, лично мною будешь повешен на церковных воротах».
 
Социалисты­-революционеры
 
     Как говорилось выше, при обыске в доме Михаила Евдокимовича была найдена программа партии эсеров. О приверженности М.Е. Куделина этой партии рассказал также один из свидетелей: «в марте 1927 года после церковной службы, у церкви в группе крестьян около пяти человек, фамилий которых теперь я не припомню, где находился и я, Куделин говорил: «Партия социалистов-­революционеров - ­ это наша крестьянская партия, борющаяся за благополучие крестьянства. Я бы советовал некоторым из вас прийти ко мне и поближе познакомиться с ее программой. Я сам состою в этой крестьянской партии. Как видите, живу, слава Богу, неплохо. Нужно, миряне, подумать о дальнейшем  своем благополучии и уяснить себе, что большевистской власти скоро придет конец».
     На личном допросе М.Е. Куделин подтвердил свою приверженность программе партии эсеров.
     Надо сказать, что в политической обстановке М.Е. Куделин разбирался плохо. Да и как ему было знать все перипетии партийной борьбы, находясь в отдаленной деревне. Действительно, в 1917 году партия социалисто-в­революционеров была крупнейшей политической силой в России. По своей численности она достигла миллионного рубежа, но в борьбе за власть «большевики» ее обошли. В целом, партия декларировала те же ценности и устремления, что большевики, меньшевики и другие политические силы. Только большевики своим ближайшим союзником и «локомотивом революции» считали пролетариат, а, по мнению эсеров, истинное народовластие должно было прийти не из города в деревню, а наоборот.
     Программа партии предусматривала «социализацию» земли. Ее купля-­продажа запрещалась. По мнению эсеров, земля должна была передаваться местным органам самоуправления и ими распределяться согласно потребительским нормам.
     Захватившие власть большевики расправились с эсерами. В 1922 году членов партии социалистов­-революционеров «разоблачили» как врагов революции, и началось их полное искоренение на всей территории Советской России. К середине двадцатых годов эта партия представляла собой «политический труп», совершенно безвредный для большевиков.
 
Контрреволюционная группировка
 
     Самое серьезное обвинение М.Е. Куделину состояло в создании контрреволюционной группировки. Звучит солидно, но на самом деле можно ли назвать «группировкой» или «сборищем» несколько деревенских жителей, которые любили послушать Михаила Евдокимовича и за чашкой чая поругать власть. Приведу фрагмент допроса М.Е. Куделина, где он рассказывает о деятельности своей группировки. Очевидно, что следователь, составляя чеканные фразы о контрреволюционной деятельности, понимал, что подписывает Михаилу Евдокимовичу смертный приговор.
     «Вопрос: Когда вы организовали эту контрреволюционную группировку?
     Ответ: Контрреволюционную группировку я организовал в феврале 1936 года, с какого времени она и существует.
     Вопрос: Какие задачи ставила перед собой ваша контрреволюционная группировка?
     Ответ: Основной своей задачей наша контрреволюционная группировка ставила борьбу за сохранение церквей.  Мы знали и видели, что советское государство с каждым годом ущемляет религию, закрывает церкви, репрессирует духовенство. В эту задачу ставили и борьбу с соввластью.
     Вопрос: Какими методами вы боролись с советской властью?
     Ответ: Основным методом нашей контрреволюционной работы была антисоветская пропаганда, направленная к срыву мероприятий соввласти в деревне, причем методы борьбы у нас существовали самые разнообразные. Прежде всего, все намеченные мероприятия по борьбе с соввластью мы обсуждали на конспиративных сборищах, которые в большинстве устраивались у меня на квартире. После этих сборищ каждый из участников группировки по месту своего жительства вел антисоветскую пропаганду, распускал разного рода провокационные идеи, высказывал повстанческие намерения и вел разлагательную работу в колхозе. На данном отрезке времени перед нами стояла задача сорвать предстоящие выборы в Верховный Совет СССР, а также при выборах в местные советы не допустить коммунистов, а провести свои враждебно настроенные к соввласти кандидатуры.
     Вопрос: Каких практических результатов достигла ваша контрреволюционная группировка?
     Ответ: По выборам в Верховный Совет СССР наша контрреволюционная группа еще не ощутила результатов, так как выборы не были, но, тем не менее, нами проведена соответствующая работа о провале кандидатур Корчакиной и Мусинского (фамилии написаны неразборчиво – прим. авт.) при проведении тайного голосования.
     Кроме этого, через участника группировки, председателя колхоза «Раменье» Обаева Ивана Петровича, мною было проведено такое мероприятие. В 1936 году я дал ему задание выявить всех хорошо относящихся и работающих в колхозе людей и исключить их из него, преследуя этим цель развалить колхоз. Он это задание выполнил и исключил 12 хозяйств. Но что толку, это им было сделано крайне неосторожно и необдуманно. Его разоблачили общественность и сельсовет. Номер не прошел, и его сняли с должности председателя колхоза.
     Вопрос: Какие вопросы вы обсуждали на конспиративных сборищах, и в какое время таковые были?
     Ответ: Первое конспиративное сборище было в сентябре 1936 года у меня на квартире…  На повестке дня стоял вопрос о закрытии Коленецкой церкви. Обсуждая это, мы высказывали клеветнические измышления в отношении конституции и ее автора, обвиняя соввласть и ВКП(б) в ведении неправильной политики. Считая, что могильщиками религии являются колхозы, мы пришли к определенному решению объявить беспощадную борьбу с соввластью по линии развала этих колхозов и срыву всех мероприятий соввласти.
   Второе конспиративное сборище было у меня на квартире в Пасху 1937 года… В порядке обсуждения стоял вопрос о недопущении председателем Коленецкого сельсовета исправления религиозных обрядов среди населения, т.е. хождение с крестным ходом...»
 
Обвинение
 
     Всего 12 дней понадобилось сотрудникам НКВД на расследование этого дела. Начали 20 ноября 1937 года, а обвинительное заключение в отношении восьми человек Пришекснинским РО НКВД было составлено 2 декабря 1937 года. Следствие установило, что «…на территории Коленецкого сельсовета Пришекснинского района Вологодской области существовала контрреволюционная группировка, враждебно настроенная к  советской власти, возглавляемая бывшим священником Куделиным М.Е.
     В состав этой контрреволюционной группировки входили: Куделин Михаил Евдокимович -­ бывший священник, Борисова Ульяна Евдокимовна -­ бывшая кулачка­торговка, Кочегарова Агриппина Яковлевна -­ бывшая монашка, Обаев Иван Петрович ­ - бывший кулак, Меркурьев Михаил Меркурьевич ­ - бывший кулак, Онуфриев Иван Онуфриевич ­ - бывший кулак, Тарасова Ефросинья Федоровна ­ - бывшая кулачка, Сидорова Анисья Авдеевна ­ - бывшая монашка.
     Вышеуказанные, будучи между собою организационно-­политически связанными, собирались на конспиративные сборища на квартире Куделина и обсуждали методы борьбы с советской властью, после каковых распространяли антисоветскую агитацию и пропаганду среди окружающих и своими действиями тормозили мероприятия ВКП(б) и Советского государства в деревне. 
     Их контрреволюционная деятельность была направлена на:
     а) подготовку обстановки для свержения существующего строя в случае возникновения войны;
     б) развал существующих колхозов;
     в) срыв выборной кампании в Верховный Совет СССР;
     г) срыв проводимых мероприятий ВКП(б) и Советского государства в деревне.
     На основании вышеизложенного обвиняются:
     Куделин М.Е., 1867 г.р., в том, что он являлся организатором и идейным руководителем контрреволюционной группировки, устраивал у себя на квартире конспиративные сборища, на которых обрабатывал присутствующих в антисоветском духе, производил вербовку и давал направления в борьбе с Советской властью. Кроме того, сам лично занимался антисоветской агитацией и пропагандой среди окружающих, высказывал повстанческие взгляды, распространял клеветнические измышления в отношении руководителей ВКП(б) и Советского правительства.
     Виновным себя признал полностью».
     Обосновав виновность восьми человек, начальник Пришекснинского РО НКВД постановил следственное дело направить на рассмотрение Тройкой УНКВД Вологодской области.
 
Без права на защиту
 
     И опять немного истории. Вспомним тот самый приказ № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Им утверждался личный состав «оперативных троек» по ускоренному рассмотрению дел в отношении «антисоветских элементов». «Тройки» НКВД создавались на уровне республики, края или области. Областная тройка состояла из начальника областного управления НКВД, секретаря обкома и прокурора области. Процедура рассмотрения дел была свободной, протоколов не велось. Следствие проводилось «ускоренно и в упрощённом порядке», без соблюдения элементарных прав. Заседания происходили в отсутствие обвиняемого, не оставляя ему никакой возможности защиты. Решение «тройки» обжалованию не подлежало.
     Как уже было сказано выше, приказом лимитировалось количество человек, которых нужно было расстрелять и посадить. А сроки проведения операции были минимальны. Согласно приказу «кулацкая» операция должна была завершиться в начале декабря 1937 года. Поэтому дела рассматривались как на конвейере, и приговоры выполнялись быстро.
     8 декабря 1937 года состоялось заседание Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. М.Е. Куделина приговорили к расстрелу. К 10 годам исправительно-­трудовых лагерей приговорили жителей деревни Раменье Ульяну Константиновну Борисову, 1884 г.р., Агриппину Яковлевну Кочегарову, 1878 г.р.,  Михаила Меркурьевича Меркурьева, 1892 г.р., Анисью Авдеевну Сидорову, 1873 г.р., Ефросинью Федоровну Тарасову, 1886 г.р., из деревни Большой двор, Ивана Онуфриевича Онуфриева, 1870 г.р.
     Имена всех есть в «Книге памяти жертв политических репрессий жителей Шекснинского района».
     Судьба Ивана Петровича Обаева неизвестна. В нашей Книге памяти его нет, а решение «тройки» в отношении его неизвестно.
 
Маховик репрессий        
 
     Кулацкую операцию 1937-­1938 годов можно охарактеризовать как настоящий государственный терроризм в отношении своих граждан.
     С августа 1937 по октябрь 1938 года по приказу НКВД № 00447 тройками были осуждены 767 397 человек, из них 386 798 человек были приговорены к расстрелу. Жуткие цифры.
     За что, по сути дела, получили жестокое наказание восемь деревенских  жителей Пришекснинского района? Просто за инакомыслие. Они были недовольны жизнью при советской власти и в открытую выражали свое мнение.
     Все они реабилитированы как жертвы политических репрессий, т.е. уголовного преступления они не совершили. Кстати, в постановлении от 14 апреля 1989 года о реабилитации М.Е. Куделина сказано, что «Статья УК РСФСР в решении «тройки» не указана».
    Сотрудники НКВД, выполнявшие приказы и проводившие террор в отношении граждан, сами попали под маховик репрессий.   
     Решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 года судебные тройки были ликвидированы.
     Назначенный вместо Ежова Лаврентий Берия провёл «чистку» в НКВД и заставил более 7 тысяч сотрудников (около 22 % от общего числа) оставить службу в органах. С конца 1938 года и до конца 1939-­го по его приказу арестованы 1 364 сотрудника НКВД, кроме того, почти всё руководство республиканского и районного уровней заменено.
     Были репрессированы многие члены троек: 47 представителей НКВД, 67 членов партии, и два представителя прокуратуры приговорены к смертной казни.
     Так революция «пожирала своих детей».
 
Алексей ДОЛГОВ.
Редакция газеты благодарит за содействие при написании материала Управление ФСБ России по Вологодской области.

Опубликовано в газете "Звезда". № 98 от 20 декабря и № 99 от 24 декабря 2016 года.

Дело № 556

Реальная история, как ершовских крестьян язык до ГУЛАГа довел.
     19 января 1938 года, в один из главных церковных праздников ­ - Крещения Господня, оборвалась жизнь священника М.Е. Куделина. Семидесятилетнего Михаила Евдокимовича расстреляли по решению Тройки при управлении НКВД по Вологодской области. Этим же решением еще семь жителей деревень Раменье, Большой Двор и Горка Коленецкого сельского совета Пришекснинского района получили сроки в 10 лет лагерей. Священник и прихожане храма обвинялись советской властью в создании контрреволюционной группировки и в контрреволюционной деятельности.
    Сейчас это многостраничное уголовное дело хранится в архиве Управления ФСБ по Вологодской области. Его номер 556. Давайте перелистаем пожелтевшие страницы, исписанные в далеком 1937 году, и попытаемся понять, что тогда происходило в стране, в чем оказались виновны деревенские жители, и почему наказание было таким жестоким.
 
Арест
 
     Сразу скажем, приступая к историческому исследованию, нас интересовала судьба священника М.Е. Куделина, прослужившего 45 лет в Вознесенской Коленецкой церкви Череповецкого уезда (на снимке). В 1936 году Коленецкая церковь была закрыта, и сейчас оставшийся от нее четверик стоит на правом берегу реки Шексны, в километре от деревни Горка Ершовского сельского поселения.
     От редакции газеты был направлен запрос в Управление ФСБ России по Вологодской области с просьбой разрешить ознакомиться с архивным уголовным делом в отношении М.Е. Куделина. Уже работая в архиве, стало понятно, что уголовное дело – групповое, и вместе со священником в один день были осуждены еще семь человек. Но разрешение было получено на ознакомление с уголовным делом только М.Е. Куделина, и поэтому все подробности истории будут показаны по документам одного уголовного дела.
     Итак. Михаила Евдокимовича Куделина арестовали 20 ноября 1937 года. При обыске в его доме были изъяты наперсный священнический крест и программа партии эсеров.  
      24 ноября в деревню приехал сотрудник НКВД и в качестве свидетелей по делу допросил трех односельчан священника. Из анкеты самого арестованного, справки из Коленецкого сельсовета и показаний односельчан вырисовывается биография М.Е. Куделина.
     Михаил Евдокимович родился 6 сентября 1867 года в селе Матово Белозерского района. Окончил духовную семинарию. С 1892 года он проживал в деревне Горка Коленецкого сельсовета и служил в Коленецкой церкви вплоть до ее закрытия в 1936 году.
     До октябрьского переворота 1917 года Михаил Евдокимович имел большое хозяйство. Он владел 96-­ю гектарами земли, в его собственности были большой дом, двор, каретник (постройка для карет, лошадей), дровяник, свинарник, крытое гумно, хлебный амбар, два сеновала, пасека из 45 ульев. Держал скот и птицу, а именно: две лошади, десять коров, телят, свиней, овец, кур и гусей.
     Что из всего имущества осталось у него на момент ареста, по документам не прослеживается.
    В анкете арестованного М.Е. Куделин указал, что он вдовец, а трое его сыновей – Василий, Гавриил и Николай - ­ живут в других районах и областях, где конкретно – он не знает. Интересный факт: из «Ведомости о семейном и материальном положении священника Вознесенской Коленецкой церкви Череповецкого уезда Михаила Куделина» за 1913 год следует, что кроме трех названых сыновей, у него еще были сын Серафим, дочери Александра и Екатерина. Но в анкете арестованного он их не упомянул.
     Михаил Евдокимович был арестован как бывший кулак, и в протоколах допроса свидетелей жирным красным карандашом подчеркнуты показания, что М.Е. Куделин использовал наемный труд.
     Сейчас наем работников – обычное дело, а предприниматели, создающие рабочие места, вызывают почет и уважение. Но тогда было иное время, и использование чужого труда называли словом «эксплоатация» -­ именно в такой устаревшей орфографии это слово постоянно фигурирует в документах.
     Читая документы 1937 года, ощущается атмосфера недоброжелательности, подозрительности, ненависти, ожесточения. Судите сами. Например, в справке, данной на М.Е. Куделина в сельсовете, сказано: «…Как служитель культа Куделин был лишен избирательных прав со всей семьей до принятия в 1931 году новой Конституции. Настроен враждебно против советской власти. Общественно­-полезным трудом не занимается, да и вообще всякий труд презирал, будучи тунеядцем, паразитом на теле народа. Его семья также не занималась личным трудом». 
    А вот что показывали свидетели:
     «…Постоянно занимался эксплоатацией чужого труда, имел в постоянном пользовании 2­-3 наемных рабочих, а также нанимал и сезонных рабочих. Я сам лично ежегодно в период уборки урожая работал по найму у Куделина. Сам Куделин и его семья полезным трудом не занимались, и теперь не занимается».
     «…Все время занимался торговлей сельскохозяйственных и молочных продуктов. Через посредство сдачи мелких кусков земли в аренду эксплоатировал все крестьянство окружных деревень Коленецкого и Филяковского сельсоветов. Общественно-­полезным трудом не занимался. Был раскулачен, за что враждебно настроен по отношению к партии и советской власти, систематически ведет контрреволюционную пропаганду и агитацию среди населения».
     «…Постоянно вплоть до 1937 года включительно занимался эксплоатацией чужого труда, постоянных рабочих держал 2­-3 человека и сезонных по 5­-10 человек. Я сам лично еще в 1913 году 13-­ти летним мальчиком за неуплату попу за похороны сестры был направлен отцом к Куделину на 7 дней пасти скот, а также и после революции я часто работал у Куделина за гроши. Куделин, являясь крупным помещиком, сам и семья его полезным трудом не занимались, а эксплоатировал всех крестьян окружающих деревень, сдавая малоземельным небольшие клочки земли на обработку. Враждебно настроен к партии и советской власти, систематически ведет контрреволюционную пропаганду и агитацию среди населения».
     Итак, по классификации деревенских жителей М.Е. Куделин ­ - из бывших кулаков. Чтобы понять, почему следователя так интересовал факт принадлежности М.Е. Куделина к кулачеству, и какие показания свидетелей стали основой для смертного приговора, разберемся в истории кулачества и политической ситуации того времени. 
 
Нелегка жизнь кулака
 
     Понятие кулака в русской деревне появилось еще в царской России. Тогда «кулаками» (или «мироедами») назывались зажиточные крестьяне, использующие наемный труд, а также живущие перепродажей готового сельхозтовара, ростовщичеством. Кулаков в деревнях не любили. Сознание крестьян основывалось на идее, что единственным честным источником достатка является тяжелый физический труд. Происхождение богатства ростовщиков и торговцев связывалось, прежде всего, с их непорядочностью, как в поговорке «не обманешь – не продашь». Достаток кулака происходил на «закабалении» своих односельчан. Весь «мир» (сельскую общину) он держал «в кулаке» (в зависимости от себя). Кстати, земля крестьянская тогда не находилась в частной собственности. Земля была общины (мира), отсюда и второе название кулаков – «мироеды», то есть жившие за счет мира.
     К моменту октябрьского переворота, крестьянское население разделялось на три категории: кулаки, деревенская беднота (они чаще всего и были наемными работниками, батраками) и середняки – крестьяне, занимавшие среднее экономическое положение между бедняками и кулачеством.
     Когда власть в стране захватили большевики, использование кулаками наёмного труда позволяло рассматривать их как эксплуататорский класс, потенциально враждебный коммунистам. Деревенская беднота стала союзником советской власти. Декретом от 11 июня 1918 года были созданы комитеты бедноты, которые сыграли большую роль в борьбе с кулачеством. 8 ноября 1918 года на совещании делегатов комитетов бедноты председатель Совета народных комиссаров (правительства) РСФСР В.И. Ленин заявил о решительной линии по ликвидации кулачества: «…если кулак останется нетронутым, если мироедов мы не победим, то неминуемо будет опять царь и капиталист». Так начался первый «крестовый поход» власти против кулаков.
     Позднее, с введением НЭПа (новая экономическая политика), государство пересмотрело некоторые положения аграрной политики. В 1922 году был принят закон о трудовом землепользовании и новый Земельный кодекс РСФСР. Отдельные крестьяне снова получили право выделиться из коллективного хозяйства (общины, коммуны), а для обработки своего участка земли при определенных условиях могли нанимать работников­-батраков.
     Эти отделившиеся от общины крестьянские семейства, вскоре превратившиеся в зажиточных, снова получили прозвище кулаков. Но в отличие от прежних дореволюционных кулаков, эти кулаки не были владельцами земельных участков, на которых жили и которые обрабатывали. Они были «землепользователями», которым бессрочно и бесплатно государство предоставило право вести сельское хозяйство на государственной земле.
     В 1928­-1932 годах в СССР проводилась насильственная коллективизация сельского хозяйства. И конечно, основными противниками колхозов стали зажиточные кулаки. Вступая в колхоз, они теряли все. Их борьба за свои права часто принимала крайние формы: кулаки создавали вооруженные отряды, убивали милиционеров, председателей колхозов часто вместе с семьями. Власть, как всегда, ответила жесткими репрессиями.
     1 февраля 1930 года Совет народных комиссаров СССР издает постановление «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством», которое отменяло право на аренду земли и право на применение наемного труда в единоличных крестьянских хозяйствах. Зажиточных крестьян лишали земли, имущества и насильно выселяли в отдаленные районы. Так государство уничтожало сельское население, способное организовать сопротивление коллективизации.
     Всего, по данным ОГПУ, раскулачиванию подверглось 1 млн. 800 тысяч человек (с семьями). Самих мужиков — 450-­500 тысяч. Для сравнения, в то время населенных пунктов в Советском Союзе было около 500 тысяч, то есть получается, что в среднем на одну деревню приходилась одна кулацкая семья. Крестьян на тот момент числилось 120 миллионов. 
 
Демократия «по­-сталински»
 
     По данным органов внутренних дел, примерно треть депортированных кулаков (от 600 тыс. до 700 тыс.) сбежали из поселений. Бегство и миграция бывших кулаков ставила под угрозу успех кампании по раскулачиванию, и поэтому привлекла внимание Сталина. По мнению Николая Ежова (руководитель НКВД с весны 1936 года), объединявшиеся группы кулаков саботажами и подрывной деятельностью представляли серьёзную угрозу для Советского Союза.
     Назначение Сталиным на декабрь 1937 года всеобщих равных выборов в Верховный Совет СССР с тайным голосованием обеспокоило ведущих партийных функционеров. Им казалось, что преследуемые церковники и кулаки объединятся с другими врагами советской власти и повлияют на итог выборов. Опасения были обусловлены ещё и тем, что «Сталинская конституция» 1936 года предоставила сотням тысяч преследуемых все права. Партийная элита на местах опасалась, что баланс власти может склониться против большевиков.
     К внутренним общественно­-политическим факторам добавились также и внешние. Советская власть опасалась агрессивно настроенных стран, в первую очередь Германии, Польши, Японии. Власть повсюду видела врагов, шпионов, заговорщиков, диверсантов, вредителей. Руководители страны были обеспокоены, что в случае внешней агрессии сотни тысяч раскулаченных, депортированных, верующих, уголовных преступников могут начать восстание.
     Началась работа на упреждение. Решением Политбюро от 2 июля 1937 года «Об антисоветских элементах» объявлялось начало общегосударственной кампании преследования раскулаченных лиц и «преступников». Кроме бывших кулаков, к преступникам относились члены антисоветских партий, активные «церковники» и другие категории притесняемых.
     30 июля 1937 года вышел оперативный приказ НКВД  № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов».
     Во вступительной части приказа Ежов отметил, что все, кто считался врагом советской власти, должны быть непременно наказаны. «Перед органами государственной безопасности стоит задача — самым беспощадным образом разгромить всю эту банду антисоветских элементов, защитить трудящийся советский народ от их контрреволюционных происков и, наконец, раз и навсегда покончить с их подлой подрывной работой против основ советского государства».
     «Антисоветские элементы» были разделены на две категории. В первую входили «наиболее враждебные кулаки и преступники». Для них предусматривалась высшая мера наказания ­ - расстрел. Вторую категорию составляли «менее активные, но враждебные», для которых предполагалось наказание в виде лишения свободы на сроки от восьми до десяти лет.
     Кроме этого, приказом устанавливались так называемые лимиты по наказаниям: 59,2 тысячи – расстрелять, 174,5 тысяч – отправить в лагеря. В ходе кампании эти цифры были многократно увеличены, и операция по репрессированию бывших кулаков стала крупнейшей массовой операцией Большого террора.
 
Алексей ДОЛГОВ.
Фото из сети Интернет.
 
Опубликовано в газете "Звезда". № 97 от 17 декабря 2016 года. Продолжение следует...

Неизвестная страница в истории Шексны военной

Жительница Шексны Татьяна Шастун просит откликнуться родственников шекснинских железнодорожников, работавших в годы Великой Отечественной войны на станции Шексна.
 
     5919 уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов награждены медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»   Их имена увековечены в книге «Вологжане - труженики тыла. Вологодская область. Шекснинский район». Немалый вклад в дело победы внесли и шекснинские железнодорожники. В трудных военных условиях они содержали путевое хозяйство на участке, протяженностью более восьмидесяти километров. Их главной задачей было обеспечение непрерывного продвижения эшелонов в двух направлениях. В сторону Ленинграда – с войсками и военной техникой, и в обратном направлении – с эвакуированными и ранеными. В условиях одноколейной дороги особая роль отводилась работникам железнодорожных станций.   
     В прошлом году жительница Шексны, сотрудница Северной железной дороги Татьяна Шастун приняла участие в конкурсе «Школа молодого профсоюзного лидера», представив на суд жюри видеоролик на тему подвига железнодорожников в годы войны.
     В следующем году Татьяна хочет снова принять участие в конкурсе и продолжить тему войны:
     - Мне интересно узнать о наших земляках, тех, кто в годы войны трудился на станции Шексна. Я хочу сделать стенд и к Дню Победы разместить его на железнодорожном вокзале Шексны, чтобы о них узнали все шекснинцы.
     Из книги «Вологжане - труженики тыла. Вологодская область. Шекснинский район» Татьяна сделала выборку работников станции Шексна и просит откликнуться их родственников. Интересна любая биографическая информация, фотографии, их рассказы о военном времени. В этой таблице имена тех, кто работал в годы войны на станции Шексна.
 
Белков Александр Афанасьевич путевой обходчик
Гостев Иван Гаврилович товарный кассир
Игнатьев Александр Васильевич мостовой сторож
Малов Михаил Яковлевич машинист водокачки
Медведев Николай Иванович путевой обходчик
Морошкин Василий Михайлович дежурный по станции
Мочалова Александра Афанасьевна уборщица
Назарова Иринья Кирилловна переездной сторож
Перцев Яков Дмитриевич мостовой плотник
Попова Ольга Степановна переездной сторож
Сабуров Павел Александрович начальник ст. Шексна
Смирнов Александр Петрович дежурный по станции
Смирнова Мария Егоровна младший стрелочник
Сосипатров Анатолий Сергеевич старший стрелочник
Суворов Николай Сергеевич машинист водокачки
Тиханова Анна Александровна переездной сторож
Трачум Петр Викторович постовой сторож
Фокусов Иван Александрович стрелочник
Чистяков Василий Александрович старший стрелочник
Шаргин Василий Дмитриевич рабочий ст. Шексна
 
     Если кто-то узнал в этом списке своих родственников, и может поделиться информацией, обращайтесь в редакцию газеты «Звезда» (тел. 2-16-85).
Алексей ДОЛГОВ.
 
Фото из сети Интернет.
 

Царский червонец

Тридцать лет назад в деревне Костинское был найден клад. 25 мая 1986 года жительница деревни Костинское  Никольского сельсовета Антонина Павловна Соловьева на месте разобранного дома нашла 1227  царских серебряных монет различного достоинства, весом около четырех килограммов.
 
По горячим следам
 
     На снимке - Антонина Павловна Соловьева с внуками. Через несколько дней после того, как стало известно об уникальной находке, Николай Андреевич Беляев, бывший в то время редактором районной газеты, встретился с Антониной Павловной и подробно ее расспросил («Звезда» № 70 от 14 июня 1986 г.). Вот, что она рассказала:
     «25 мая, взяв коляску, пошла я на то место, где стоял старый дом. Мы небольшую дачу делаем, дай, думаю,  кирпичей там наберу. Ну, и нашла монету  серебряную, подала внуку. «Посмотри, ­ - говорю, - ­ какой год, Саша». Он посмотрел и говорит: «1913­-й». «Давай возьмем», ­ - говорю. Грязи­-то на монете было…Вот набрала я в коляску кирпичей и повезла, да споткнулась. И вторую монету нашла. Вот тут-­то и начала копать руками. А потом как пошло да пошло. Послала Сашу за лопаткой, стали копать. Там чугунок рядом был, так он распался, а тряпочка уже совсем обветшала. Ну, а потом стали попадаться рубли. Посмотрела – портрет Николая II, написано: «самодержец российский». И еще запись: «21 доля чистого серебра». Собрали мы деньги, принесли домой, вымыли, некоторые уже зеленые были. Потом после меня стали копать другие. Три дня или четыре копали. Так тоже находили, потому что с землей монеты сильно перемешались. Местечко, где был клад, небольшое, спрятан он был, видимо, в углу, у бревна. Когда в деревне узнали, сбежалось много людей, все спрашивали у меня, что да как. Просто случайно повезло».
      Очистив монеты от земли, Антонина Павловна сразу позвонила в сберкассу, где ей объяснили, что нужно обращаться в Госбанк, к управляющей. Та разъяснила, что раньше клады принимали на месте, а теперь принимают на вес и отправляют в Вологду, а оттуда -­ в Москву. Там каждую монету взвешивают и делают экспертизу.
     - Я решила, что с нашим банком дело затянется, потому что там никакого интереса к моему сообщению не проявили, ­ - рассказала Антонина Петровна. – Поэтому, думаю, лучше сразу свезти в Вологду. Монеты у нас все переписаны были в тот же вечер. А сотрудники ОБХСС, приезжавшие к нам, составили акт.
 
Кто хозяин клада?
 
     У Антонины Павловны Соловьевой такая версия: «Скорее всего, его закопал Михаил Веселов, который жил здесь. Говорят, что было их, Веселовых, три брата. Михаил имел пекарню, и там баранки пекли. Была у него в доме, который снесли, лавка. Закопал он деньги, наверное, в 1932 году, когда их раскулачивали. Золото, как говорят, увез. Рассказывают старики, что он приезжал потом в Костинское, ходил около дома, может быть, хотел взять деньги, да не смог попасть в закрытый дом».
 
Семейная легенда
 
      Антонины Павловны уже нет с нами. А ее старший сын – Юрий Константинович Соловьев - ­ живет в самом центре Шексны – на улице Гагарина (на снимке).
     - ­ Была такая история, - ­ улыбнулся он, вспоминая давние события. – Кирпичей на печку не хватало, вот мама и пошла их набрать на том месте, где когда-­то был магазин – двухэтажный, высокий. В начале семидесятых, если мне память не изменяет, он еще стоял. На лошади сюда хлеб привозили. А еще в магазин мы рыбу сдавали Гале Кудряшовой, которая здесь продавцом работала.  Наша семья жила неподалеку – на той же улице. Теперь на этом месте частный дом с садом. Когда мама нашла клад, я был на работе. Она мне позвонила и об этом сказала. Помню, целую кучу монет на столе. К ней сразу приехали двое на машине с просьбой их продать. Но я маме сказал: «Ты не вздумай! Лучше сдай государству! Тебе за клад сколько­-то причитается!..» Вроде, 300 рублей она получила.
 
Удача улыбнулась
 
       Мне захотелось увидеть то место, где был найден клад, и я отправилась в деревню Костинское. Сделала фото - примерно на этом месте стояла лавка купцов Веселовых, где был найден клад. А потом вдруг мне пришла в голову мысль постучаться в двери дома, что стоял напротив. И вот удача! Его хозяйка прекрасно помнила события тридцатилетней давности:
     - ­ Да, это был конец мая. Я была в декретном отпуске – в апреле дочка родилась. Помню, глажу пеленки, и тут прибегает старший сын Алексей, которому было 11 лет, с криком: «Павловна нашла клад!» Я видела, как она шла на то место, где когда­-то стоял старый дом, но сыну не поверила: «Выдумываешь, наверное! Какой клад может быть!» А он свое: «Там  горшок разбитый и монеты!» И снова убежал. Вернулся с несколькими мелкими монетками – сам на месте клада выкопал. Потом убежал куда-то и принес царский серебряный рубль – Павловна его подарила в обмен на его мелочь. С тех пор он у нас в семье и хранится.
     Конечно, я попросила его показать. Подержала в руках реликвию, хорошенько рассмотрела. И теперь могу сказать, что мне также удалось прикоснуться к костинскому кладу.

Екатерина Марова.
Фото автора и из архива редакции.


Опубликовано в газете "Звезда". № 96 от 13 декабря 2016 года.

Дело №556. Реальная история как ершовских крестьян язык до ГУЛАГа довел

2 декабря 1937 года в Пришекснинском Районном отделе НКВД было составлено обвинительное заключение в отношении восьми жителей деревень Раменье, Большой Двор, Горка Коленецкого сельского совета Пришекснинского района.
 
     Деревенские жители обвинялись в создании контрреволюционной группировки и в контрреволюционной деятельности. Им вменялось:
     - подготовка обстановки для свержения существующего строя в случае возникновения войны;
     - развал существующих колхозов;
     - срыв выборной кампании в Верховный Совет СССР;
     - срыв проводимых мероприятий ВКП (б) и Советского государства в деревне.
     Сотрудники НКВД пришли к выводу, что идейным руководителем контрреволюционной группировки был бывший священник Коленецкой церкви М.Е. Куделин.
     Дело было передано на рассмотрение Тройкой Управления НКВД по Вологодской области. 8 декабря прозвучал приговор. Бывшего священника Коленецкой церкви М.Е. Куделина приговорили к высшей мере наказания – расстрелу, всех остальных – к 10 годам лагерей.
     Мы ознакомились с архивным уголовным делом в отношении М.Е. Куделина, и расскажем подробности этой жуткой истории.
Алексей ДОЛГОВ.

Неожиданная развязка: искали один памятник Сталину, а нашли - два

Иногда интересные темы для материалов нам подсказывают наши земляки.  Так, летом один из посетителей редакции обмолвился, что в советские времена в поселке Чебсара стоял огромный памятник Сталину, но потом его снесли, и, как говорится, след его пропал. Факт существования чебсарского монумента  и стал отправной точкой наших поисков.
    Сталин был! В статье «Как мы в Чебсаре искали Сталина», опубликованной в № 75  от 24 сентября 2016 года, мы рассказали о памятнике вождю народов, который в советское время украшал парк у старого деревянного Дома культуры в Чебсаре. Коренной житель поселка Игорь Михайлович Шумков даже показал нам место, где более полувека пролежали «останки» монумента. Но почему «вождь народов» оказался на улице? Когда и при каких обстоятельствах памятник был демонтирован?
     В этой истории оставалось несколько невыясненных моментов, поэтому мы обратились к нашим читателям с просьбой  поделиться воспоминаниями. И удача, как говорится, нам улыбнулась: в редакцию позвонила жительница Шексны Вера Ивановна Булынко. Родом она из Чебсары, поэтому смогла пролить свет на эту историю. Вера Ивановна была уверена, что памятник демонтировали в начале 60-­х годов, так как в этом мероприятии принимал участие ее отец Иван Иосифович Булынко. «У  отца была машина ЗИЛ­ (самосвал), его в народе называли «Захар». И ему велели, чтоб он памятник увез… ночью. Видимо, чтобы никто не видел. Секретно. Почему?  Не знаю. Ему велели, он и увез», ­ - поделилась она воспоминаниями. Вера Ивановна предположила, что свезли его в сенной сарай, но спустя время эта хозпостройка сгнила, и памятник оказался на улице. Тогда появился наш материал «Вождя народов ночью свезли в сенной сарай» (опубликован в № 79 от 8 октября).
     Как говорится, пазл сложился. Но, к сожалению, мы нигде не могли найти фотографию чебсарского памятника Сталину. Ни в архивах музея Чебсарской школы, ни в фотоальбомах местного Дома культуры, ни у наших собеседников таких снимков не оказалось. Тогда мы обратились к читателям газеты в надежде, что возможно у кого­-то сохранились эти уникальные кадры.
     С тех пор прошло два месяца, и мы уже, если честно, не надеялись узнать, как выглядел памятник «вживую». Но удача нам вновь улыбнулась. Недавно наша редакция запустила краеведческий проект «Шексна: дело прошлое» и обратилась к шекснинцам с просьбой прислать старые фотографии. Жительница Шексны Наталия Булынко откликнулась на призыв и прислала несколько снимков из архива родителей, которые были родом из Чебсары. Среди них было фото памятника Сталину! Представляете, как мы обрадовались. Правда, оказалось, что это не тот монумент. Найденные фрагменты железобетонной статуи отличались от «вождя народа», запечатленного на снимке. Наш был в шинели, а этот – во френче, да к тому же явно сделан он из гипса. Но газета была! О том, что в руках Сталин держал сверток, говорил и чебсарский старожил Игорь Михайлович Шумков. Причем, по словам еще одного нашего собеседника Геннадия Николаевича Молчанова, который помнит этот памятник, это была именно газета, а не какой­-то сверток, так как четко читалось название издания ­ «Правда». (Фото из семейного архива Наталии Булынко. Ее отец Николай Васильевич Бобров (в центре) у памятника Сталину)
     Естественно, мы поделились этими наблюдениями с Наталией, сообщив ей, что уже достаточно долго и пока безуспешно ищем другое фото. Надо сказать большое спасибо Наталии – она подключилась к поискам, и это принесло свои плоды. Буквально на следующий день ее знакомая Людмила Виноградова, также жительница Шексны, прислала снимок памятника Сталину из п. Чебсара! Как она сообщила, его любезно предоставил наш земляк Вячеслав Вьюшин, который в настоящее время живет в Ялте. Мы такого даже ожидать не могли! (Памятник Сталину  у Дома культуры п. Чебсара)
     И это еще не все. Мы показали фото памятника Сталину, с запечатленной рядом девушкой, старожилам Чебсары. Они с уверенностью сказали, что это тот самый монумент, «останки» которого мы нашли. На это указывает и деревянный Дом культуры на заднем плане, и молодые березки – будущий парк. Вот только сколько этому снимку лет они не берутся сказать. Но самое интересное ожидало нас впереди. Мы, как говорится, наудачу показали им второй снимок – с гипсовым Сталиным – и оказалось, что этот монумент стоял в свое время рядом со старыми чебсарскими яслями (они видны на заднем плане). По словам Зинаиды Андреевны Смирновой и ее мужа Юрия Михайловича Кузнецова, коренных жителей Чебсары,  около яслей стояли два памятника – Сталину и Ленину, но Сталина в 60­-х годах снесли, а потрепанный временем монумент Ленину заменили на бюст вождя мирового пролетариата, который до сих пор стоит в сквере. Вот как бывает – искали один памятник, а нашли -­ два!
 
Надежда СМИРНОВА.

Опубликовано в газете "Звезда". № 95 от 10 декабря 2016 года.
 

ШЕКСНА: ДЕЛО ПРОШЛОЕ... Есть старые фото? Поделись!

Краеведческий проект редакции газеты "Звезда".
 
       В нашей редакции еще «со времен оных…» хранятся пленочные негативы. Несколько пачек. Постепенно мы систематизируем и переводим в цифровой формат фото прошлого века. Наши планы просты и незатейливы: мы хотим оцифровать редакционные архивы и подарить их читателям. Мы не претендуем на "глубокое погружение" в историю, но иногда случаются ситуации, когда мы не можем опознать, какое событие, люди или места запечатлены на фото. Поэтому мы призываем всех к соучастию... Увидели знакомое лицо - расскажите. Узнали место или можете уточнить дату события - будьте любезны. Нашли дома старые негативы или древнее видео - сообщите ведущему проекта Сергею Марову. Вступайте в нашу группу в нашу группу «ВКонтакте» - «ШЕКСНА: ДЕЛО ПРОШЛОЕ» (https://vk.com/delo_pr) и приглашайте друзей! Будем вместе писать историю Шекснинского района!

На фото: Ковжа. Лето 1989 года.

Они сражались за Родину

На фронтах Великой Отечественной войны погибли около семи тысяч шекснинцев.
 
     23 ноября в Молодежном культурном центре «Энергия» состоялись VIII Шекснинские просветительские чтения «Не стоит село без праведника. Памятью хранимы», посвященные презентации электронной книги памяти погибших и пропавших без вести  в годы Великой Отечественной войны уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов.

 
Незаживающая рана
 
     Организатором Шекснинских просветительских чтений стал коллектив центральной районной библиотеки и краеведческий клуб «Наследие» при активной поддержке администрации Шекснинского района, духовно­просветительского центра «Северная Фиваида» и Вологодской областной универсальной научной библиотеки им. И.В. Бабушкина (ВОУНБ).
     Участников чтений приветствовал заместитель главы администрации Шекснинского района по социальной сфере А.В. Зелянин. В своем выступлении Александр Витальевич вспомнил тех, кто работал над тремя Книгами памяти Шекснинского района. В первую книгу, изданную в 1995 году, были внесены 4043 уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов, погибших или пропавших без вести на фронтах Великой Отечественной войны. Вторая Книга памяти была посвящена труженикам тыла. В ней увековечены 5919 наших земляков, награжденных медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-­1945 гг.». Третья Книга памяти Шекснинского района была издана к 70-летию победы. В нее вошли имена 7175 ветеранов, вернувшихся с войны. Ко всем трем книгам предисловие написали участники чтений С.Н. Цветков, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры Российской Федерации, главный архивист Вологодского областного архива новейшей политической истории, и Г.В. Шириков, участник Великой Отечественной войны, член областного совета ветеранов войны, труда и правоохранительных органов.
    - ­ Я родился в деревне Панькино Чебсарского района. Война пришлась на мое раннее детство и на всю жизнь оставила незаживающую рану. В ноябре 1941 года под  Москвой погиб мой отец. На полях сражений пали три брата моих родителей. И у меня, как историка, не было другого выбора: всю оставшуюся жизнь я решил исследовать тему Великой Отечественной войны, - так начал свое выступление С.Н. Цветков (на снимке).
     Вот уже более 25 лет Сергей Николаевич вместе со своим другом и наставником Г.В. Шириковым занимаются работой по увековечиванию имен участников войны и тружеников тыла в Вологодском и Шекснинском районах. За эти годы были изданы девять книг памяти, в которые занесены имена 53 тысяч шекснинцев и вологжан. А всего в Вологодской области издано 35 книг памяти. Все они находятся в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве. В Вологодских книгах памяти – имена 178711 человек.
     С.Н. Цветков:
    - ­ Долгое время эта цифра считалась окончательной, потому что других источников для исследования не было. Продолжить работу мы смогли, когда были рассекречены документы Центрального архива Министерства обороны, и создан портал «Подвиг народа». В ходе подготовки к 70­-летию Победы Правительством Вологодской области было принято решение о создании электронной книги памяти Вологодской области. Во всех районах образовались рабочие группы энтузиастов. Теперь мы имеем другую печальную арифметику: за годы войны в области погибли или пропали без вести на фронтах 204 тысячи человек, а в тылу от голода, болезней и непосильной работы умерли 221 тысяча человек. То есть,  в тылу умерло людей больше, чем на фронте. Накануне войны население Вологодской области составляло 1 миллион 600 тысяч человек.  За годы войны мы потеряли 425 тысяч – каждого четвертого жителя. К примеру, только в 1942 году детей до 1 года умерло более 15 тысяч.
     Как рассказал Сергей Николаевич, сейчас начинается работа по изданию второго тома печатной Книги памяти Шекснинского района, чтобы назвать имена людей, не вошедших в предыдущие книги. Презентацию книги планируется провести в следующем году либо к Дню защитника Отечества, либо к Дню победы. В этом томе будут названы и 205 уроженцев Пришекснинского и Чебсарского районов, которые погибли в Советско­-финскую войну.
     С.Н. Цветков:
    - ­ Книги памяти играют большую роль в патриотическом воспитании молодежи. На примере героизма наших отцов, дедов и прадедов они учат на деле, как нужно любить и защищать свое Отечество. Эти книги должны быть в каждой школе, в каждой библиотеке. Они, как святая реликвия, должны передаваться из поколения в поколение. Наш долг – хранить память об участниках войны, потому что пока мы их помним, они живы и они с нами.
     С.Н. Цветков передал шекснинцам 42 подлинных документа Пришекснинского и Чебсарского райкомов партии, Чебсарского и Пришекснинского райкомов комсомола, в которых отражены события военных лет (на снимке).
     Продолжил чтения участник Великой Отечественной войны Г.В. Шириков. Геннадий Васильевич воевал в автоматной роте в составе 3-­го Прибалтийского фронта. Его дивизия освобождала Изборск, Печору, Тарту. Затем дивизия была направлена в состав 1­го Украинского фронта. Г.В. Шириков прошел территорию Польши, южную часть Германии, Чехословакию и… воюет до сих пор.
     Г.В. Шириков:
    - ­ Считается, что пока последний солдат не захоронен, война не закончена. И мы с Сергеем Николаевичем все еще воюем. Для нас война закончится, когда будет увековечен последний солдат. Надеюсь, с изданием второй Книги памяти по Шекснинскому району мы закончим войну.
     Геннадий Васильевич рассказал о вкладе шекснинцев в победу и привел интересную цифру. За годы войны на маслозаводах Пришекснинского и Чебсарского районов было произведено 3200 тонн масла – это целый железнодорожный состав. Также в большом количестве не территории современного Шекснинского района производилось льноволокно,  используемое для оборонной промышленности.
 
Это нужно не мертвым, это нужно живым
 
     После выступлений почетных гостей из Вологды, об электронной книге памяти Шекснинского района рассказали составители книги Т.В. Кононова и Н.Н. Смирнова. Тамара Васильевна и Надежда Николаевна работают над уточнением списков погибших и пропавших без вести более двух лет. Началась эта работа в 2014 году, когда в районе была создана рабочая группа по созданию электронной Книги Памяти Вологодской области по Шекснинскому району под руководством заместителя главы района  А.В. Зелянина. Собранные материалы в электронном виде были направлены в Областную рабочую группу, и Электронная книга памяти Шекснинского района вошла в состав областной электронной книги памяти.
     Т.В. Кононова (на снимке) решила заниматься этой работой, потому что война принесла нашей стране много горя, бед и несчастий и коснулась каждой семьи. Отец Тамары Васильевны ­ - Василий Васильевич Горячев воевал на Курской дуге. Он был изранен и до конца жизни проносил осколки, застрявшие в руке. Там же, на Курской дуге, погиб ее дед Василий Варфоломеевич Горячев. В 1974 году Тамара Васильевна ездила в Белгородскую область, чтобы найти его имя в списках погибших на памятниках. Тогда поиски успехом не увенчались. Могилу деда она нашла много лет спустя благодаря объединенной базе данных «Мемориал». Именно поэтому она считает работу по составлению Электронной книги памяти важной и нужной.
     В настоящее время Электронная книга Памяти Вологодской области находится на сайте Правительства Вологодской области. По Шекснинскому району в нее внесено 6451 человек. При последующем анализе выяснилось, что в Книгу памяти не вошли сведения о погибших и пропавших без вести земляках-шекснинцах, родившихся в Железнодорожном сельсовете, так как этот сельсовет до войны находился в составе Череповецкого района. Дополнить данные помог список, составленный в 80-­х годах прошлого века военруком Пачевской школы В.М. Протопоповым. Также из печатной Книги памяти Череповецкого района была сделана выборка тех, кто родился в деревнях Железнодорожного, Кономского, Охотничьего, Шекснинского и Ульяновского сельсоветах. В результате работы в Электронную книгу памяти Шекснинского были внесены еще имена 291 человека.
     Т.В. Кононова:
    ­ - Работа над Книгой памяти не закончилась. Анализируя списки, мы пришли к выводу, что еще не все имена наших земляков увековечены. Нам предстоит поработать со школьными музеями. Хотелось бы, чтобы представители органов местного самоуправления и школы передали нам всю имеющуюся у них информацию.
     Выступление Тамары Васильевны продолжила Н.Н. Смирнова. Надежда Николаевна привела примеры, показывающие актуальность этой работы, ее востребованность. К ней обратились более восьмидесяти человек. Люди ищут могилы своих отцов, сообщают о родственниках, которые должны быть занесены в Книгу памяти, или просто благодарят за труд по увековечиванию солдат войны. Для координации усилий с жителями района в социальной сети «Вконтакте» созданы группы «Ради жизни на земле» и «Пока помню – живу».
 
Возвращенные имена
 
     «Возвращенные имена» - ­ так называлось выступление учащейся 10 класса Устье­-Угольской школы Ренаты Ананьевой (на снимке). Ее исследовательская работа посвящена братьям Кузнецовым из деревни Рылово.  Началом работы послужило обращение Евгении Ивановны Артюшовой, отец которой и три его брата воевали с фашистами. Отец Евгении Ивановны с войны вернулся, а судьба его братьев была неизвестна. В результате работы военная биография братьев Кузнецовых перестала быть белым пятном в истории семьи Кузнецовых.
     У отца Е.И. Артюшовой – Ивана Ивановича Кузнецова – были три младших брата и сестра. В 1939 году Чебсарским РВК в ряды Красной Армии были призваны братья Александр и Павел. Александр Иванович пропал без вести в августе 1942 года. В сентябре 42-­го пропал без вести Павел Иванович. Младший из братьев Кузнецовых – Николай Иванович ­ был призван на службу в 1943 году. 23 июня 1944 года он погиб, сгорел в танке. Похоронен в деревне Будино Рясненского района Могилёвской области.
     Таким образом, из четверых братьев с войны вернулся лишь Иван Иванович, и тот на фронте был ранен, простужен и стал инвалидом. После войны И.И. Кузнецов работал в детском доме, расположенном у деревни Былино, чинил обувь детям и местным жителям. Умер 18 мая 1968 года и похоронен возле деревни Самсоница Угольского сельского поселения. 
     Рената Ананьева:
     ­ - Мы обратились к членам Союза молодёжи Шекснинского района с просьбой помочь изготовить и установить красную звёздочку на могиле Ивана Ивановича Кузнецова. 21 января 2015 года звезда была установлена. Данное исследование помогло узнать судьбу братьев  Кузнецовых. Их имена заняли достойное место в областной электронной Книге Памяти. Мы создали Книгу памяти семьи Кузнецовых «Возвращённые имена» и подарили ее Евгении Ивановне.
      Еще об одной трагической истории нашего земляка и своей исследовательской работе рассказала Т.Д. Трапезникова (на снимке). В 2000 году житель деревни Прогресс А.А. Советов показал Тамаре Даниловне интересную статью в журнале «Север» за 1990 год. В журнале были опубликованы главы документального исследования финского писателя Эйно Пиэтола «Военнопленные в Финляндии 1941 – 1944». А.А. Советов обратил внимание, что в тексте статьи упоминается житель деревни Прогресс Пришекснинского района Вологодской области Александр Петрович Соснин. 
     За годы войны финскими воинскими подразделениями взято в плен 64188 бойцов Красной Армии. Согласно договору о перемирии в Советский Союз было возвращено 44453 военнопленных и интернированных.
     В концентрационных лагерях военнопленные умирали от голода, холода, тяжёлого физического труда. Применялись и дисциплинарные наказания.   Если какой-­либо проступок оказывался таким, что наказание выходило за рамки компетентности начальника лагеря, сведения передавали в военно­-полевой суд. К таким проступкам относили попытки к бегству, порчу государственного имущества, поддержание связи с находящимися за пределами лагеря лицами с целью ведения шпионажа, распространение большевистской пропаганды, бунт, саботаж и уход с рабочего места без разрешения.
     А.П. Соснин упоминается в одном из докладов об исполнении смертных приговоров. Историческое исследование Тамары Даниловны показало судьбу нашего земляка, попавшего в плен.
    Александр Петрович Соснин родился в 1918 году. В ряды Красной Армии был призван Белозерским РВК и на фронте пропал без вести. Он числился пропавшим без вести, пока не стало известно, что 8 ноября 1941 года в Медвежьегорске красноармеец Соснин попал в плен финским войскам. Сначала его поместили в лагерь для военнопленных № 9, находящийся в Северной Финляндии в местечке Кайрала коммуны Салла.
     Судя по документам, причиной смертного приговора стал случай, который произошел 22 июля 1942 года. Тогда большое количество военнопленных этого лагеря стали помогать напавшему на лагерь советскому отряду. Военнопленные уничтожали и похищали продовольственные запасы лагеря, хотели совершить побег и присоединиться к отряду.          
     После этого случая  А.П. Соснин был переведен в лагерь для военнопленных № 7, расположенный в г. Ханко.
     В протоколе военного трибунала от 22 февраля 1943 года сказано, что А.П. Соснин и еще двое военнопленных были уличены в пособничестве врагу, приговорены к высшей мере наказания, при этом обязаны «предварительно возместить государству нанесенный ими ущерб, выплатив деньги в сумме семнадцати тысяч восьмисот семидесяти восьми (17878) марок».
     13 апреля 1943 года, в 5.30 утра, военнопленным зачитали решение военного трибунала на финском языке и в переводе на русский язык. Красноармейцы подтвердили, что в Финляндии у них нет имущества для возмещения ущерба. После этого с двумя красноармейцами побеседовал военный пастор К. Кох, один военнопленный от беседы со священником отказался. В 5 часов 45 минут на кладбище возле города Ханко красноармейцев расстреляли и похоронили здесь же. На могилах были поставлены кресты с именами расстрелянных.
     В Белозерске у  А.П. Соснина осталась жена. Были у них дети или нет – установить не удалось. 
     9 мая 2015 года в деревне Прогресс был торжественно открыт мемориал в память о погибших и пропавших без вести жителях Селищенского и Никольского сельсоветов в годы Великой Отечественной войны. Имя Александра Петровича Соснина теперь тоже есть в этом скорбном списке.
 
Короткой строкой
 
     Также на чтениях выступили Е.Н. Якуничева, заместитель директора Дома детского творчества. Елена Николаевна рассказала о деятельности школьных музеев по увековечению памяти земляков, участников Великой Отечественной войны.  Продолжила тему преподаватель Чаромской школы Т.А. Зорина. Татьяна Анатольевна познакомила слушателей чтений с социальными проектами учащихся Чаромской школы, посвященных участникам Великой Отечественной войны, уроженцам Сиземского сельского поселения. 
     Учащийся 6 класса Устье­-Угольской школы Михаил Нестеров рассказал о своей исследовательской работе «В списках значился», посвященной выпускнику школы В.М. Орлову.
     Краевед и общественный деятель В.Н. Протопопов в своем выступлении высказал мнение о необходимости установки памятника уроженцу Домшинского края, разведчику партизанского отряда Дмитрию Черемушкину.    
     Выступление И.В. Кручининой, сотрудника центральной библиотеки, было посвящено нашим землякам, принимавшим участие в Афганской войне и в вооруженном конфликте на территории Чеченской республики.
     С.А. Долгачева, заведующая отделом электронных ресурсов ВОУНБ, познакомила участников чтений с полнотекстовой коллекцией «Великая Отечественная война в памяти вологжан».  
     Провела чтения  Н.М. Тихомирова, директор Вологодского областного духовно­-просветительского центра «Северная Фиваида», заместитель председателя Общественной палаты Вологодской области. «Красной нитью» через все выступления прошла мысль: героизм не имеет временных границ, и подвиги русских солдат служат образцом для подражания живущим сегодня.
     Участники чтений смогли ознакомиться с выставкой литературы из фондов Вологодской областной универсальной научной и Шекснинской центральной библиотек «Вечной памятью живы», а также с экспонатами из фонда шекснинского Центра истории и культуры.

Алексей ДОЛГОВ.
Фото автора.

Также на нашем сайте Вы можете посмотреть ВИДЕО: "Шекснинские ветераны вспоминают Великую Отечественную войну", перейдя по ссылке http://zwezda.net/article/2016/11/24/video-sheksninskie-veterany-vspominayut-velikuyu-otechestvennuyu-voynu

Опубликовано в газете "Звезда". № 93 от 3 декабря 2016 года.

Тайны земли Шекснинской. О плотниках «ужасных», сундучках изящных и юбках «с грибами»

Продолжаем цикл бесед с краеведом Э.В. Барановой и сегодня мы постараемся ответить на вопросы: какими ремеслами владели наши бабушки и дедушки? Во что они одевались? Какой потаенный смысл заложен в народных орнаментах? Бедно или богато жила русская деревня? Все это изучает наука этнография, а значит, тема нашего разговора – этнография Шекснинского района.
 
­     - Эмма Валентиновна, проводилось ли целенаправленное изучение материальной и духовной жизни людей, населявших территорию современного Шекснинского района?
     ­ - Да, проводилось. Начиная с 1975 года, Вологодский краеведческий музей организовал несколько экспедиций на территорию района. Этнографы описывали деревенские подворья, записывали сказания, песни, прибаутки, загадки, воспоминания о былой жизни, собирали старинные предметы быта.
­     - Начнем разговор с ремесел. Что наши предки умели делать сами, а что им приходилось покупать?
     ­ - Как правило, для своей семьи крестьяне могли делать все сами: сшить одежду, изготовить обувь, посуду… Но чем­то крестьянин владел мастерски. Тогда этим ремеслом он мог зарабатывать деньги. Один делал бочки на продажу, другой – горшки, третий – корзины плел, а кто­-то – сапоги тачал… Ремесленный мастеровой труд ценился и передавался в семье по наследству.
     В нашей местности были известны мастера -­ сапожники, кузнецы, катали, но особо прославились «ужасные шекснинские плотники». Работали плотники артелями: строили дома, украшали их балкончиками, мансардами, галереями. А ужасными их называли, потому что делали они все «ужасно красиво», искусно, то есть необычно, чудесно. Посмотрите на такие старые дома, украшенные деревянной резьбой. Каждый дом на особинку. Вся эта красота создана руками мастеровых.
     Еще в нашем крае широкую славу имела домшинская береста. Торговое село Домшино стояло на тракте и имело выход через Шексну на водный путь к северным и центральным районам России. На многолюдные ярмарки сюда съезжался торговый люд из больших городов. Да и сами мастера берестоплетения возили свои изделия даже на Нижегородскую ярмарку. Их  отличала любознательность и словоохотливость, за что и получили прозвище «домшары красноязыкие». 
     Раньше изделия из бересты были очень востребованы. Пластик еще не изобрели, стекло не было в широком употреблении, а береста – удивительный подручный, бесплатный материал, который человек научился использовать для изготовления необходимых в быту вещей. Почему удивительный? Хотя бы потому, что не боится сырости и холода, не пропускает влагу, продукты в берестяных изделиях сохраняются долгое время. В музее села Сизьма туристам показывают берестяной короб с верхним отверстием. Оказывается, это не что иное, как холодильник! Яйца в нем хранились и не портились несколько недель.   
     Домшинские изделия из бересты были очень изящны, разукрашивались разными красками, преимущественно оттенками красного и желтого цветов, покрывались лаком. Кроме раскраски, мастера украшали изделия прорезными и тиснеными узорами. В каждом хозяйстве обязательно были берестяные изделия: туеса, не пропускающие воду, зобенки, шкатулки со вставленными зеркальцами, сундуки с замочками, изящные саквояжи. В таких ярких красивых сундуках возили и показывали приданое невест во время свадьбы, в них хранили праздничную одежду.
     В 19 веке земство Вологодской губернии решило обучить этому мастерству тюремных сидельцев. Чего зря сидеть – пусть плетут. Но есть отличие томящегося в неволе узника от свободного мастера. У одного душа в клетке, у другого душа поет. Мастер свое творение любит, лелеет, а осужденные просто освоили массовое производство. Но было это просто ремесло, а не творчество мастера. Дешевые изделия тюремных замков наводнили рынок и составили конкуренцию мастерам.
     Сначала конкуренция, скупщики, нехватка сырья, потом революция, войны, колхозы постепенно привели к угасанию этого красивого народного ремесла. Домшинские мастера перестали заниматься своим промыслом.
     С начала XX века сохранились фамилии двух наиболее известных мастеров: Георгий Яковлевич Юшин жил в деревне Яковцево, а другой – Яков Демидович Хабаров, приблизительно 1870 года рождения, был из деревни Леушкино. К сожалению, сейчас даже не слышно, чтобы в домшинской стороне кто­-то серьезно занимался берестоплетением.
     Не меньше мастеров берестоплетения и плотников были известны и шекснинские столяры. Они делали всевозможные изделия из дерева. Красивая мебель с токарными балясинами, с фигурными навершиями не требовала росписи, а просто покрывалась черным лаком. Диваны, столы, стулья, буфеты, шкафы, горки, оправы для зеркал и сейчас есть чуть ли не в каждом сиземском доме. Такую мебель мастерил дед моего мужа Никандр Александрович Семичев из деревни Корякино.
     Мой дед, брат бабушки, Михаил Иванович Харьезин из деревни Давыдково тоже был хорошим столяром. В детстве я бывала в его мастерской на первом этаже большого дома и видела, как он искусно стругал доски для оконных рам. Дед Михаил изготавливал не только рамы, но и рамки для ульев, изящные рамки для фотографий и простую мебель. Не отказывал людям, брался делать все, что просили.  До глубокой старости еще и плотничал, помогал дома ремонтировать. Михаил Иванович прошел три войны артиллеристом без единой царапины. Вернулся домой с тринадцатью медалями. Но о войне никогда не вспоминал, а занимался любимым делом.
   В нашей деревне Максимково жил дедушка Илья Арефьев, который делал горшки на продажу для жителей своей округи. Хотя в Сизьму привозили посуду и из Ерги, и из Мяксы.
     Рядом жили два брата Маховы: Павел Александрович делал добротные бочки и в его пятистенке среди кучи стружки всегда стояли 2­-3 новенькие кадушечки. Алексей Махов был кузнецом. Для крестьянского хозяйства ковал: лопаты, вилы, топоры, серпы, ножи, подковы, гвозди и много чего. И еще дед Алексей бил льняное масло. Почему бил масло? У него был такой станок с тисками для мешочка. И чтобы масло выжать, приходилось бить по клинышкам, которые зажимали мешочек с горячим семенем, и тогда масло стекало по желобку в какую-нибудь емкость. А сливочное масло сбивали в каждом доме ручной маслобойкой.
    В нашей маленькой деревне Максимково сейчас шесть домов. А когда­-то была и своя катавальня, и кузница, и водяная мельница  устроена с запрудой на речке Сизьме.
­     - А во что одевались наши бабушки и дедушки?
     - ­ Образцы крестьянской одежды широко представлены в сиземском музее. Мне очень приятно, что там оказались несколько костюмов и из моего родового дома Харьезиных. Традиционный женский шекснинский костюм начала ХХ века представлен рубахой и юбкой. Хотя сарафаны из домотканого холста старухи донашивали вплоть до 70­-х годов ХХ века.
     На голове женщины носили расшитую борушку, покрытую платком, а девушки широкую ленту. Бабушка рассказывала, что до революции она плела косынки из шелка и шали из шерстяных ниток. Юбки раньше шили из домотканой пестряди с оборками, чаще кроеные по косой, как их называли – юбка «с грибами». Они были летние и зимние, теплые. Обрядовая рубаха­-покосница из белой ткани шилась на кокетке. Ее стан украшался по подолу пестрядинным ткачеством (на снимке: Костюм шекснинский. Вологда. Этнографический музей). Обязательный передник с оборкой украшался мерным кружевом. Носили нижние юбки из портна. Одевались, как  суслончик. Штанов наши бабушки не носили.  Зато вязали для холодной зимы толстые шерстяные чулки, спущенные гармошкой. Пояса в основном браные, выплетались на деревянных кружочках и досочках. Пояса различались: обычные и свадебные. На них  встречаются яркие узоры с птицами, барышнями, лисицами. На концах пояса – разноцветные шерстяные кисти. Узоры «пестряди» у мастериц никогда не повторялись. Каждая подбирала свой узор: в несколько поясов, с перебивками цветных нитей, добавляли кумач и ленты.
     Для одежды нашего края характерно преобладание красного цвета.
     Элементы вышивки на одежде чаще всего полугуськи и городчатые кресты.
     Особое внимание уделялось полотенцам (на снимке: Свадебное полотенце. 19 век. Шекснинский район. Вологодский краеведческий музей). Невеста, выходя замуж, имела до ста полотенец. Сундук с приданным девочки начинали собирать лет с пяти. Они сами вышивали полотенца и росли в труде, готовясь к следующему этапу жизни – замужеству. Узоры на полотенцах – это древние  обережные символы: двуглавый орел, берегини-рожаницы, лебеди, петушки, различные кресты. В русской традиции все знаки имеют сакральное значение и несут добро.
      Из обуви в общем употреблении были лапти и ступни из берестяного лыка, надевали их с портяными или шерстяными чулками. Моя бабушка говорила, что для обряда скотины мама шила ей в ступни папчехи.
Часто крестьяне тачали сапоги сами. Но многие заказывали мастерам­-сапожникам по своей мерке, а также покупали на ярмарках разные сапоги, полусапожки, кожаные башмаки и другую обувь. Зимой носили валенки и вязаные чулки и носки из овечьей шерсти. В Шекснинском крае известными сапожниками и катавалами были жители чуровских деревень.
     - ­ Эмма Валентиновна, как жила русская деревня: в бедности или богато? Историки не дают однозначного ответа на этот вопрос, а что думаете Вы?
      ­ - В разные исторические периоды деревня жила по-­разному. Например, в музейных коллекциях мы можем видеть, во что одевались люди в 16-­17 веках. Это очень добротная, богатая одежда, нередко украшенная золотом, драгоценными камнями, подбитая мехом. А кто ее носил? Оказывается, не только цари. (На снимке: Костюм крестьянки Вологодской губернии из собрания коллекции Шабельских, находящейся в собрании Российского Этнографического Музея)   
     Интересные записи о России оставил хорватский богослов Юрий Крижанич. В 1659 году он прибыл в Россию и прожил в Сибири в Тобольске  16 лет. И вот как он рассказывает о жизни простых людей в своем известном трактате «Политика»: «Люди даже низшего сословия подбивают соболями целые шапки и целые шубы..., а что можно выдумать нелепее того, что даже чёрные люди и крестьяне носят рубахи, шитые золотом и жемчугом?.. Шапки, однорядки и воротники украшают нашивками и твезами, шариками, завязками, шнурами из жемчуга, золота и шёлка… Следовало бы запретить простым людям употреблять шёлк, золотую пряжу и дорогие алые ткани, чтобы боярское сословие отличалось от простых людей. Ибо никуда негоже, чтобы ничтожный писец ходил в одинаковом платье со знатным боярином... Такого безобразия нет нигде в Европе. Наигоршие чёрные люди носят шёлковые платья. Их жён не отличить от первейших боярынь…»
     Есть и другие подобные свидетельства иностранцев, которым не было необходимости приукрашивать действительность. Все они говорят о зажиточности простых крестьян в допетровской России. (На снимке: Костюм крестьянки Вологодской губернии из собрания коллекции Шабельских, находящейся в собрании Российского Этнографического Музея)
      В силу объективных причин в большом количестве дома, в которых жили люди 17 века, не сохранились до наших дней. Хотя в поморских деревнях и сейчас можно видеть такие хоромы: огромные двух­-, а то и трехэтажные строения, с балконами, галереями. В селе Семенково под Вологдой есть такие привезенные дома. Зайдешь в горницу, и чувствуешь себя совсем иначе, нежели в нашей квартире из бетона.
     Можно сделать вывод, что в 17-­ом веке простой люд имел все для благополучной жизни. А потом, видимо, произошли какие­-то трагические события, которые привели к обнищанию деревни.
     ­ - В наших беседе Вы упомянули о том, что в старинных орнаментах, которыми люди украшали дома, одежду, утварь, заложен большой смысл. Какие тайны хранят эти завитушки, гуськи и крестики?
     ­ - К сожалению, бытует мнение, что деревенское сознание было убогим, люди были неграмотными. А я, наоборот, сожалею, что мы утратили древнее миропонимание. Думаем, что развиваемся, делаемся цивилизованней, нравственней. Но есть и другая точка зрения. Например, в книге А.В. Юдина «Русская народная духовная культура», а это учебное пособие для студентов вузов, в разделе «Мир архетипов и повторений» читаем: «…двигаясь по кругам времени, мир изнашивается подобно тележному колесу, мир неуклонно движется к концу очередной великой эпохи, цикла циклов, к своей нижней точке, чтобы сгореть и очиститься в огне». То есть, древние думали так: мир постоянно теряет заряд своего первоначального золотого состояния, первоначальной святости и ценности. И потом обретает вновь, ведь «все возвращается на круги своя».
     Мировоззрение наших предков заложено в знаках на одежде, в домовой резьбе, в росписях на утвари: на сундуках, прялках. Человек всюду окружал себя этой обережной символикой. (На снимке: Вышивка на свадебном полотенце, принадлежавшем Анне Харьезиной из д. Давыдково, Шекснинский район)
     Понятие креста многомерно. Слова «крест», «крес», «кресить», «кресенье», «кресало» ­ - однокоренные и означают живой «огонь». Кресало по-­другому и называли огниво. Этот очистительный знак огня и оберегал человека от нечистоты. Крестятся и говорят: «Чур меня!» И через огонь прыгают, потому что считают, что огонь очищает.
     Если крест с крючками, то в Тарноге называли его «огнивец», в Верховажье – «крюковец», а в Шексне ­ - «вращунец», ну а в Индии называют «свастика». Вышивка «гуськи» -­ это как бы полусвастика. Во всех орнаментах эти знаки занимают ведущее место и означают вечное коловращения жизни.
     Мы должны понимать и ценить свою изначальную культуру, которую несет нам народная мудрость, обозначенная чужим словом «этнография».
     В ней столько сокровищ. И почему бы не вносить эту красоту и лад в нашу современную жизнь? 

Алексей ДОЛГОВ.

Опубликовано в газете "Звезда". № 89 от 19 ноября и № 90 от 22 ноября 2016 года.
 

Первое военное утро в селе Никольское

22 июня 1941 года – трагическая дата в истории нашей страны. В этот день началась Великая Отечественная война.  И хотя с тех пор минуло 75 лет, Алла Александровна Лайминг, которая тогда была 6­-летней девчонкой, помнит события первого дня войны, как будто это было вчера.
 
     Утром 22 июня 1941 года  вся семья Лайминг: Аля, мама, папа, брат Владислав и сестра Ариадна ­ - отправились отдыхать в Лукинскую рощу на берег реки Углы. День был солнечный, жаркий. Они купались, слушали патефон, веселились, прятались от жары в тени деревьев, валялись на траве.
     После отдыха папа посадил девочек на велосипед, мама взяла патефон, а Владислав – пластинки. Вернулись домой, а там няня, встретив всех, упрекнула: «Началась война, а вы гуляете».
     Отец тут же переоделся, побежал в райвоенкомат. Все долго его ждали, напряжение в доме было страшным: никто ничего делать не мог, дети сидели молча, не хотели даже играть… Но вот послышались шаги, ребятишки с нетерпением бросились к двери. Это был папа. Он рассказал, что долго просился на фронт, но ему отказали, так как его работа нужна в тылу. Эту ночь семья не спала: дети прислушивались к отцовским шагам, которые не умолкали до утра.
     Для семьи начались трудные времена. Мать едва управлялась с четырьмя детьми. Отца (на снимке) почти никогда не было дома. Он был в то время председателем промартели в Шексне. Необходимо было заготовлять для фронта смолу, деготь, шить обувь, бушлаты, рубашки. Один из цехов промартели находился в деревне Зайцево, там катали валенки, а осенью, ближе к зиме, сутками шили рукавицы-­шубенки. Вспомнился рассказ Аллы Александровны о её семье, когда мы читали заметку в газете «Звезда» от 8 мая 2003 года «Вклад шекснинцев в Победу». Из неё узнали, что крохотный катавальный завод изготовил и отправил на фронт 3000 пар валенок. Промартель «Культура» под руководством Александра Лайминга шила для фронта теплые вещи: фуфайки, брюки, полушубки, 4844 пары обуви; изготовляла одеяла и многие другие вещи, необходимые солдатам. Нашими земляками были также отремонтированы 7543 комплекта изношенного армейского обмундирования.
     В родном селе Никольское были два госпиталя. Алла Александровна вспоминала, что девочки­-подростки помогали, чем могли: стирали бинты, приносили воду и хлеб, мыли полы, а также давали концерты, которые, по ее словам, приносили солдатам даже больше радости, чем питьё и еда.
     Тяжелые военные годы лишили Аллу Александровну безоблачного детства, но они не сломили ее. Несмотря на все трудности, она была и остается жизнерадостной, доброй, отзывчивой женщиной, готовой прийти на помощь в любую минуту. Даже с соседями они живут одной семьёй, во всем помогая друг другу. (Слева - довоенное фото: В доме семьи Лайминг)
 
Наталья Михайлова
и Екатерина Рудницкая,
участники музейного объединения.

Страницы

Подписка на RSS - Наша история