Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Реклама

Реклама

Война и мир семьи Быстровых

8136
Жизненные истории четырех братьев Быстровых, ушедших на фронт с нифантовской земли.

Никогда не знаешь, что ждать, когда вскрываешь конверт с письмом от читателей. Пишут люди теперь редко, но иногда… Иногда, вчитываясь в простой, бесхитростный пересказ людской судьбы, вдруг чувствуешь, как увлекает тебя неведомая сила, заставляющая сопереживать, сочувствовать и размышлять… Сегодня мы предлагаем вашему вниманию жизненную историю, которую в своём письме изложила Таисия Кучер, жительница города Череповца, которая много лет прожила в Шекснинском районе.

     -  Уважаемая редакция, пишет вам Таисия Леонтьевна Кучер (девичья фамилия Быстрова). В нашей большой семье я была самая младшая – одиннадцатая. Сейчас вот уже много лет живу в Череповце. 5 мая у меня юбилей – исполнится 80 лет. В нашей семье трое детей умерли в детстве, остались мы – 4 сестры и 4 брата. Мой отец Леонтий Филиппович в армию и на войну не призывался, так как в детстве лишился глаза, а вот мои четверо братьев ушли на фронт с нифантовской земли.

     «Такая жизненная полоса, а, может быть, судьба…»

     Сначала расскажу про брата Михаила, 1915 года рождения. Он в положенный срок был призван в армию и воевал с финнами в 1939 году. Был связистом. После финской кампании вернулся домой, женился, однако в браке ему довелось прожить чуть больше двух недель. Свадьбу сыграли 6 июня 1941 года, а уже 23 июня в его трудовой книжке зафиксирована запись: «Освобождён от работы в связи с призывом в Красную Армию по мобилизации». Воинский эшелон формировали в Кущубе, оттуда он был отправлен на Ленинградский фронт. Железная дорога проходила мимо деревни Нифантово, где в то время жила моя семья. Из окна нашего дома была хорошо видна железная дорога. Однажды мы видели, как какой-то солдат из проходящего мимо состава все махал и махал из вагона. Мы даже подумали, что он вот-вот вывалится. Потом солдат что-то выбросил на насыпь. Помню, тогда родители отправили Родион (справа) с боевым товарищемдеревенских мальчишек посмотреть, что он выбросил. Ребятишки на насыпи нашли бутылку, в которой лежало письмо от моего брата. На листе бумаги было написано всего несколько строк. Брат сообщал, что их везут на Ленинградский фронт. Это было первое и последнее его письмо, так как через некоторое время родителям сообщили, что он пропал без вести. Лишь спустя годы мы узнали, что тот поезд под Питером, на станции Тихвин, разгромили немцы. Говорят, тогда осталось в живых всего несколько человек. Знаю, что в том же поезде на фронт ехал муж моей старшей сестры Александры. Тот тоже пропал без вести. Бутылка, которую брат  выбросил с поезда, очень долго хранилась в нашем доме. Она всегда стояла на видном месте, на комоде. Родители берегли ее как память о сыне Михаиле. Где погиб и похоронен мой брат, я и до сих пор не знаю.
 
«Поклонились маме в пояс и ушли…»

     Позднее ещё три брата ушли на фронт. Родион, 1924 года рождения, служил в частях морской береговой охраны на Балтийском море. Анатолий, 1925 года рождения, служил в пехоте, его призвали в ноябре 1942 года. После тяжелого ранения он был отправлен в глубокий тыл. Там он позднее женился на сибирячке, и до сих пор живет в Братске. Василий, младший из братьев, 1927 года рождения, служил в морфлоте, на Баренцевом море. Война для него длилась долгих семь лет. После Великой Победы он написал родителям: «Война закончилась, а для нас продолжается. Чистим море от вражеских мин».

 «Девчата! Война закончилась…»  

Василий     Несмотря на то, что я давно живу в Череповце, деревню Нифантово до сих пор считаю своей родиной. Наша семья переехала сюда в 1939 году с хутора Обухово. Прошу не путать с нынешней деревней Обухово. Оказались мы на хуторе волею судьбы – родительский дом сгорел, а нашему огромному семейству негде было жить. Колхоз, как говорится, сжалился над нами. Помню, нам выделили крохотную кухоньку в огромной избе. До нас там жили зажиточные люди, но их раскулачили, а дом отобрали. Вот мы 13 (!) человек, родители и 8 детишек, ютились на нескольких квадратных метрах. Помню, как однажды старший брат пришёл с работы и сообщил матери, что нам нужно либо выкупать этот дом, либо выселяться. Мама заплакала, так как денег было взять неоткуда. Однако брат сказал ей, что, если она согласится расплачиваться за жильё, с её зарплаты будут вычитать небольшие деньги. Деться было некуда, и мать согласилась. Как она рассчиталась за этот дом, я не знаю. Помню, что как только мама дала согласие выкупить жильё, нам сразу открыли вторую половину дома. Тогда я была в восторге: оказывается, за дверями нашей крохотной кухоньки был огромный зал с лавками, которые стояли около каждой стены, с иконами. Но больше всего тогда меня поразил крашеный пол. Я с удовольствием его мыла, и тогда мне казалось, что мы живем, будто в сказке. Но потом, в 1939 году, когда началось объединение в колхозы, нам пришлось переехать с хутора в Нифантово. Возвращаясь к военным воспоминаниям, скажу, что начало войны с фашистской Германией я не помню. Поняла, что идёт война, когда стали один за другим уходить на фронт родные и близкие (ушли на войну мужья трёх моих сестёр, двое из них не вернулись). Потом начали приходить похоронки. Народ в деревне более-менее жил только осенью и зимой, пока был картофель, лук, морковь и другие овощи с огорода. Весной, когда запасы кончались, мы голодали. Ели лебеду, стылую картошку. Помню, как в октябре работали на колхозном поле в Нифантове, выковыривали из земли стылый картофель вместе с пленными, среди которых были югославы и румыны. Но мы почему-то считали их всех Анатолийфашистами. Однажды мы с ребятами разговаривали между собой, ругали пленных. Один из них подошёл к нам и сказал на ломаном русском: «Дети, я не фашист. Я также не хочу, чтобы была война, как и вы. Я пленный». А вот День Победы запомнила хорошо. 9 мая 1945 года мы с подружками шли в школу. На пути нам встретился мой сосед, который работал в Никольском. Он нам и говорит: «Девчата! Война закончилась. Сегодня занятий у вас нет. Бегите по домам и сообщите, чтобы все шли к сельсовету – будет митинг». И мы, переполненные радостью, побежали по деревне сообщать эту новость. Замечу, что в 1945 году в Нифантове радио ещё не было, оно вещало только в селе Никольское, то есть в Шексне. Вот так мы и встретили этот великий праздник – радовались, обнимали друг друга и плакали. Кто-то плакал от радости, а кто-то – от горя, от того, что потерял близкого человека.
     P.S. В настоящее время от нашей большой семьи осталась только я да мой брат Анатолий. Ему сейчас 84 года. Живет в городе Братске Иркутской области. Анатолий принимал участие в строительстве Братской ГЭС. Мой муж Александр Кучер, 1927 года рождения, служил на Дальнем Востоке в морфлоте, участвовал в боях с Японией. Имеет многочисленные награды. Умер в январе прошлого года. Сейчас я осталась одна. Сама в Великой Отечественной войне не участвовала, так как в 1941 году мне было всего 11 лет.
Надежда ЧИСТЯКОВА.

Ключевые слова: 

Реклама