Звонок на сайт: 8 (921) 137-30-60

Реклама

Реклама

Реклама

Война глазами детей. Татьяна Иосифовна Соколова: «Из 13 детей в живых остались только 7»

250
Всё дальше и дальше уходит от нас Великая Отечественная война, но память о ней остаётся навсегда, потому что она коснулась каждой семьи. В годы войны было тяжело всем, но особенно страдали дети. Современные мальчишки и девчонки должны знать, как им жилось в то далёкое время.   В 2015 года педагог Н.Ф. Скрипцова вместе с ребятами, занимающимися в театральной студии «Радуга», начали реализацию проекта «Дети войны». И встречи с очевидцами тех страшных событий, жителями посёлка Чебсара продолжаются.  
     21 апреля ребята побывали в гостях у Татьяны Иосифовны Соколовой, и она поделилась воспоминаниями о своем детстве:
     - Родилась я в Брянской области, в д. Шулаковке Унеченского района, в 1941 году, но в документах значится 1942 год.  Папа - Иосиф Фролович Горелов, мама - Акулина Егоровна Горелова. Папу я своего не помню - его забрали на войну. Я была тринадцатым ребёнком.
     Помню, в 1943 году в нашу деревню пришли немцы. Они ехали на лошадях и мотоциклах, а у них в руках были факелы. Они подъезжали к каждому дому и поджигали крышу (дома были покрыты соломой), и так запалили всю деревню.
     Наступали фашисты с г. Унеча. Люди убегали в лес, спасаясь от них. Побежала моя мама с детьми, а про меня и забыли. Оставили меня в картошке в борозде. Прибежали в лес, мама смотрит, а меня нет. Вернулась бегом обратно и нашла меня. Сколько я там просидела - неизвестно. Чудом осталась жива. Немцы подожгли деревню и поехали дальше, сметая всё на своём пути. Долго жили мы в лесу, боялись возвращаться обратно. Жилище себе устраивали в воронках от бомб. Ставили жерди, покрывали хвойными ветками, так и жили. Немцы сожгли ржаное поле, но колоски кое-где остались, сёстры их и собирали.
     Через некоторое время мы вернулись в деревню. И заплакали от увиденного: все сожгли фашисты. У кого-то остался только сарай, а у нас -баня, мы в ней и стали жить… Тех, у кого не уцелело никакого жилья, мы пускали к нам ночевать, и другие люди пускали пожить к себе.
     Еды не было. Мама посылала старших детей собирать гнилую картошку - толкли её в ступе и делали лепёшки, иногда удавалось раздобыть кукурузу, свеклу, капусту.  Варить еду было не в чем, поэтому мама посылала в лес детей искать железные каски - в них готовили еду.
     Одежды не было. В лесу собирали телогрейки, какую-то обувь, которая осталась после партизан.
     Выделялся бесплатно лес, чтобы построить новые дома, но мы лес не успели спилить - его украли. Пришлось продать корову и выкупить лес, где-то надо было жить большой семье. Но без коровы стало совсем плохо, - вспоминает Татьяна Иосифовна, вытирая слёзы.
     Папа погиб в 1943 году, мама осталась одна поднимать нас. Дети умирали от голода. Поэтому из тринадцати нас осталось восемь. Когда мама вывозила лес со старшей сестрой на санках, то покатились санки с горы и прямо на сестру, она погибла. Нас осталось семеро…
     Когда закончилась война, радости не было предела. Привозили людей на машинах, все бежали, искали своих, но мы своих не нашли… Нам говорили, что будет эшелон везти солдат после войны. Мы бегали встречать, своих там не находили, но радовались за других.
     Старший брат погиб после тяжёлого ранения: через Днепр переправляли танки, осколок пробил его лицо, прожил недолго и умер…
     Вот такую историю детства, которую невозможно слушать без слез, узнали ребята.
Надежда Смирнова.
Фото предоставлено Н.Ф. Скрипцовой.

Еще новости

Реклама