Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Реклама

Реклама

О деревянной колодке и красных сапожках для цыган

1168
Из книги «Промыслы крестьян Северо­Запада России во второй половине XIX  – начале  XX века» узнаем, что в Череповецком уезде Новгородской губернии (к которому относилось село Никольское, сейчас ­ п. Шексна) в 1895 г. сапожным промыслом занимались 4000 человек,  ими было изготовлено 200 000 пар обуви.
Изготовленную продукцию крестьяне реализовывали на местных ярмарках, а также вывозили в Ригу, Петербург и Олонец.
     Музейщики из Устье­Угольской школы изучили историю обувной колодки, найденной в Орле, в семистах километрах от Шексны. Это исследование привело их в... Нифантово и Шексну и позволило изучить историю сапожного дела в селе Никольское и узнать некоторые факты о работе артели инвалидов «Культура».
 
Из Орла ­ в Нифантово
 
    Среди многочисленных предметов старины, хранящихся в музее Устье­Угольской школы, есть деревянная обувная колодка. Этот экспонат подарила музею заведующая школьной библиотекой В.В. Виноградова.
   Владельцем колодки был дед Валентины Васильевны ­ Михаил Дмитриевич Сидоркин. Он родился на рубеже 19­20 веков, жил в городе Орле и был сапожником. После смерти Михаила Дмитриевича его родственники разбирали дом и нашли обувную колодку. Потом она оказалась у внучки в Шексне, а сейчас ­ хранится в музее Устье­Угольской школы.
    Колодка – это кусок дерева, вырезанный в форме ступни, используемый при шитье обуви. Колодке, хранящейся в школьном музее, более пятидесяти лет. Ее высота ­ 16,5 см, а длина ­ 28 см.  Каблук высотой 2,5 см показывает, что колодка была предназначена для шитья женской обуви.
     Колодка состоит из двух частей, соединенных кованым гвоздем.
    Очевидно, что шекснинские модницы не носили сапожки, сшитые с помощью этой колодки. Однако пять лет назад учащийся школы Михаил Нестеров (сейчас ­ студент Вологодского областного колледжа культуры и туризма) вместе с руководителем музея Т.М. Громцевой решили изучить историю музейного экспоната, и это исследование привело их в... Нифантово и Шексну.
 
Промартель «Культура»
 
   Сапожник И.Г. Цветков в годы Великой Отечественной войны шил и ремонтировал обувь в Кандалакше, а вернувшись домой, работал в промартели «Культура».
    Как удалось выяснить, владелец колодки М.Д. Сидоркин родом из Нифантова, и хотя он очень редко приезжал в родную деревню, здесь у него жил друг Иван Григорьевич Цветков. Он тоже был сапожником, и дружба этих двух мастеровых продолжалась всю жизнь.
     Исследователи нашли в Нифантове дочь Ивана Григорьевича ­ Татьяну Ивановну Леонидову (в девичестве ­ Цветкова), и она рассказала об отце­сапожнике.
    Иван Григорьевич родился в 1902 году в деревне Соболино. Позже семья переехала в д. Малое Нифантово, которая уже не существует. На этом месте сейчас располагаются огороды. После женитьбы Иван построил собственный дом, в котором и теперь собираются дети, внуки и правнуки Ивана Григорьевича Цветкова.
    Во время Великой Отечественной войны И.Г. Цветкова отправили в Кандалакшу. Там он ремонтировал и шил обувь для фронта. Работая в полуголодном состоянии и плохо отапливаемом помещении, Иван Григорьевич заболел чахоткой. Вернувшись домой, он поступил в артель инвалидов «Культура» и брал работу на дом. В семье Цветковых было шестеро детей. Несмотря на болезнь, Иван Григорьевич сам пахал землю, заготовлял и сдавал ивовое корьё, ходил на охоту. Его жена Александра Ивановна работала в катавальне в селе Никольское.
     Известный в Шексне врач Николай Александрович Покровский сумел вылечить Ивана от чахотки.
    Заказов на обувь было много. Иван Григорьевич сам выделывал кожу. От этого, по воспоминаниям Татьяны Ивановны, в доме стоял противный запах. До сих пор дочери, когда копают огород, находят в земле кусочки кожи. Ещё отец подшивал валенки.
   Авторам исследования удалось побеседовать с бывшими работницами артели инвалидов «Культура» Валентиной Кирилловной Шиловой (1931 года рождения)  и Любовью Александровной Скороходовой (1938 года рождения).Они рассказали, что артель находилась в старом двухэтажном здании на перекрёстке улиц Октябрьской и Советской. На первом этаже располагалась парикмахерская и сапожная мастерская; на втором – цех пошива пальто. Обе помнят сапожника Ивана Григорьевича Цветкова.
    Т.И. Леонидова рассказала, что однажды в промартель поступила красная кожа. Узнали об этом живущие в селе Никольское цыгане и заказали И.Г. Цветкову красные сапожки. Он их сшил. Да такие ловкие получились!
    Председателем артели была Малышева Ефросинья Ивановна. На работу принимали со своими машинами, так как в артели было всего две ножных машины. Многие брали работу на дом.
   О работе артели в годы войны читаем в газете «Колхозник­животновод» за 1943 год: «Промартель «Культура» шила для фронта тёплые вещи: фуфайки, брюки, полушубки, одеяла и многие другие предметы армейского обмундирования. Ею отремонтированы 4484 пары обуви, изготовлены 7543 комплекта нового обмундирования».
 
А в основе ­ любовь к делу
 
    Еще не так давно почти в каждой деревне были свои мастера, которые шили, либо ремонтировали обувь. Очень часто сапожниками становились инвалиды.
    Руководитель исследования Т.М. Громцева в детстве жила в селе Едома и вспоминает, что в соседней от них деревне Добрец жил сапожник Смирнов:
    -­ Он вернулся с войны без обеих ног, освоил мастерство сапожника и на радость модницам шил очень красивые сапоги. Я тоже носила сапоги его работы. К нему носили подшивать валенки. И это он делал с большой любовью. Был он человек весёлый и приветливый, хотя ранения давали о себе знать. Воспитал вместе со своей женой четверых детей. Это ли не подвиг человека­инвалида?
   Иван Григорьевич Цветков - еще один достойный пример: трудолюбивый, не падающий духом в любой жизненной ситуации, воспитавший шестерых детей.
Сапожное дело очень тонкое, тут нужны и терпение, и усидчивость, и мастерство, а главное, чтобы желание было. Работа у сапожника ручная и очень непростая. В основе таланта ­ любовь к делу. А с чего начинается эта любовь?  Жгучий интерес к работе сапожника в детстве испытал В.И. Белов, и уже будучи маститым писателем, Василий Иванович пытался найти ответ на этот вопрос в своем произведении «Повседневная жизнь русского Севера»: «Сапожников, как и портных, называли еще швецами. «И швец, и жнец, и в дуду игрец», другими словами ­ мастер на все руки. Профессия чаще всего передавалась от отца к сыну или от деда к внуку.
     По преданию, царь Петр самонадеянно взялся однажды сплести лапоть, но, как ни старался, не смог завершить эту работу. Сшить сапоги не проще...
   Лев Толстой, говорят, шил сапоги. Если сказать об этом настоящему сапожнику, он ухмыльнется: книги у великого писателя получались наверняка намного лучше.
    Сапожнику тоже нужен талант. Без любви к делу талант уходит. С чего же начинается любовь к делу? Никто не знает...».
Алексей ДОЛГОВ.
При написании статьи использована исследовательская работа Михаила Нестерова «Описание музейного предмета. Колодка для обуви».
Опубликовано в газете «Звезда» № 97 от 15 декабря 2020 года.

Еще новости

Реклама